15 глава

"У человека можно отнять всё, кроме одного: последней свободы человека — выбирать своё отношение к любым обстоятельствам, выбирать свой собственный путь." – Виктор Франкл.

Аня Форджер.

Я открыла дверь машины Блэкбелл, даже не заметив, что не попрощалась с ней и быстрым шагом направилась в подъезд. В ушах звинело, перед глазами была пелена. Я как в тумане добралась до своеоо этажа, квартиры, комнаты, переоделась и легла в кровать. Только сейчас я будто очнулась, голова стала тяжёлой, а на плечи, будто свалился весь груз этого чёртового мира. Мне поплохело. "Хватит быть такой эгоисткой" крутилось в голове. Я эгоистка?..

Я нахмурив брови смотрела в потолок, а затем со всей силы кинула подушку в шкаф, дверца отварилась от удара.

— Стерва! — крикнула я в воздух.

Мой взгляд зацепился за рукав одной очень симпатичной серой кофты. Глаза расширились от удивления – я совсем забыла, что в тот вечер он одолжил мне свою кофту.

Я встала с кровати и сняла её с вешалки, не забыв закрыть шкаф и сняв домашнюю футболку, натянула кофту Демиана. Вытащила из под кофты длинные волосы и подошла к зеркалу в пол. Я смотрела кофту в зеркале и вдыхала аромат дорогого, мужского парфюма.

Наверное... Всё таки я была не права. Я не должна была так говорить Бэкки. Она ведь всегда говорила мне правду и доверяла всё на свете. Но она тоже не должна была говорить, что я эгоистка. Я ведь не эгоистка. Не эгоистка ведь?..

Я не заметила, как начала плакать. Мама всегда была рядом, а сейчас я безумно нуждалась в её совете. Мама... Мамочка.. Вернись домой скорее... Я соскучилась...

Через пару часов я заставила себя подняться и хотя бы начать делать домашнее задание. Это было сложно: рука дрожала, а из глаз, так и наровили покатиться горячие слёзы. Благо, домашки было не много – первый день учёбы, всё таки.

Потом я пошла на кухню, сделала себе лавандовый чай и села на стул, прижав колени к груди, я дала волю слезам. Так я сидела пару часов, пила успокаивающий чай, который по какой-то причине не помогал и ревела, пока не пришёл папа.

На его голове был большой лекопластырь, который вероятно прикрывал ранение, а губа была рассечена, он чуть заметно хромал. Видимо, отец собирался пойти в комнату, но увидел меня и, разумеется присел рядом.

— Что такое, Аня?

— Всё хорошо, — вытерясь рукавом пробурчала я, стараясь не плакать, но скоро осознала, что это кофта Демиана и перестала это делать.

— Не делай из меня дурака, я не читаю твои мысли, дочь. — Он тепло улыбнулся мне.

— Не обращай внимания. Просто фигня. — Я встала со своего места и ушла в комнату громко хлопнув дверью.

Да какая ему вообще разница!? Что он прецепился!? Это вообще не его дело! Что за допрос!?

Через минуту он постучался ко мне нашим стуком: два быстрых, три долгих и три сверху вниз.

— Анюта, если ты переживаешь по какому-то поводу – это не фигня. Это значит, что что-то причинил тебе боль и я бы хотел знать что это, потому что планирую и дальше быть активным участником твоей жизни. Я люблю тебя, потому что ты моя дочь.

Я сидела на полу, спиной к двери, прижав колени к груди, по моему лицу катились слёзы. Когда он закончил, я всё ещё сидела так. Я точно знала, что он там, за дверью. И он никуда не уйдёт. Потому что он мой папа.

Я резка поднялась с пола и открыла дверь. Я буквально прыгнула к нему в объятья.

— Я тоже тебя люблю... — прохрипела я.

Мои руки обнимал его за талию, а слёзы мочили его рубашку и пиджак, который он не успел снять. Он молча прижимал мою голову к груди и гладил по волосам,положив подбородок на мою макушку.

