part 2

28 января - День двенадцатый.Я положил его историю болезни на кухонный стол, сам сел на стул рядом и начал пить кофе. Я всё ещё был в пижаме, наслаждаясь субботой. На другом конце нашей маленькой кухни Лиам полез в шкафчик, чтобы достать упаковку хлопьев и насыпать их в тарелку.- Новый пациент?- Относительно, - я открыл папку на титульной странице и увидел фотографию Гарри сверху рядом с его именем, возрастом и ещё кучей другой информации. - Встретил его в прошлый вторник.Лиам рассеянно кивнул, добавляя молока к хлопьям.- Наш очаровательный ночной гость по телефону?Я улыбнулся, потому что его голос всё ещё находился где-то у меня в сознании.- Одно и то же... - Лиам зашёл за моё плечо и посмотрел в файл парня. - Милые волосы.Я прикрыл информацию рукой.- Врачебная тайна, Лиам.Он показал мне язык.- Я просто хотел посмотреть, как он выглядит.- Тебе случайно нигде не нужно сейчас быть? - я посмотрел на него и послал ту самую ухмылку, что он называет «нахальной улыбкой гей-королевы Луи», которую я, в общем-то, не должен считать шикарной, но, увы, она мне такой казалась.- На самом деле нужно. Даниэль хочет посмотреть фильм, - он улыбнулся и поднял большой палец кверху.- Будь осторожен, - я постарался не закатить глаза при виде его детского выражения лица. То, что он был не особенно умным, с лихвой покрывалось тем, что он был абсолютно невероятно очаровательным. Я понял, какая это проблема, когда нам пришлось платить налоги.- Я всегда осторожен, ты же знаешь, - он бросил свою тарелку в раковину и направился к двери. - Увидимся позже!- Пока, Ли, - я крикнул, после чего сделал большой глоток кофе и взглянул на новую страницу, на которой сверху были написаны слова «Обзор пациента».Я быстро пробежался взглядом по написанному, и моё дыхание перехватило, когда я увидел два слова: попытка самоубийства.Слова будто бы размылись перед моими глазами. Передозировка. История нанесённых себе увечий. Предпринята 12 декабря. Это было только 2 месяца назад. Я уронил голову на свои руки, и лицо парня проплыло у меня перед глазами.Гарри, что же ты наделал?..31 января - День пятнадцатый.Я бы солгал, если бы сказал, что следующие несколько дней не думал об этом парне. Я знал, что не должен столько времени переживать об этом, но что с этим делать, я не знал. Иногда я только и мечтал о том, чтобы перестать беспокоиться о вещах, на которые я не могу повлиять. Это, конечно, можно было отнести и к плюсам хотя бы потому, что я просто не мог пройти мимо.Я почувствовал внезапное облегчение, когда вошёл в его палату. Гарри был точно там же, где я и оставил его в прошлый раз: на кровати с одеялом вокруг его талии, ноутбуком на коленях и глазах, прилепленных к экрану.- Я начинаю думать, что эта штука к тебе приклеена, - я пошутил прямо с порога, широко улыбаясь.- Её приварили к моим ногам пару месяцев назад, - он ответил, не отрываясь от своего занятия.Я уставился на него, размышляя о том, что вот он, этот парень. Это он звонил мне поздно ночью. Это под его дыхание я заснул тогда. Было такое впечатление, что в этой светлой комнате стены обороны этого парня снова восстановились. Я всё ещё видел его, этого сломленного мальчика с тёплым голосом, но он будто бы был спрятан от меня.- Чувствуешь себя хорошо?- Голова немного болит, - он ответил, что-то печатая в ноутбуке.Я отошёл от двери и осмотрел комнату, в которой жил Гарри. Зарядник его компьютера был подключен к удлинителю около его кровати. В маленькую щель приоткрытой двери шкафа я увидел куртки и свитера, висящие на вешалке, и несколько пар обуви на полу. На его тумбочке около кровати был ужасный беспорядок. Там были кружки, карандаши и другой мусор. А ещё несколько фотографий в рамках.- Кто они?