"Живи"

1

Однажды, я поверил в Бога.Я помню день пробитый полутьмой,Когда в голодной муке у порога,Руку протянул мне мальчуган немой.

На нем висело платье с кружевами,Чулочки белые и черный пелирин.На вид пятнадцать лет - огромными глазамиСмотрел в меня, как в цирке пилигримм.

Напуганный, измученный, раздеты,Заброшенный судьбой на свет квартир.В тумане взгляда, разогретыйСтруился маленький порочный мир.

- «Нужна услуга?» - голос тонкий, По-женски измененный для манер.- «Прошу простить», - мальчишка хрупкийВ глаза мне так взглянул, что оробел.

Он сделал шаг, дыхание озвучив,И серость разметав из под ресниц,Изгибы ломких линий, как у сучек, Открылись взгляду чуждых лиц.

Открылись плечи, грудь и бедра,Движений тела тихая сентенция,Открылась худоба ключиц и ребра,И ст'ыда взгляд - открытости инерция.

Я сжал ладонь, разбитый созерцаемым,Рванул за дверь его худое тело.Мальчишка не казался осязаемым,Вот какое дело...

Обвив руками волосы кудрявые,Я притянул к груди ребенка хрупкого.Впились мне в мышцы плечики костлявые,Картина выходила очень жуткая.

- «Я не возьму за это многого: Кусочек хлеба, можно денежкой...»Меня скрутила тошнота. ХолодногоУкола не ожидало сердце мерзкое.

Впечатав в стену тряпочку невинную,Разбив всецелость на кусочки мелкие,Забив меж ребер руку сильную,И пролетало время стрелкою.

Я слышал стон смиренья тихого,Пыланье тела, как костра обитого.Качанье акта неприрывного,Наруже сердца хрупкого, заметного.

2

Однажды, я поверил в Бога.Я помню день пробитый полутьмой,Когда в голодной муке у порога,Руку протянул мне мальчуган немой.

Тот мальчуган в отдаче безвозвратной,Скрутил ресницы, защемляя тьму,Крутились в веках слезы сурагатом,Рука вся в тряске с денежкой ему.

А я шепчу «живи» и слезы по лицу.- «Только не кому не распространяйтесь,Я очень-очень сильно вас прошу.»

Меня скрутило снова сильным звоном,Слова, как треск бежали по костям,В ушах кричали диким стоном.Забытие утоплено в слезах.

Мальчишка спрятался за дверью приоткрытой Мне долго чудилсь его шаги.В душе ребенка бедного закрытой,Звучало лишь одно: "живи".

И это слово, будто в душу дало,Облило кровью сердца тишину,Морозом вены заковало,Я молча, надрываюсь и кричу...

3

Однажды, я поверил в Бога.Я помню день пробитый полутьмой,Когда в голодной муке у порога,Руку протянул мне мальчуган немой.

Он в душу мне запрыгнул, как лисенок,Он лапкой бил и чувствовать желал.На боль судьбы оставленный зверенок,Который верил и чего-то ждал.

Мальчишка в платье с кружевами,Любитель жизни, но одним,Судьба кляла его слезами,Он вовсе был ей не любим.

Что с ним осталось, я не знаю.Но верю в жизни ясный свет,От мысли о ребенке таю,Задумав с ним сто разных бед.

Я верю в Бога, лишь от силы,Что не смогу помочь никак.И каждый раз под стоны жизниЕго я буду вспоминать...