𝖘𝖎𝖝𝖙𝖞

Диего пристально посмотрел на неё, наклонив голову, прежде чем снова повернуться к Пятому. — Послушай, я почти срезал решётку в своей комнате, — прошептал он.

Пятый прищурился, наклонил голову и придвинулся ближе.

— Ещё день или два, и я сбегу отсюда. Тогда я остановлю Освальда и спасу президента. Если хочешь помочь – скажи только слово.

— У тебя, случаем, не комплекс героя? — прошептала Алекса, слегка склонив голову, за что получила пристальный взгляд Диего.

— Слушай меня очень внимательно, ты, тарабарский идиот, — прошептал Пятый, перехватывая внимание Диего. — Ты не будешь ни черта делать.

— Почему же?

— Потому что мы должны остановить апокалипсис, — Пятый слегка покачал головой.

— Ни хрена себе, — прошептал Диего ещё тише. — Но этого же не случится ещё лет пятьдесят шесть.

— Не тот апокалипсис. Это кое-что новенькое. Он последовал за нами.

— Что это с вами, люди? Вы что, повсюду таскаете с собой апокалипсис? — прошептала Алекса, заставляя их обоих повернуться к ней.

— Я не лгу. Я это видел, — продолжил Пятый, переводя взгляд с неё на Диего. — Ядерная война, ребята. Через десять дней.

Диего начал тихо смеяться. Алекса нахмурилась, глядя на него. Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и продолжил хихикать. — И это они меня заперли, да? — спросил он с ухмылкой.

Пятый усмехнулся, бросив взгляд в сторону окна. Потом откинулся на спинку стула, снова посмотрел на Диего. Алекса закатила глаза и села ровнее.

— Отлично. Я подыграю тебе, — кивнул Диего. — Что является причиной этого?

— Я не знаю, — Пятый покачал головой. — Может, какой-нибудь чокнутый мудак с комплексом героя пытался спасти президента и всё испортил.

Диего медленно подался вперёд, положив локти и предплечья на стол. — Так ты говоришь... это сработало? — Пятый усмехнулся и покачал головой. Он посмотрел на Алексу. Когда их взгляды встретились, он отвёл глаза. — Я спас президента? — переспросил Диего, начиная тихо рычать. — Я знал, что смогу это сделать.

— Не имеет значения, чью задницу ты спасёшь, если мы не остановим этот чёртов апокалипсис, — огрызнулась Алекса, понизив голос. — Спасёшь ты Кеннеди от пули или нет, он всё равно умрёт через десять дней. Так что как насчёт того, чтобы ты перестал быть таким высокомерным, ты, бесхитростный, щекочущий мозги придурок-гарпия?

Они оба повернулись к ней. Пятый приподнял бровь. — Это что, из староанглийского?

— Да, возможно, я немного изменилась, — невозмутимо ответила она, скрестив руки на груди.

— Ладно, ладно. Я помогу тебе, — сказал Диего через несколько секунд.

— Слава богу... — начал Пятый.

— После того, как я спасу Кеннеди. А потом ты перенесёшь нас на несколько десятилетий назад, чтобы я мог перерезать горло Гитлеру ножом для масла.

— Вот почему у тебя нет друзей.

— Диего, я отправилась в прошлое не для того, чтобы переместиться ещё на несколько десятилетий назад, только для того, чтобы ты перерезал этому ублюдку горло, — огрызнулась Алекса.

Пятый взглянул на неё, прежде чем снова перевести взгляд на Диего.

— Знаешь что? — спросил он, вставая и хватая девушку за руку. Она встала вместе с ним, а он продолжал держать её за руку. — Охрана, — громко сказал он, поправляя свой пиджак свободной рукой. Он вздохнул. — Мой брат замышляет побег. Решётки в его комнате были подпилены.

Диего быстро встал, пытаясь переползти через стол.

— Ты кусок дерьма! — крикнул он, заставив Пятого сделать полшага назад, в то время как Алекса осталась на своём месте и вздохнула.

Охранник у двери шагнул вперёд, схватил Диего за шею и повалил на стол.

— Нет! Держите его, — проворчал он, опуская Диего на стол.

Пятый вздохнул, когда Алекса потянула его вперёд.

— Послушай, это для твоего же блага, Диего, — сказал Пятый, когда они остановились у стола, глядя на Диего сверху вниз.

