Голова гудела, как будто внутри кто-то долбил металлической ложкой по кастрюле.Ариелла застонала, повернулась на спину и прижала подушку к глазам.

Пахло дорогим парфюмом и тональным кремом с подушки.Вчера она так и не умылась.

На тумбочке стояла хрустальная рюмка с водой и две таблетки. Ложка мёда на блюдце.Грейс, их горничная, как всегда, предугадывала нужды хозяйки.

Ариелла вздохнула и проглотила таблетки.Минут через десять поднялась с постели, прошла в ванную, умылась, нанесла лёгкий макияж, собрала волосы в небрежный пучок. В спортивных брюках и тёплом свитере спустилась вниз — не как принцесса, а как та, кому нужно выжить после бала.

Кухня была яркой, залитой солнцем.На столе — идеальный завтрак: круассаны, омлет, ягоды, кофе.Но её взгляд сразу упал на отца, сидящего с планшетом.

Газеты. В пиджаке. Уже с идеальной осанкой.На лице — ничего. Ни раздражения. Ни улыбки. Ни холода. Ни тепла.Как всегда.

— Доброе утро, — произнесла Ариелла, стараясь не щуриться от света.

— Утро, — ответил он, не отрывая взгляда от экрана.— Присаживайся. Нам нужно поговорить.

Она молча села, налила себе кофе.

— Слушаю, — сказала она, прежде чем сделать глоток.В голове немного прояснилось. Но только немного.

Отец отложил планшет, скрестил пальцы:

— Мне доложили о том, как прошёл твой вечер.Сначала — вечеринка. Затем — алкоголь. Затем — инцидент.И только благодаря твоему телохранителю ты сегодня дома, а не в сводке криминальных новостей.

Ариелла закатила глаза:

— Я пила. Как все.— Как не все, — отчеканил он. — Потому что ты — Блэквуд.И когда ты делаешь глупости, это сказывается не только на тебе. Это отражается на мне, на матери. На репутации семьи.

— Я не просила быть мне семьёй, — выдохнула Ариелла.— Нет, но ты родилась ею. И от этого не избавишься, даже если станешь монашкой.

Мать, до этого молча сидевшая у окна с чашкой чая, вставила тихо, почти ласково, но с остриём:

— Мы не против, чтобы ты отдыхала. Мы против того, чтобы ты в этом терялась.Женщина может быть слабой, пьяной, смешной. Но не на публике.Ты должна уметь контролировать себя, особенно когда кажется, что можно не контролировать ничего.

Ариелла посмотрела на неё.— Мам, спасибо за философию. Я и так уже в себя пришла.

— Нет, ты не в себя пришла, — спокойно сказал отец. — Ты просто проснулась.

Он подался вперёд, голос понизился:

— Этот парень, Рон, вытащил тебя из неприятной ситуации. Ты можешь этого не осознавать, но тебя хотели использовать.И если бы он вовремя не вмешался — последствия были бы совсем другими.Я нанял его не для того, чтобы он водил тебя на шопинг.А чтобы ты не погибла под весом своей собственной фамилии.

Ариелла медленно выдохнула, смотря в чашку.— Я справлюсь, — тихо сказала она.— Надеюсь, — сказал отец, откидываясь назад. — Потому что я не собираюсь справляться за тебя.

Мать встала, подошла, поцеловала её в макушку.

— И надень что-нибудь светлое. Ты выглядишь отвратительно.

Ариелла осталась сидеть, уткнувшись в кофе.Рядом с чашкой стояла ложка с мёдом.Она взяла её пальцами, медленно провела по языку.

Вкус был сладкий. Но не легче.

К тому времени, как Ариелла вышла из дома, Рон уже стоял у машины.

Он проверил давление в шинах, стоял у водительской двери — собранный, в форме, с прямой осанкой. Всё по инструкции.

Увидев, что она приближается, он просто кивнул и открыл для неё заднюю дверь.— Доброе утро.

— Доброе, — коротко ответила она, не смотря на него.