- М?- На фотографиях, - я опустился на колени, разглядывая светлые лица. Гарри обвивал шею парня рядом, а тот в свою очередь ерошил его волосы. Какая-то темноволосая девочка смеялась над ними. Они трое и ещё одна блондинка указывали на что-то за кадром.- Друзья, - он ответил рассеянно прежде, чем понял, что я рассчитывал на более развёрнутый ответ. - Мама думала, что это позволит мне чувствовать себя лучше.- Так они помогают? - я сел на своё обычное место рядом с его кроватью.- Ни капли.Я был несколько удивлён прямотой его ответа.- Почему?Он, наконец, повернул свои зелёные глаза ко мне. Они были большими, блестящими и какими-то светящимися, обрамлёнными тёмными ресницами, что отбрасывали тени на его круги под глазами. Он выглядел ужасно усталым. Настолько, будто бы он не спал несколько суток.- Потому что я умираю, - он сказал это так, будто это было совершенно очевидно.- Тебе на самом деле необходимо выйти из этой комнаты, - я мог видеть, что он уже практически пустил корни в этой комнате, став её частью. Он не просто умирал, он ждал смерти.- Может быть завтра, - он ответил, и у меня появилось подозрение, что он сказал это лишь для того, чтобы я оставил его в покое.- Когда-нибудь накопится слишком много «завтра» и слишком много пустых «вчера», - я сказал. - Мы можем остаться здесь, где я буду задавать тебе множество личных вопросов, или же мы пойдём на прогулку.Он уставился на меня, понимая, что в этой ситуации я взял верх.- Я уже ненавижу тебя немного, - он слез с кровати, и его серые спортивные штаны собрались кучей складок у его икр.- Только немного? - я тоже встал, застёгивая свою куртку.Я поймал ещё один взгляд на себе и заметил улыбку на устах парня.- Только немного, - он махнул рукой в направлении двери и сказал: - Закрой дверь, я переоденусь.- Ты чудесно выглядишь, Принцесса, - я усмехнулся, указывая на его мятую футболку и штаны. - Мы всего лишь гулять идём.Он серьёзно посмотрел на меня, вытащив чистую одежду из чемодана под кроватью. - Ты не знаешь, сколько дней я носил эти штаны.Я спрятал улыбку:- Уверен, что и знать не хочу.Он покрутил рукой, на что-то указывая мне.- Отвернись! Я собираюсь переодеться!Сначала у меня было дикое желание посмотреть на него, но потом мой разум всё-таки победил, и я понял, что не должен этого делать. Я отвернулся, вертя в руках ремень моей сумки, и вскоре услышал шорох за спиной.- Насколько хорошо я выгляжу по шкале от 1 до 10? - он спросил, когда закончил, поставив руки на талию.- Я думаю, где-то на 7. Может быть, даже 8, - я ответил с немного озорной улыбкой. На нём была чёрная футболка с Ramones на ней и узкие синие джинсы, которые крепко обхватывали его ноги. Даже 8 было сильным преуменьшением. Он был похож на модель, снимающуюся для рекламы какого-то модного парфюма, даже с его тёмными кругами под глазами и спутанными волосами. Я понял, что в нём есть что-то просто невероятно красивое.- Ты лжец. Скорее всего, я выгляжу на 10. Ну, может быть, на 9,8, нужно же оставить хоть немного для того, чтобы я улучшил результат, - он повернулся ко мне спиной, ощупывая свой зад, а потом потянулся к своей шапочке на тумбочке и натянул её на свои кудри. Мне нравилось, как он двигался. Особенно эти резкие и отрывистые повороты, так шикарно сочетающиеся с остальными жутко медленными движениями, что напоминало мне то, как он говорил.- Кто-то слишком нахальный сегодня, нет? - я поддразнил его, пока он надевал пальто.- Это часть моего обаяния, - он нисколько не потерял в нахальности на самом деле, но всё-таки теперь в этом было что-то... тёплое. И это дало мне мысль о том, что возможно, лишь возможно, мне не так сложно будет прорваться сквозь этот панцирь Гарри.