7. Беззубик просыпается

Беззубик проснулся через три недели.В этот день Рыбьеног и Иккинг сидели у Иккинга дома.Больше дома никого не было, поэтому Иккинг решил воспользоваться случаем и посмотреть на Беззубика.Он вытащил корзину из-под кровати. Из-под крышки выбивалась голубовато-серая струйка дыма.Рыбьеног аж присвистнул.— Смотри-ка, кажись, проснулся, — сказал он. — Открывай.Иккинг осторожно снял крышку.Оттуда повалил дым, такой густой и вонючий, что мальчишки закашлялись. Когда глаза перестали наконец слезиться, Иккинг разглядел очень маленького и очень заурядного дракончика. Тот сидел на дне корзины и смотрел на Иккинга огромными, наивными, травянисто-зелеными глазками.— Привет, Беззубик, — сказал Иккинг на драконьем наречии, следя за правильным произношением. Дело в том, что драконья речь перемежается резкими криками, щелчками и другими звуками, которые человек воспроизводит с большим трудом[1].— Ты что это делаешь? — с любопытством спросил Рыбьеног.— Просто разговариваю с ним, вот и всё, — смущенно ответил Иккинг.— Просторазговариваешь? — изумленно ахнул Рыбьеног. — Что значит,разговариваешь? С драконом нельзя говорить, он же ЖИВОТНОЕ, клянусь Тором!— Да заткнись ты, Рыбьеног, — отмахнулся от него Иккинг. — Ты его напугаешь.Беззубик запыхтел и выпустил еще несколько колец дыма. Он раздул шею, чтобы казаться больше, — так иногда делают драконы, когда они испуганы или сердятся.Наконец он набрался храбрости, расправил крылья и вспорхнул Иккингу на руку.Поднялся по ней от локтя до плеча и, дождавшись, когда мальчик повернется к нему лицом, прижался лбом ко лбу Иккинга и серьезно, торжественно заглянул ему в глаза. Так они и стояли, нос к носу, не шевелясь, около шестидесяти секунд. Иккингу приходилось часто моргать, потому что взгляд драконов обладает гипнотической силой, и вам кажется, будто дракон вытягивает из вас душу. А это неприятно.Иккинг стоял и думал: «Вот это да! Я, кажется, вошел с ним в контакт!», и тут Беззубик изогнулся и цапнул его за руку.Иккинг завопил и стряхнул Беззубика на пол.— Р'ры-рыба! — пищал Беззубик, порхая в воздухе над Иккингом. —Р'ры-рыбы х'хохоч'чу с'ч'ча-час!— Hету у меня рыбы, — ответил Иккинг по-драконьи, потирая руку. К счастью, у Беззубика не было зубов, однако челюсти у драконов (даже таких маленьких) мощные, и укус получился болезненным. Беззубик изловчился и укусил Иккинга за другую руку.— Р'ры-рыбы! — сказал он.— Ты цел? — спросил Рыбьеног. — Мне трудно поверить, что я об этом спрашиваю, но всё-таки — что он говорит?— Жрать хочет, — хмуро ответил Иккинг, потирая уже обе руки. Он старался говорить твердо, но спокойно: подавить дракона силой своей личности, как советовал Брехун. —У нас нет рыбы!— Ладно, — ответил Беззубик. —Тогда с'съем к'ко-кошку.Он спикировал на Игрунку, и та с воплем метнулась вверх по ближайшей стене.Иккинг едва успел ухватить Беззубика за хвост. Дракон вырывался и орал:— Х'хочу р'ры-ы-ы-бы! Х'хочу е-е-есть! Ккошки в'вку-у-усные! Х'хочу е-е-есть!— Нету у нас рыбы, — повторил Иккинг сквозь зубы, чувствуя, как спокойствие постепенно улетучивается. —Кошку есть нельзя, потому что она нравится маме.Игрунка оскорбленно мяукала, сидя на балке под потолком.Ребята отнесли Беззубика в комнату Стоика, где водилось много мышей.