Она села в машину. Плавно. Без слов.Закрыла дверь и надела очки.

Рон закрыл багажник, сел за руль, запустил навигатор.— По расписанию: университет?

— Да. Без остановок, — спокойно ответила она, не отрывая взгляда от планшета.

Он кивнул и повёл машину.

Салон был тихим.Только ровный гул дороги и автоматическая голосовая подсказка маршрута.

Никаких разговоров.Никакой музыки.Никаких взглядов в зеркало заднего вида.

Обычная поездка.Один выполняет свою работу. Второй — пользуется услугой.

Когда они подъехали к университету, Рон заглушил двигатель, вышел первым, обошёл машину и открыл дверь.

— До обеда вас не будет? — уточнил он деловым тоном.

— Заберите в час. Я напишу, если планы изменятся.

— Принято.

Она вышла.Ровная спина. Никакой неуверенности. Ни взгляда назад.

Рон закрыл за ней дверь, вернулся за руль и посмотрел на экран телефона — обновил маршрут и запланировал заезд на заправку.

Кафе университета было почти пустым — самое начало перерыва.Окна от потолка до пола, свет ложился на столы ровно, без тени. Внутри — запах кофе и тёплой выпечки, музыка играла негромко.

Ариелла села к своему привычному столику. Через минуту к ней присоединились Лана и Кортни — обе в свитерах с гербом факультета, с ноутбуками, блокнотами и переполненными чашками латте.

— Ну наконец-то ты выглядишь как человек, — улыбнулась Лана. — После вчерашнего мы боялись, что ты в гипсе или с бритой головой.

— Забавно, — сухо ответила Ариелла, открывая ноутбук.

Кортни сделала глоток кофе и с любопытством спросила:

— Твой охранник тебя вчера увёз? Мы его мельком видели. Он же был у клуба?

Ариелла не подняла глаз от экрана.

— Работал. Как и положено.

— Строгий, — фыркнула Лана. — Даже Лиз попыталась с ним заговорить — а он будто вообще не слышал. Каменная стена.

— Это и есть его работа, — коротко ответила Ариелла.

— А мы что? Угроза? — театрально возмутилась Кортни.

— Иногда — да, — пробормотала Ариелла, и на лице мелькнула тень, но исчезла прежде, чем кто-то успел это заметить.

— Ладно, — Кортни открыла сумку и достала конспект. — У вас была лекция Селби по судебной логике? Мне кажется, он опять смотрел на меня, когда говорил про манипуляторов.

— Это паранойя, — отмахнулась Лана. — Он всегда смотрит в сторону аудитории. У него косоглазие, Корт.— Спасибо, ты умеешь утешить.

Ариелла молчала. Пила воду. Отвечала только на прямые вопросы.Она слушала, но не смеялась, не перебивала, не пыталась вести разговор.

— Ты как будто не с нами сегодня, — сказала вдруг Лана. — Что-то случилось?

Ариелла отложила стакан, посмотрела прямо:

— Просто хочу тишины. Хотя бы час.

— Понято, — сжала губы Кортни. — Без лишних слов.

Они снова вернулись к обсуждению курсов, преподавателей и новой слуховой темы: кто-то из четвёртого курса якобы встречается с ассистентом кафедры криминалистики.

Ариелла слушала вполуха.Глаза её скользили по экрану, но мысли оставались в стороне — там, где не было ни Феликса, ни сплетен, ни вчерашней ночи.

Тренировочный зал находился в полуподвальном помещении охранного центра.Старый линолеум, мат на полу, железные перекладины, муляжи оружия в стойке.Стенд с анатомическими схемами, камера в углу — здесь не делали селфи.Здесь учились выживать и защищать.

Рон уже был в зале.Футболка прилипла к спине, дыхание выровнено, взгляд сфокусирован.На нём — защитные перчатки. Он стоял в стойке. Против него — Мэтт Хейден.

Мэтт был старше, ниже ростом, но двигался как пружина — чётко, без шума. Его опыт чувствовался в каждом шаге.