Через какое-то время я успокоилась, в этот раз окончательно – присутствие папы этому поспособствовало. Я не хотела говорить ему причину своих слёз, а он знал об этом и не давил, всегда давал мне выбор. Ну, кроме операции, разумеется. Я отстранилась от него и улыбнулась, он тоже улыбался мне так, как умеют только папы.

— Пошли с Бондом в парк гулять? — неожиданно спросил он.

— Пошли, — не задумываясь ответила я. Мне определённо нужно было отвлечься,кроме того я могу развести его на мороженое, если ларёк открыт в столь поздний час.

Я быстра собралась, переодев только домашние штаны в джинсы. Натянув кроссовки я одела ошейник на бонда, дождалась, пока он соберётся и мы выдвинулись.

Через некоторое время парк встретил нас прохладным осенним ветерком. Листья, некоторые из которых усмени опасть хрустели под ногами, словно печенье, воздух пах влажной землей и сыростью. Папа шёл впереди, ведя Бонди на поводке, периодически оглядываясь на меня. Бонд радостно поскуливал, семеня маленькими лапками и нетерпеливо дергая поводок, радуясь прогулке.

— Холодно? — поинтересовался отец, замечая, как я ежусь в толстовке Демиана.

— Немножко, ничего такого, — призналась я, натчгивая на кисти тёплую ткань.

Прогулка действовала расслабляюще, мысли начали приходить в порядок. Но одно обстоятельство не позволяло окончательно расслабиться — неслучившийся разговор с Демианом. Покачивая руками в такт шагам, я косилась на папу.

— Можно вопрос личный задать? — нарушила я тишину.

Отец посмотрел на меня внимательно, слегка улыбнувшись уголками рта.

— Разрешения на вопросы нп просят, их просто спрашивают, — добродушно поправил он.

Я фыркнула, поправляя волосы, которые немного пушились на ветру.

— Скажи, а что ты думаешь о любви? Есть ли она вообще? Реальна ли? — выпалила я одним духом.

Вопрос повис в воздухе, словно туман, затягивая нас обоих в его сеть. Отец задумчиво посмотрел вдаль, остановившись возле скамейки.

— Любовь существует, Ань, — серьёзно произнёс он, сев на деревянную лавочку. — Правда, у каждого она своя. Для кого-то любовь – страсть, для другого – глубокая привязанность, третьи видят в ней поддержку и опору. Но главное в любви – умение дарить и получать, уважать чувства партнёра и уметь жертвовать личным комфортом ради счастья любимого человека.

Я примостилась рядом, обхватив колени руками.

— А если чувства разные? Один любит, другой целует другую девушку? — я осознала, что палю саму себя и быстро добавила я, — или парня.

Папа приобнял меня за плечо, привлекая к себе поближе.

— Важно помнить, что любовь – двусторонняя вещь. Если чувства неравноценны, рано или поздно возникнет дисбаланс. Лучше решить, готова ли ты ждать того, кто возможно, никогда тебя не полюбит.

— Иногда кажется, что проще уйти, чем объяснить, — пробормотала я, глядя на упавшие листья.

Отец вздохнул, гладя меня по плечу.

— Решение всегда за тобой, доченька. Но помни: иногда молчание причиняет боль большую, чем откровенный разговор.

Эти слова отозвались эхом в душе, заставляя задуматься. Может, я зря оттягиваю объяснение с Демианом? Возможно, следовало прямо спросить его, что он чувствует?

Прогулка заканчивалась, солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небеса в золотисто-розовые оттенки. Держа Бонда на коротком поводке, мы шли обратно к дому. Уже у подъезда папа внезапно замялся, словно сомневаясь.

— Знаешь, Аня, я ведь тоже многое сделал неправильно. Давление с операцией, отсутствие внимания… Мне очень жаль. Надеюсь, однажды сможешь простить меня.

Я приподнялась на носки и чмокнула его в щёку.

— Ты лучший папа на свете, и я уже давно простила тебя. Люблю тебя.