Сначала дракончик радостно гонялся за мышами, которые разбегались от него с испуганным писком, но потом ему это наскучило, и он атаковал матрац. Вo все стороны полетели перья.— Прекрати! — завопил Иккинг.В ответ Без зубик отрыгнул остатки недавно почившей мыши прямо на Стоикову подушку.— А-а-а-а-а! — простонал Иккинг.— А-А-А-А-А! — сказал Стоик Обширный, входя в комнату.Беззубик ринулся на Стоикову бороду, приняв ее за цыпленка.— Убери его! — приказал Стоик.— Он меня не слушается, — пожаловался Иккинг.— Заори на него ПОГРОМЧЕ, — посоветовал Стоик. — КАК МОЖНО ГРОМЧЕ.Иккинг заорал во весь голос:— Пожалуйста, прекрати грызть папину бороду!Как Иккинг и подозревал, Беззубик не обратил на него ни малейшего внимания.«НИКУДА я не гожусь, — хмуро подумал Иккинг. — Даже орать толком не умею».— А НУ ОТПУСТИ МОЮ БОРОДУ И ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ ГНУСНАЯ РЕПТИЛИЯ! — заорал Стоик Обширный.Беззубик послушно отвалился и шлепнулся на пол.— Видишь? — сказал Стоик. — Вот как надо обращаться с драконами.В комнату, шлепая лапами, вползли Головотяп и Крючкозуб — охотничьи драконы Стоика. Беззубик замер. Драконы обошли его кругом, злобно посверкивая желтыми глазами. Каждый из них был ростом с леопарда, и они обрадовались прибытию новичка, как пара гигантских боевых котов радуются появлению маленького беззащитного котенка.— Приветствуем тебя, огнедышащий брат,— прошипел Головотяп, обнюхивая сидящего на полу незнакомца.— Терпение, мой друг, — угрожающе промурлыкал Крючкозуб. —Вoт останемся одни — и тогда окажем нашему новому приятелю достойную встречу. — Он слегка наподдал Беззубика лапой. Коготь величиной с кухонный нож полоснул Беззубика по спине. Дракончик взвыл, прыгнул на Иккинга и в мгновение ока забрался ему под рубашку. И секунды не прошло, как из воротника рубашки торчал только зеленоватый хвост.— КРЮЧКОЗУБ! — взревел Стоик— Коготь соскользнул, — посетовал Крючкозуб.— А НУ БРЫСЬ ОТСЮДА А ТО Я ИЗ ВАС СУМКИ СОШЬЮ! — завопил Стоик, и Головотяп с Крючкозубом неторопливо уползли, бормоча себе под нос самые страшные драконьи ругательства.— ВОТ как надо обращаться с драконами, — повторил Стоик.Затем могучий Вождь с не характерной для него тревожностью всмотрелся в выглядывающего из-под Иккинговой рубашки Беззубика.— Сынок, — спросил Стоик, надеясь, что ошибся. — Этот дракон —твой?— Да, папа, — признался Иккинг.— Но он очень... как бы это сказать... МАЛЕНЬКИЙ, что ли, — медленно произнес Стоик.Стоик Обширный не отличался наблюдательностью, но дажеонне мог не заметить, что дракончик и впрямь былна удивлениемал.— ...и у него совсем нет зубов.Наступило неловкое молчание.На помощь Иккингу пришел Рыбьеног.— Этот дракон — необычной породы, — пояснил он. — Уникальный и... крайне свирепый вид под названием Беззубый Дрём, дальний родственник Ужасного Чудовища, но во много раз превосходящий его в жестокости. Они необычайно редки, почти вымерли.— Правда? — Стоик с сомнением оглядел Беззубого Дрёма. — А на первый взгляд похож на Простого Садового.— Простите, Вождь, но при всем уважении к вам, Вождь, — возразил Рыбьеног, — вы ОШИБАЕТЕСЬ. Неопытному глазу (равно как и своим жертвам) этот дракон кажетсякак две капли водыпохожим на Простого Садового. Но, всмотревшись внимательно, вы разглядите характерные черты Беззубого Дрёма, — Рыбьеног ткнул пальцем в бородавку на носу у Беззубика. — Эти черты и отличают его от обычных пород.