Увести его из больницы оказалось на удивление простым делом. Стоило мне лишь улыбнуться и подмигнуть медсестре, как мы уже оказались на воле, оставив девушку внутри с румянцем на щеках.- Куда мы идём? - он спросил, когда мы вышли на тротуар, и начал рассматривать здания, будто бы видел их в первый раз. Над нами висело серое небо с тяжёлыми тучами, наверняка полными снега. Я начал опасаться, что наша прогулка может сорваться. - Это зависит от того, любишь ли ты кексы, - я сказал, проходя мимо остановки.- Ты же не серьёзно, да?У меня вырвался смешок, и я запустил руки поглубже в карманы, потому что ветер начал усиливаться.- Просто хочу убедиться.Он лишь улыбнулся, чуть подняв уголки губ, что заставило меня сразу же почувствовать тепло внутри. Он затолкал подбородок глубже в воротник, а руки в карманы. Его лицо было розовым, а пары дыхания будто бы путались в волосах.- Я уже забыл, как пахнет зима, - он тихо сказал, набирая в лёгкие побольше воздуха.- Ты на самом деле не очень часто выходишь на улицу, да? - я спросил, когда мы завернули за угол, почувствовал грусть в его словах. Это его последняя зима. Последний раз, когда он пройдёт по улице 17 января. И посмотрит на серое небо.- Да, - он ответил, забираясь будто бы глубже в себя.Мы прошли ещё квартал или два. Мне хотелось что-нибудь сказать, но Гарри, по-видимому, было вполне комфортно в тишине между нами.Минуты две спустя я взял его за руку, указывая на яркий знак.- Мы пришли, - я толкнул дверь и зашёл внутрь небольшой пекарни. Это было моим любимым местом, где всегда было много вкусного кофе, шикарного печенья и ещё более шикарных кексов. Струи тёплого воздуха обвились вокруг нас, сметая зимний холод.Глаза Гарри расширились, когда он увидел до краёв заполненную витрину со сладостями. Я заметил Даниэль за прилавком, её голубые рукава были закатаны и перемазаны мукой. Она помахала мне рукой, когда увидела, и её лицо прояснилось:- Эй, Луи!- Эй, Дани, - я подошёл к ней, Гарри следовал за мной по пятам. - Гарри, это Даниэль. Даниэль, Гарри.Он робко осмотрел девушку и оглянулся на меня:- Даниэль, которая Лиама?Я кивнул, стараясь не удивляться тому, что он уделяет так много внимания деталям. Даниэль широко улыбнулась.- Ты сказал ему обо мне?- Только хорошее, - я заверил её, расстёгивая своё пальто. - Ну... что у вас тут свежее?Она отошла на кухню - открытый зал позади прилавка - где две девушки доделывали огромный торт. - Я только что закончила несколько кексов. Если бы я съела один, чего я, конечно же, не делала, то я бы сказала, что они удивительные.Я посмотрел на Гарри, которой кивнул мне.- Звучит просто прекрасно!- Что-нибудь пить будете?- Кофе, как обычно, - Даниэль была единственным человеком в мире, которому я доверял делать свой кофе. По этой же причине я очень надеялся, что она и Лиам поженятся. Другой причиной было то, что она была безумно очаровательной, но это само собой разумеющееся.- Горячий шоколад, пожалуйста, - Гарри добавил из-за моей спины, и я в который раз убедился, что у него просто безумный низкий с хрипотцой голос.Даниэль улыбнулась парню, а потом обернулась ко мне.- Займите место, я скоро подойду, - Гарри сразу же рванул к маленькому столику около окна.Девушка набросилась на меня сразу же, как парень оказался вне зоны слышимости:- Боже, Луи, какой он милый. Ваши дети будут самыми красивыми.Я посмотрел на неё.- Во-первых, это физиологически невозможно. И, во-вторых, мы не встречаемся, он мой пациент.Лицо Даниэль сначала омрачилось, но потом она произнесла:- Но он же нравится тебе.- Ну, конечно, он нравится мне, он же мой пациент, - я ответил, стараясь говорить тише, пока она готовила напитки. - Мы не вместе, Даниэль.- Он натурал? - спросила она, добавляя ложку взбитых сливок к горячему шоколаду.