Его улыбка стала шире, а в глазах появилась уже давно знакомая искра.

Возвращаясь домой, я поняла: некоторые вещи требуют мужества, признания ошибок и готовности меняться. Если хочешь настоящего счастья, нужно смело смотреть в глаза проблеме и искать компромисс. В противном случае судьба возьмет дело в свои руки, и результат может оказаться непредсказуемым.

Первым делом я хотела помириться с Бэкки, но всё никак не решалась. Она даже не смотрела на меня. Даже не замечала, что я смотрю на неё и пытаюсь поговорить с ней. Знала бы она как мне сложно!

С Демианом ситуация была куда сложнее. Эту ситуацию зовут – мисс дала всему Тиндеру. Эта сука не отлипала от него, как и он от него. Прямо таки не девушка, а эластомер, или как по другому объяснить, то что этот вантус к ней так хорошо присасывался?

В конце недели у меня таки удалось поговорить с ним. Меня достало, что он постоянно с этой шлюхой и я попросила его отойти со мной, когда они выходили из школы за ручку. Ну прямо сладкая парочка. Посмотришь на них и поймёшь – ненавидишь сладкое.

— Что хотела, коротышка?

— Будешь вечно избегать меня?

— Я не избегал, я всегда изолируюсь от тебя. Вдруг тупость заразна?

— Ты с ней флиртуешь, чтобы мне насолить? — так думать просто ужасно, но боже, как же я хотела, чтобы это была не моя глупая фантазия, а правда!

— Чего? Ты о чём?

— Ладно, меня не интересуют твои отношения. Почему ты поцеловал меня?

— Поце.. Что? — я напряглась. Неужели он напился тогда до такой степени, что не знал кого целует и ему было плевать? Вот урод.

— Понятно, просто хотела извиниться, за то что послала такого недолюбленного папочкой мальчика, мне просто тебя жаль. Ну раз ты не помнишь, значит забыли. — я ухмыльнулась и развернулась чтобы уйти, еле сдерживаюсь от того, чтобы обернуться и посмотреть ему в лицо, которое явно стоило всех вышеперечисленных мной слов, о которых я мгновенно пожалела.

Он схватил меня за предплечья и затащил в каморку, закрыв дверь и прижав меня к ней.

— Вау, да тебе бы диссы писать! — прорычал он. Его лицо темнело от гневна с каждой секундой и садистски огонь в его глазах заставлял меня напрячься. — Раз пришла извиняться – извинись

— Ты что больной?! Отпусти меня! — я попыталась вырвать руку.

— Не хочешь извиняться? Ладно. Всё-равно ты целуешься плохо. У тебя были явно посредственные учителя. — Он немного расслабился. Я пыталась прочитать его мысли, но он будто блокировал их. О чём он вообще думает!?

— Капец у тебя самокритика, — пробубнила я. Он замер, его рука чуть сильнее сжалась на моём предплечье.

— Что?.. — переспросил он, ошарашено смотря на меня.

— То.

— Хватит  игрульки со мной играть, Коротышка, это не смешно.

— С чего ты взял, что я играю тобой? Это действительно был мой первый поцелуй. Я растерялась, потому что ты всегда терпеть меня не мог, а в итоге украл мой первый поцелуй. Я не должна была так говорить, но и ты меня пойми – для меня это было ново.

Он не отвечал, просто сверлильный меня взглядом, будто проверяя: лгу я или нет. Затем медленно кивнул. Его рука на моём предплечье скользнула вниз по пульсирующей венке на запястье и невесомости коснулась середины ладони. А затем он отшагнул. Потом я вспомнила, что дверь сзади меня и шагнула к нему, теня за собой дверь. Не успев понять случайно это или намеренно, я провела пальцем по вздувшимся венам у него на запястье до локтя. Хотя это явно было подсознательно специально.

Он вздрогнул и напрягся сильнее. В его глазах вновь полыхнул пожар, губы сжались в тонкую линию.