— Клянусь Тором, ты прав! — согласился Стоик.— Кроме того, этоне совсемобычный Беззубый Дрём. — Рыбьенога понесло. — Этот дракон — КОРОЛЕВСКОМ КРОВИ!— О, нет! — воскликнул потрясенный Стоик. Он был ужасным снобом.— Да, — торжественно подтвердил Рыбьеног. — Вашему сыну посчастливилось похитить отпрыска самого Короля Скалозуба, пресмыкающегося владыки Обрыва Дикого Дракона. На заре жизни Королевские Дрёмы бывают очень малы, но затем вырастают до ВПЕЧАТЛЯЮЩИХ, я бы даже сказал, ГАРГАНТЮАНСКИХ размеров.— Ну, прямо как ты, Иккинг, — оглушительно расхохотался Стоик и взъерошил сыну волосы.В животе у Стоика послышался глухой рокот, похожий на гул далекого землетрясения.— Пора перекусить. Приберитесь тут, ребятишки, ладно?Стоик Обширный удалился, радуясь восстановленной вере в сына.— Спасибо, Рыбьеног, — поблагодарил друга Иккинг. — На тебя прям вдохновение нашло.— Не совсем, — сказал Рыбьеног, — Просто у меня перед тобой должок за ту драку с Сопляком.— Рано или поздно папа всё равно узнает правду, — мрачно вздохнул Иккинг.— Не обязательно, — возразил Рыбьеног. — Посмотрел бы ты на себя со стороны, когда говорил тут с этим Беззубым Дрёмом. Зрелище было НЕВЕРОЯТНОЕ, ФАНТАСТИЧЕСКОЕ! Я ничего подобного в жизни не видел! Ты его в два счета выдрессируешь!— Говорить-то я с ним говорил, — вздохнул Иккинг, — только он меня не слушал.***В тот вечер, ложась спать, Иккинг побоялся оставлять Беззубика у камина вместе с Головотяпом и Крючкозубом.– Можно, я возьму его с собой? – спросил он у отца.– Дракон – рабочая скотина, – ответил Стоик Обширный. – Будешь с ним цацкаться – у него вся свирепость пропадет.– Но если я оставлю его у очага, Головотяп его убьет.Головотяп утвердительно хрюкнул.–  С превеликим удовольствием, – прошипел он.– Ерунда, – прогудел Стоик, Он не говорил по-драконьи и поэтому не понял последних слов Головотяпа, – Головотяпчику просто хочется поиграть. Юным драконам полезно немного порезвиться. Это учит их постоять за себя. – И он ласково потрепал своего дракона по рогам.Крючкозуб выпустил когти, длинные, как складные ножи, и побарабанил ими по каминной полке.Иккинг сделал вид, что желает Беззубику доброй ночи, а сам потихоньку спрятал дракончика под рубашкой и вынес в спальню.–  Сиди тихо, как мышка. Ни звука, – сурово приказал он Беззубику, забравшись в кровать, и дракончик с готовностью кивнул.По правде сказать, всю ночь дракон довольно громко храпел, но Иккинг этого не замечал, Почти всю зиму на острове Олух мальчишки проводят на разных стадиях замерзания – от «озяб немножко» до «продрог до костей». Те, кто укрываются несколькими одеялами, считаются хлюпиками, поэтому обычно Иккинг ворочался без сна пару часов и только потом, стуча зубами, с трудом засыпал.Но сейчас Иккинг вытянул ноги вдоль Беззубикоюй спины и с наслаждением почувствовал, как от маленького дракончика исходят волны тепла. Эти волны медленно прокатились по его, Иккинга, ногам, согрели озябший живот и сердце, добрались даже до головы, которая толком не оттаивала уже почти шесть месяцев, Даже уши радостно запылали. В ту ночь Иккинг спал так крепко, что разбудить его смог бы только храп шести здоровенных настоящих Морских Драконов.