Я вспомнил кое-что. Например, его проверку.- Не совсем.Даниэль чуть не пролила шоколад, когда ставила чашку передо мной. В каждом её движении чувствовалось волнение и восхищение.- Луи, ты должен встречаться с этим парнем. Ты обязан. Он такой задумчивый и милый. И, о, Боже, Луи, он снял свою шапку. Эти кудри. Луи. Кудри.Я обернулся к Гарри и увидел, как он задумчиво ковырял свою шапку. Она была права. Он милый. Просто невероятно несправедливо милый. А ещё он тот, кому я должен помочь. Не тот, в кого я должен влюбиться. Это было бы совершенно неуместно.- Это не профессионально.Она надулась, поставила мой кофе рядом с напитком Гарри и положила два нетронутых розоватых кекса на маленькой тарелочке рядом.- YOLO*, милый.Я строго на неё посмотрел.- Я прошу тебя, скажи, что ты сейчас сказала мне YOLO с иронией.- Нет, нет, нет, - она озорно улыбалась. - YOLO.Я закатил глаза и понёс наш заказ к столику.- Мы больше не друзья, Даниэль. Больше не друзья.- Я тоже тебя люблю, Бу! - она крикнула, и её голос потонул в хихикании.Я сел на стул напротив Гарри. Он потянулся к своей чашке, глядя на меня поверх крема.- Бу? - он спросил, и его брови чуть не исчезли под его волосами.Я покраснел, хотя, честно говоря, прозвище мне нравилось.- Лиам однажды услышал, что мама зовёт меня так. До сих пор не могу заставить его забыть.Гарри сделал глоток из чашки, из-за чего над его верхней губой осталась полоска пены.- Это мило.Ты милый.Я застыл, переваривая мысль, которая поселилась у меня в мозге. Боже. Это всё Даниэль. Я убью её. На самом деле. Он всё это время смотрел на меня.- Ты в порядке?Я кивнул, стараясь заставить мозг думать о чём-то более спокойном.- Да, отлично.Гарри провёл указательным пальцем по верхнему краю крема и облизал его. Он чуть наклонил голову в сторону, изучая меня.- Луи?- Да?- Ты читал мою историю болезни, не так ли? - я не мог понять эмоций на его лице. Оно было почти пустым, будто бы под замком. Но, наверное, всё же немного виноватым. И грустным. Точно, определённо грустным.- Ты сказал мне... - я внезапно почувствовал, что сделал что-то не то, хотя это являлось частью моей работы.- Наверное, всё же лучше, если ты знаешь, - он вздохнул и положил свою левую руку на стол ладонью вниз. Я потянулся вперёд, положив указательный и большой пальцы ему на запястье и молчаливо спрашивая разрешения.Он не отводил взгляда и совсем не двигался. Я медленно перевернул его руку ладонью вверх и увидел бледную кожу с несколькими розовыми шрамами. Их было шесть, таких аккуратных и ровных, что мой желудок сделал сальто в моём животе. Я провёл пальцами по его коже, чувствуя, что рубцы совсем другие на ощупь. Я почувствовал, как Гарри дрожит от моих прикосновений, и на момент мне показалось, что я зашёл слишком далеко. Но он не отодвинулся, а просто прикрыл глаза и сжал руку в кулак.- Почему ты сделал это? - я спросил тихо, вдруг осознав, что нахожусь в каком-то своём особенном маленьком мире.- Потому что я устал ничего не чувствовать. Сначала было столько времени, когда я чувствовал так много всего. Я был зол, сердит, огорчён, а потом... - он глубоко вздохнул, - я вообще перестал чувствовать. Я просто не смог с этим справиться.- Это помогло? - я спросил, уже зная ответ.- Нет.- Но ты решил, что если ты убьёшь себя, то станет легче? - я спросил, пробираясь чуть дальше. Я не мог остановиться, когда мы уже столько всего добились.- Нет, - он открыл глаза и посмотрел в стол. Потом вытащил свою руку из моих пальцев и спрятал её, будто бы он не хотел больше видеть свои шрамы.- Тогда почему ты сделал это? - я часто имел дело с самоубийствами.