— Рон, ты зажимаешься в корпусе.— Концентрируюсь.— Нет. Думаешь. На работе думай. Тут — работай телом.

Они сошлись.Движение — уход, блокировка, шаг вперёд.Мэтт резко поймал запястье Рона, вывернул его и вложил руку ему под горло.

— Ты мёртв, — сухо произнёс он. — Смотри, как ты встал. Открыто.— Принято.— Повтори.

Рон шагнул назад.Через минуту он уже удерживал Мэтта на полу, зафиксировав локоть и запястье.

— Так лучше, — кивнул Мэтт. — Учи мышцы думать самостоятельно.

Они тренировались ещё двадцать минут.После — перешли к стрельбе в виртуальной комнате.Сценарий — покушение в людном месте.Рон действовал быстро, без замедлений.

Когда всё закончилось, они сели на скамейку у стены. Мэтт налил себе воды из бутылки и вытер лоб.

— Кстати, — сказал он, — с завтрашнего дня тебя будут менять по выходным.— Менять?

— Да. Охрана в доме считает, что одной смены для семьи недостаточно.Будут два человека: ты — с понедельника по пятницу. По субботам и воскресеньям — кто-то из резервной группы.Ты получаешь выходные.

Рон молчал пару секунд.

— Поддерживаешь?

Мэтт пожал плечами:

— Выходные нужны. Иначе ты перегоришь. А если что-то случится, тебе нужно быть в тонусе, а не с мёртвыми глазами.

— Я не против, — сказал Рон. — Просто привык работать без пауз.

— Привыкнешь.И, поверь, ты не последний, кого эта девчонка вымотает.

Рон встал, взял свою куртку.

— Она — не проблема.— Вот и хорошо, — усмехнулся Мэтт. — Тогда встретимся в понедельник утром. Завтра — отдыхай. Но держи телефон под рукой. Вдруг резерв сольётся.

— Принято.

Рон направился к выходу.Молчаливый, сосредоточенный, как и был.

Оставшийся день прошёл по расписанию.Без отклонений. Без эмоций.Ариелла выполнила всё, что от неё ожидалось, — и ничего больше.

Вечером машина остановилась у ворот.Дом встретил её прохладой и тишиной.Она прошла внутрь, перекинула сумку на вешалку, коротко кивнула матери в гостиной и поднялась в комнату.

Скинув одежду, достала из шкафа чёрный закрытый купальник и накинула длинный хлопковый халат.Тихо, босиком, спустилась по лестнице и вышла к бассейну.

Двор был освещён мягкими лампами.Вода отливала серебром.Тишина — почти абсолютная.

Ариелла медленно вошла в воду и начала плыть.Без спешки. Без цели.Лишь чтобы чувствовать, как напряжение уходит с каждым гребком.Плечи болели. Шея была забита.Но не тело уставало — голова.

«Утром — лекция. Вечером — ужин с кем-то, кого я не выбирала.Весь мой день расписан. Мои слова, мои наряды, мои реакции.Все знают, какой я должна быть.Все считают, что знают лучше.»

Она вынырнула, набрала воздух — и снова вниз.Вода обнимала, приглушала мысли.Но ненадолго.

«Иногда я не знаю, ради чего всё это.Криминология — мой выбор, но даже он кажется… чужим.Я учусь, потому что должна не быть пустышкой.Потому что если не отличница — значит, просто дочь богатого отца.А если и то, и другое?Что тогда останется от меня?»

Она легла на спину и замерла.Смотрела в потолок — в пустоту.

> «Никто не спрашивает, что я хочу.Только — кем я должна быть.Только — чего ждут.Только — что подумают.»

Глаза щипало от хлора, но она не вытирала лицо.Вода стекала по вискам, капала с подбородка.

Минут через пятнадцать она вынырнула, выбралась из бассейна, не торопясь.Накинула полотенце, прошла мимо стеклянных дверей и исчезла в доме.

Без слов. Без шума. Без лишних мыслей.Просто — тишина.