***

Я сажусь писать, в голове тысяча слов.Тысяча и одна ночьБез фантастичных глупых снов,Вырывающих мозг прочь.

Охуеваю от порядка жизни.Вернее от ее полного беспорядка.Слово в каше гортани киснет,Телефону нужна зарядка.

Ебучие отбросы, все отбросы,Нет веры в людей и кто-то спасается богом.Но бога нет, все молитвы к нему - отсосыВ школьном туалете ботанам.

Кровят вены, блевотина мозга,Желание просто сдохнуть, исчезнуть вовсе,Не держаться за рассветы, как к раковине присоска,Да подумать об этом всем после...

Но после умерло вчера, позавчераИ завтра наверняка повесится тоже.Есть только сейчас, поэтому нет сна,Написать бы, да дать себе по роже.

Улыбнуться, плюнуть красной сольюИ уйти в ночь гравитационного поля,Где только шуршит и бурлит больюОтбитая напрочь шлюха, где ей воля.

Бессоница думает, как бы вернуться,Парами никотина проникнуть в сосуды,Заберёт себе и вздуется,Отравит чем-то вроде простуды.

И смоеться бесследно,Заставля сутками спать и ни о чем не думатьПрокрастинировать и ненавидеть за этоВсе что и так сплетено запутать.

Но надо писать, пока идеи потоками,Пока новые метафоры ложатся в строки,И голова от усталости стучит о скосы потолкаКак бы не умереть от скуки.

А потом простить себя.Стирая носки, не думать,О том, что стираешь носки, бля,Вместо того, что бы что-то придумать.

Надо простить себя за песчаное тело,Улетающее крупинками по ветру.Просто нужен дождь, ливень. НадоелоОтправлять поцелуи ветру.

Надоело писать за других,Смотреть на жизнь из-под чужих ресниц,Забить на существо своихПроблем, на взгляды тупых лиц.

Да просто писать, пока лезет,Пока так кажется, пока рвется.Не думать больше о лезвии,О том, что все разорвется.

Да кому нужен ритм в стихах,Когда там нет и мизинца смысла,Когда они не цепляют чей-то страх,Когда они не над кем не повисли.

А если повисли, держитесь.Я вас за это прощаю.Над своей могилой склонитесь.И начните прощать сами.