Глава 45: «Имя, что будет жить в сердце. Каждому - любовь»

От лица Аманды

Дом был полон света.⠀Сквозь открытые окна тянулся мягкий ветер, а где-то на заднем дворе Луна пыталась кормить Минхо травой, уверяя, что "он — пони, пони!", а Минхо терпеливо продолжил катать её на спине реально, как пони.⠀Я улыбалась, наблюдая это из кухни, а внутри меня… маленький, тёплый пинок. – Ты тоже хочешь внимания, да?.. – шепнула я, поглаживая живот.⠀В этот момент я уже знала:мальчик.⠀Вечером мы втроём сели у огня.

Ньют держал Луну на коленях, а я – тетрадку с детскими именами.⠀– Так… если девочка – то Лея, Розали или… Нора.⠀– Но ведь мальчик, – тихо сказала я.⠀Ньют удивлённо поднял брови:⠀– Ты уверена?..⠀– Интуиция. Мамина.⠀Мы долго обсуждали. Перебрали имена от классических до самых редких.⠀И вдруг Ньют замер.⠀– А как тебе... Элайдж?⠀Я остановилась. Повторила вслух: – Элайдж…⠀Малыш толкнулся в ответ. Мы переглянулись. – Он согласен, – улыбнулась я.⠀А потом, пока все спали… я встала. Достала из-под кровати три коробки.⠀На одной — бирочка: «Луна»⠀На второй — пустая, но внутри уже лежала шапочка, маленький рисунок сердца и записка: "Ты ещё не родился, но уже любим."⠀А третью я пока не подписала. Она была для…того, кого мы потеряли.⠀И я, не сдержавшись, прижала руку к груди, где всё ещё хранилась память: – Я не забыла тебя…Ты – мой первый малыш. И ты всегда будешь с нами.⠀Каждому – по частичке сердца. И всем – одинаково.

От лица Аманды

Иногда я ловлю себя на том, что просто сижу… и слушаю. Не людей. Не шум с улицы. А тишину нашего дома. Где каждая комната – маленькая вселенная.⠀В одной – Луна играет в «семью», кормит куклу, называя её Братик.⠀В другой –  Ньют мастерит что-то, и когда я подглядываю через щёлку – вижу, как он старательно вырезает деревяшки для карусели.⠀– Это для Элайджа, – прошептал он,заметив мой взгляд.– Чтобы он каждый вечер смотрел вверх и знал: «Папа сделал это сам».⠀Я тихо вернулась в комнату. Открыла коробочки.⠀В коробку Луны я положила её первый рисунок– кривое солнце с шестью лучиками.⠀В коробку Элайджа — носочки,которые я связала прошлой ночью.⠀А в ту самую…ту, которую не называю вслух, я опустила своё письмо: "Ты был моим первым 'светом'. И ты всё ещё живёшь в нас."⠀Вечером мы все вместе оформляли детскую.⠀Луна выбирала обои (конечно, с зайчиками), Ньют крутил карусель и спрашивал: – А если он не будет любить жирафов?..⠀– Тогда мы переклеим, – смеялась я.⠀А когда всё было почти готово, я вышла на веранду…и заплакала. Но не от боли. От счастья.⠀– Аманда… – тихо сказал Ньют,обняв меня сзади.– Ты знаешь…что каждый ребёнок выбрал тебя.⠀И тогда сзади нас раздался голосок:– Мама…⠀Мы обернулись.⠀Луна сидела на своём коврике, держала свою куклу, а на лице было что-то очень серьёзное. – Я… сестричка.

И снова – пинок. Слабый, тёплый.⠀Я опустилась на колени, прижала Луну к себе.– Да, зайка…Ты – старшая.⠀– А братик будет любить тебя.– А внутри меня звучало только одно: «Малыш, ты уже дома.»