— Нет! Пятый! — закричал Диего, пытаясь встать со стола. Охранник, стоявший над ним, резко толкнул его обратно.

— Послушайте, мой брат очень больной человек, — заявил Пятый, глядя на двух охранников в комнате.

— Нет, Пятый! — крикнул Диего. — Алекса! Пожалуйста!

— Мы только и молимся, чтобы он получил помощь, в которой он так отчаянно нуждается, — сказал Пятый, когда медсестра вбежала в палату и воткнула иглу в руку Диего. Она надавила на верхнюю часть шприца, в результате чего жидкость попала в тело Диего.

— Нет, пожалуйста! Только не игла! Нет! Нет! Нет! — Диего закричал, когда игла вонзилась ему в тыльную сторону руки.

Он заскулил, когда Пятый наклонился к его уху: — Мы вернёмся за тобой позже, хорошо? Просто подожди... Споки ноки, — прошептал он, когда Диего закрыл глаза.

Не дожидаясь больше ни секунды, Пятый повернулся к двери и вывел за собой девушку.

Когда они проходили через комнату, в которой находились все пациенты психиатрического отделения, Алекса остановилась как вкопанная.

— Ни за что, чёрт возьми... — тихо выдохнула она.

Когда Пятый почувствовал, что её рука отпустила его, он обернулся и нахмурил брови: — Алекса? Ты в порядке?

Алекса покачала головой, глядя на Пятого. Она кивнула, оглядываясь назад: — Э-э... да. Я просто... — она покачала головой, оглядываясь на Пятого. — Да, всё в порядке. Мне просто показалось, что я кого-то увидела, но это невозможно.

Эта сука здесь.

___________

— Она слишком молода для тебя, — сказал Лютер, наклоняясь к уху Пятого.

Пятый посмотрел в сторону, закатил глаза и снова перевел взгляд на женщину на сцене.

— Я тоже рад видеть тебя, Лютер, — сказал он.

— Не думаю, что ты был в восторге, узнав, что я здесь.

Алекса говорила, что женщина на сцене – богиня. Она подошла к Пятому и села рядом, скрестив ноги. Протянув ему водочный "Гимлет", она дождалась, пока он сделает глоток. Но при этом Алекса также предупредила Пятого: если он хоть как-то будет объективировать эту «богиню» – ему надерут задницу.

Пятый кивнул и легонько пнул ее по ноге. Алекса ухмыльнулась, глядя на него сбоку, и отпила из бокала.

— Где ты это достала? — нахмурился Лютер. — Вы оба выглядите как несовершеннолетние.

— Украла у того парня, что приставал к Джеку Руби, — ответила Алекса, кивнув на мужчину в углу. — Он заказывал их и пил как сумасшедший.

— Тебе не стоило так делать.

— Я что, похожа на того, кому не всё равно?

Лютер тяжело вздохнул: — Чего ты хочешь?

— Чтобы ты перестал вертеться, как амбициозная стриптизёрша у меня над головой, и сел рядом, — сказал Пятый, запрокидывая голову, чтобы взглянуть на него. Лютер фыркнул, схватил стул и подтянул его к Пятому с другой стороны.

— Как давно ты здесь? — спросил Пятый.

— Год. Благодаря тебе.

— Прости, Лютер. Я знаю, это было нелегко, — спокойно сказал Пятый, поворачиваясь к нему.

— Я думал, вы все мертвы, — тихо произнёс Лютер.

— Я вернусь, — вздохнула Алекса и пошла к бару.

— Почему тебя тянет к таким сукам? — пробурчал Лютер.

— Она меня не привлекает.

— Мгм. Конечно.

Пятый уставился на него: — Она не сучка.

Алекса подошла к бару, поставила бокал на стойку.

— Можно мне "Укол" или что-нибудь в этом духе? — спросила она.

— Извините, несовершеннолетних не обслуживаем, — пожал плечами бармен. Он кивнул на Пятого: — Вам и вашему парню нужно уйти. Или охрана выведет вас.

— Он не мой... — устало выдохнула Алекса, когда бармен отошел. Закатив глаза, она повернулась к сцене и прислонилась к стойке спиной.

— Ну что? — спросила она, когда Пятый подошел, засунув руки в карманы.

Он покачал головой: — Он сказал, что ему "насрать".

— Отлично, — сухо бросила Алекса, снова закатывая глаза.

————————————————Тарабарский идиот — тупой дебил. 

Придурок-гарпия — особо мерзкий тупица.