Глава 5

«Смотри, как я играю в твою ложь»

Орм знала, что Линг следит за ней. Даже когда отворачивается. Даже когда делает вид, что всё в порядке.

Поэтому она сделала то, что Линг боялась больше всего —начала играть с другими.

На следующей неделе Орм всё чаще сидела с Юей — младшей стажёркой, той самой, что смеялась с ней у спортзала. Она флиртовала — откровенно, в открытую, нарочно. Могла дотронуться до руки, шепнуть что-то на ухо, оставить помаду на чашке, из которой Юя пила.

Юя смеялась. Не понимала, что с ней играют.А Линг — понимала.

На одном из уроков Орм снова села впереди. И нарочно закинула ногу на ногу, позволяя юбке чуть приподняться. Линг запнулась на середине фразы.

Ты чувствуешь, что теряешь контроль?Ты ведь ревнуешь, Линг. Признай это.

После урока Орм снова задержалась.

— Смотрела, как я держала Юю за руку?

Линг отвернулась, сжав губы.

— Не твоё дело.

— Как не моё? — Орм шагнула ближе. — Ты же собственница, не так ли? Но у тебя нет права ни на что. Ты выбрала быть "нормальной".

— Хватит, Орм, — голос сорвался. — Ты играешь с огнём.

— Нет, — прошептала она, — я играю в твою ложь. И выигрываю.

Позже в коридоре Линг стояла рядом с Ником. Они говорили о чём-то важном — как будто.

Орм проходила мимо.— Здравствуйте, мистер Ник, — сказала она с улыбкой, а затем…— Мисс Линг, кстати, вам очень идёт страх.

Линг побледнела.

Ник обернулся.— Что она имела в виду?

— Ничего. Просто… играет.

А внутри у Линг всё горело.

Она разрывает меня на части. Но я не могу остановиться.

«Ты — моя кара»

Она держалась. Сколько могла.

Когда Орм просто смотрела — это было терпимо. Когда писала стихи, записки, тихо дразнила — это была игра, запретная, болезненная, но всё ещё тайна.

Но теперь…Теперь она видела, как та играет с другими.

Юя. Та наивная, глупо улыбающаяся девочка.Как она не понимает, что Орм только смотрит — на меня?

На уроке Линг не могла сосредоточиться. Слова путались, мел дрожал в руке. Она чувствовала: Орм ждёт, когда она сорвётся.

И когда та снова задержалась после урока —когда снова произнесла с этой ледяной уверенностью:

> — Тебе идёт страх.

Линг поняла: всё. Хватит.

Вечером она открыла ноутбук, чтобы составить программу на завтра — и зависла. На экране — новое письмо. Анонимное. Но она знала, от кого.

«Ты можешь прятаться за кофе и чужие руки.Но ночью ты всё равно шепчешь моё имя.Я — твоя кара. И ты будешь моей до конца.»

Руки дрожали.Она встала. Вышла. Поехала к ней. Не думая. Не дыша.

Дверь открыла сама Орм.Как будто ждала.

— Я думала, ты выбрала его, — прошептала она, глядя прямо в глаза. — Но ты снова пришла ко мне.

Линг шагнула внутрь. Закрыла дверь.

— Это ты всё разрушаешь. Ты — моя кара. Моя слабость.

— Нет, — Орм прижалась к ней, медленно. — Я — твоя правда.

И когда их губы снова встретились — всё стало слишком просто.

Никаких масок. Никаких «можно» и «нельзя».

Только язык, губы, тепло и дрожь.Только ночной свет, прячущий их грех.И её голос:

— Я всё равно выберу тебя. Даже если всё потеряю.