18

День шел как обычно.А точнее,шел как обычно смешно и весело.Даня направлялся в класс и что-то бормотал про себя.Стоило ему открыть дверь,как Миша сделал ему подножку.Хданил поддался вперед и с грохотом упал.Все в классе начали смеяться.Ломбарди,лежащий на полу в позе  распластавшейся звезды,пытался подняться,но не мог из-за смехаКлайп,наблюдавший за его падением со  стороны,с трудом сдерживал смех.Его плечи тряслись от приступов веселья.Сзади появился Нугзар,который шел спиной ,разговаривая с Наташей.Та заметила лежащего друга.Нат:Нугз...Но уже было поздно.Херейд зацепился за ногу Ломбарди и грохнулся на него.Хда:Привет,пупсикСитуация мгновенно перешла на новый уровень.Теперь на полу лежала куча из Дани и Кудрявого,  задавленного сверху  последним.  Хданил,все еще пытающийся подняться,  издавал звуки,похожие на смесь стона и  хохота.Его лицо покраснело,глаза  слезились, а тело тряслось от смеха.  Гибадуллин,лежащий на нем,выглядел  не менее удивленным.Он пытался  подняться,но Ломбарди в своем смеховом спазме не давал ему этого  сделать.Лазарева уже задыхалась от смеха и вышла на коридор.Картавый парень вскочил на ногиХер:Блять,что у вас здесь происходит!?Кла:Веселые покатушки.Нугзар протер очки и поправил волосы,пытаясь выровнять дыхание.Хер:Кукарачи,бля.Нат:Ну это было мощно...Она вытерла слезы и глубоко вздохнула.Нат:Мы вам хотели сказать,что мы домой сваливаем:Янович куда-то уехал,так отпустил нас.Хда:Я СВОБОДЕН!Хер:Что ты орешь?Иди сядь на веник и убейся.

Девушка открыла квартиру и пропустила юношу.К ним сразу выбежал котенок.Хер:Чубасик!Подросток улыбнулся и взял котейку на руки,гладя по-особому.Питомец замурчал,сжимая лапки.Хер:Котеечка моя,ты кушать,наверное,хочешь,да?Пойдеи-пойдем я тебя покормлю.Нугзар,не разгибаясь,стянул кроссовки и пошел на кухню,чтобы покормить Чубасика.Нат:Ты его любишь больше,чем меня.Пока школьница раздевалась,Херейд вернулся и подошел к ней,беря за локти и заставляя заглянуть в глаза.Они у них были одинаковые,хоть и отличались по цвету.У него были цвета темного шоколода,а у нее-небесная глазурь.Они были влюбленные.Парень улыбнулся и наклонился,чтобы поцеловать.Наташа положила руку на его затылок и притянула к себе.Поцелуй был нежным, долгим.Таким, что мир вокруг растворился, оставив только ощущение тепла и близости. Хер:Довольна?Нат:Еще хочуХер:Подлиза.Его руки переместились на талию и прижали к себе.Юноша еще раз поцеловал и положил подбородок на ее голову.Хер:Как мне повезло,что ты появилась в моей жизни...Нат:Мне тоже повезло с тобой,Нугз.Ты выглядешь грустным.Хер:Устал просто.Не выспался.Нат:Оу,ну иди отдыхай,муржчина мой.Хер:Муржчина?Это серьезно.Может у тебя какие-то планы были или помочь тебе чем-нибудь?Нат:Не,Нугз.Я тоже хочу отдохнуть,но чуть позже.Хочу пока с родителями поговорить.Хер:Хорошо,тогда приходи ко мне.Нат:Обязательно.Она улыбнулась и,чмокнув его в нос,направилась в свою спальня за какими-то вещами.Гибадуллин стянул с шеи шарф и пошел в зал,где потянулся и разложил диван,чтобы лечь.Лазарева вернулась к нему и повернулась к себе,снимая с него очки и кладя на тумбочки.Нат:Так уже непривычно тебя видеть без нихХер:Помолодел?Нат:Ты и так молодой.Тебе может плед дать?Хер:Да я так полежу,Натка.Нат:Ну хорошо.ОтдыхайУченица оставила его и занялась своими делами.Для начала поговорила с родителями и рассказала им про весь день,затем решила на скорую руку приготовить ужин.Время летело быстро.За окном уже начало темнеть.Наташа все убрала и ушла к возлюбленному.Тот спал вместе с Чубасиком.Девушка улыбнулась и,стараясь не тревожить его сон,легла рядом с ним.Хер:Иди сюда...Он притянул избранницу к себе и крепко обнял ее,уткнувшись в ее шеюНаташа чувствовала себя невероятно уютно,обнятая любимым.Тишина квартиры нарушалась лишь тихим мурлыканьем Чубасика, уютно свернувшегося между ними. Подросток крепко держал её.Его дыхание щекотало кожу на шее.Она прижалась к нему ещё ближе,наслаждаясь теплом его тела и ощущением защищенности.В этот момент не существовало никаких проблем, никаких забот – только они двое,объединенные нежной любовью и взаимным доверием.Время остановилось,оставив место только для спокойствия и безмятежности.