Пролог

Шесть лет назад Массимо, 13 лет

Я смотрю на свои руки, которые покрыты скользкой, липкой, бордовой жижей. Каждая капля впитывается в мою кожу и с ней тьма, которая всё больше и больше поглощает меня.- Массимо, посмотри на меня, - слышу я голос отца где-то со стороны. - Блять, - выругался он. Из под моих дрожащих ног уходит земля и тогда я осознаю, что отец поднял меня на руки. - Римо, я должен отвезти его домой. Ты справишься? - Спрашивает папа моего дядю.- Да, главное приведи его в себя. - Слышу я голос дяди со стороны.     Я понимаю, что в первые убил человека и кажется, что я должен что-то чувствовать, но в моем сердце по-прежнему пустота. Папа вывел меня с переулка и усадил на землю, облокотив на кирпичную стену моё тело.- Сынок, ты как? - Снова спрашивает отец.     Подняв голову, я вижу нехарактерное беспокойство в его взгляде. Это не соответствует моему отцу и я это знаю уже давно, потому что похож на него. Безэмоциональность. Вот наш диагноз с ним. - Я убил его. - Отвечаю я слишком ровным тоном. - Да, я видел это, - шепчет он в ответ. - Почему? Что за причина?     Этого я и боялся произнести вслух, так как ничто и никогда не выводит меня из себя. Я привык и уже в малом возрасте подстроил свой организм к этому. Но я не был готов к вспышке гнева внутри себя. Этого быть не должно. И сейчас я осознаю, что ОНА дает мне трещину в моей броне. - Он назвал её бедной сиротой и сказал, что с такими никто никогда не будет дружить, потому что у неё больное сердце ... Он пожалел о том, что имел ввиду. - Признался я отцу. - Он молил меня о пощаде, когда нож Невио оказался у него в глотке. - Продолжал говорить я. - Никто не имеет говорить так о Карлотте. Я её друг и я не позволю этому повторится. - Массимо, - услышал я голос дяди Адамо возле себя с правой стороны, - ты молодец, что постоял за честь своего друга ... Но, убийство было ... Чересчур, честно говоря. - Закончил он, пожав моё плечо.    Я кивнул в ответ, все равно внутренне не согласившись с ним. - Твой дядя прав, сынок, - сказал отец, стоя напротив меня. - Ты должен уметь контролировать вспышку эмоций, когда они выходят наружу. - У тебя было такое? - Спросил я, боясь на него посмотреть. - Приступы эти. - Были, - говорит он со вздохом, присаживаясь ко мне на асфальт, - поэтому я и говорю, что тебе нужно контролировать. Мы с тобой немного по-другому смотрим на мир, Массимо. И чтобы сберечь своих любимых от самих себя, то должны держать баланс. - Что за баланс? - Спросил я, подняв на него голову. - Твоих эмоций, сынок. Держи всегда их в балансе. Не слишком много, но и не слишком мало, иначе случится очередной такой приступ ... Ты справишься. - А как мне выражать свои чувства и эмоции, если их нет? - Спросил я, приподняв бровь.- Со временем научишься, - говорит он, приобняв меня. - Твоя мама научила меня этому. Лишь, она и вы способны это сделать. - Тебе повезло. У тебя есть мама, - прошептал я, увидев идущего к нам дядю Римо. - У тебя есть Карлотта. - Ответил он, пожав плечами. - Бред. - Сказал я бесстрастно. - Кто знает. По крайней мере, именно она и вывела тебя на приступ. - Проговорил он, вставая и поднимая меня за собой. - Приведи себя в порядок и не говори ни слова своей маме. Это расстроит её. - Понял, пап, - ответил я, зная, что, если кто-то расстроит маму, то с ним будет разговаривать отец. А я этого вовсе не хотел.    Я встал и ушел приводить себя в порядок, когда в голове крутились слова отца «у тебя есть Карлотта». Разве?