— Хорошего вечера вам с мисс Кимберли. — еле слышно произнесла я и ушла.

Отойдя достаточно, я глубоко вздохнула. Какой же это был стресс! Теперь стало понятно, он помнил, но обиделся. Сейчас всё решено. Теперь мы снова можем стать друзьями, как раньше. Я улыбнулась, тяжёлый груз упал с моих плеч.

Я шла по коридору с улыбкой на губах, как вдруг меня схватили за талию притянули за угол и поцеловали. Мои глаза расширились от удивления.

— Привет, я Адам. Адам Доусон. — лучезарно улыбнулся мне лучезарный парень. — Ты мне нравишься второй год, но я только сейчас решился что-либо сделать. Прости, это слишком странное решение, всмысле поцеловать тебя, — нервно тараторил он, заставляя меня улыбнуться. Он улыбнулся в ответ. — В общем.. Пойдём гулять после уроков?

Я впала в ступор. Самое необычное приглашение на свидание из тех, что у меня были. А, точно. У меня же никогда не было свиданий. Я неосознанно отвела взгляд в сторону и задумалась о Демиане. Хотя, какая разница, у него своя жизнь, у меня – своя.

— Прямо после уроков не могу, прости.

— Оу.. Может, тогда в ресторан вечером?

— Я не против, — искренне улыбнулась я. Он был очень милым.

— Тогда я заеду за тобой вечером, ты главное не переживай, я не какой-то там местный маньяк и не увезу тебя куда нибудь в лесок на съедение белкам.

— Когда ты так говоришь, я начинаю только больше переживать. — эх, а он ведь не знает, что мой отец шпион, который убивал людей.

— Прости, я что-то сегодня туплю и говорю всякое невпопад..

— Всё хорошо, я такая же.

— Дашь свой номер?

Я дала ему записать его юзер в приложении. У него стояло не его имя, поэтому я поменяла его На "Адам🌷". На его аватарке стоял довольно симпатичный парень, с чёрными как соль волосами и голубыми глазами – сам Адам. Парень был выше меня на целую голову, явно спортсмен, явно хороший.

Но тут мне вспомнились все рассказы о сериалах от Бэкки, в которых такие "хорошие" потом творили всякое: нкотики, нсилие и дальше по списку. Но быстро отмела эти мысли – мы живём в ряльному мире, с ряльнымт парнями, а не в глупом сериале о неадекватно любви. К тому же я могу спросить о нём у папы и он его пробьёт, ради моей же безопасности.

Он предложил отвезти меня домой и я согласилась. Мы говорили с ним обо всём на свете. Он много спрашивал обо мне, а я в свою очередь узнала, что он боксёр, что очень любит рисовать и что у него есть младшая сестра Лилс,с которой они очень близки, хотя ей и только 6 лет. Он высадил меня возле моего подъезда. Я помахала ему на прощание и он тронулся с места. Сегодня в голове была лёгкость, я забежала в магазинчик за газировкой и мороженным. Наевшись его и позалипая в соц. сетях я сделала уроки, которых задали будто на неделю и стала думать в чём пойти, какой макияж нанести, какую причёску сделать. В итоге надела красное, обтягивающее, бархатное платье на тонких бретельках, которое было чуть выше колен, хотя скорее чуть ниже задницы, потому что его мне выбирала и дарила Бэкки. Бархатные тувли на толстой спильке, тоже от Бэкки. Распустила волосы, закалола передние пряди сзади маленьким крабиком. Накрасила губы красной матовой помадой и сделала чёрные стрелки.

Когда в 18.15 мне пришло сообщение от Адама "Выходи, солнышко", я первым делом написала отцу, что приду поздно. Затем накинула джинсовкуи спустилась вниз. Сфотографировала номера, написала имя, фамилию того, с кем пошла гулять и сев в машину мы отправились в ресторан.

——————————————————

Итак... Семейное положение всё сложно. Будет ли она теперь счастлива с Адамом? Может это конец истории Демиана и Ани?...