Казалось, что он очень долго думал, держа кружку около рта. Наконец, он сделал глоток и ответил:- Моя жизнь закончилась год назад. Вопрос состоял лишь в том, чтобы покончить с моим телом.- Твоя жизнь не закончилась год назад. Она закончилась в день, когда ты сдался. Ты не мёртв, у тебя есть ещё 6 месяцев. Ты не можешь провести их все, умирая, - я сказал это, когда меня охватило неожиданное желание взять за плечи этого парня и потрясти, показывая, что он потерял за то время, что преклонялся судьбе.- Но я умираю.- Как и я, - я прошипел в ответ.- Это другое, - его лицо оставалось безразличным, будто у него в сознании было что-то своё, а мои слова просто не достигали своего места назначения.- Нет, это не так! Я могу выйти из магазина, и буду сбит чёртовым автобусом. Я могу поскользнуться на льду и раскромсать свой череп. И это не значит, что я должен потратить свою жизнь зря только потому, что однажды она закончится. Ты знаешь, когда умрёшь, поздравляю, у тебя есть конкретный срок. Срок, до которого ты должен сделать всё, что хочешь. Ты понимаешь, что я хочу тебе сказать? Ты не можешь думать только о том, что умираешь. Это убьёт тебя раньше, - мой голос снизился, а тело вдруг как-то даже заболело от того, как сильно я хотел, чтобы он понял меня.- Но я не могу, - он сказал тихо. В его голосе было столько тоски, что я на миг вдруг решил, что он сломлен настолько, что просто не подлежит ремонту. - Я падаю, Луи. Уже так долго, что мне кажется, я не смогу остановиться.- Ты знаешь... Единственная разница между полётом и падением - это то, как ты приземлишься, - я сказал, и мне показалось, что я кого-то цитирую, но никак не мог вспомнить, кого именно. - Я думаю, моя работа в том, чтобы быть твоим парашютом, - я немного смутился, но, опять же, не понял, по какой причине.- Хорошо, - его взгляд был устремлён куда-то в кружку. - Прости.Я взял в руку кекс и отогнул упаковку с одной стороны. Понял, что совсем забыл об этом в процессе нашей... дискуссии.- За что?- За то, что со мной так трудно.Его слова застали меня врасплох.- Тебе не нужно извиняться, это не твоя вина.Он кивнул и улыбнулся мне. Но это вообще вряд ли можно было бы назвать улыбкой. Мне жутко захотелось обнять его.- Спасибо.- Не беспокойся ни о чём, - я откусил, наконец, небольшой кусочек кекса и воскликнул: - Это клубничная глазурь! Я думал, это просто какая-то розовая штука.Гарри поднёс кекс к губам и начал слизывать то, что было сверху.- Это довольно неплохо.- О, Боже, ты из тех людей, да?Он посмотрел на меня как-то удивлённо. При этом он выглядел абсолютно очаровательно с глазурью на кончике носа.- Из каких людей?Я откусил ещё кусок и ответил с полным ртом:- Из тех, кто сначала слизывает всю глазурь.Он показал мне язык, и его грусть была ненадолго забыта. Он был очень хорош в этом деле, когда нужно показать, что всё хорошо. Он делал это так долго.- Я люблю глазурь.- Я тоже, - я сделал глоток кофе. - Я люблю её на кексах больше всего. Это будто бы... так и должно быть.- Кто сделал тебя королём по поеданию кексов? - он спросил, начиная отклеивать упаковку.- Я. Только что.Он хихикнул, что почти сразу переросло в громкий смех, который я просто не мог остановить. Он сам почти испугался тех звуков, что производил, и не мог поверить, что это на самом деле он.- Я не думаю, что я... - он прижал руки к губам. - Ну, чёрт.- Что? - я спросил, хотя снова знал ответ. Я просто хотел, чтобы он сам сказал это.- Я не думал, что помню, как это делать, - его глаза расширились и наполнились чем-то вроде недоверия и страха. - Спасибо.Я открыл рот, чтобы ответить, но не смог. В этом парне было что-то в том, как он смотрел на меня или говорил со мной, что оставляло меня каждый раз без слов. Я не мог сказать, что именно, но это было чем-то, с чем я не сталкивался раньше.Глаза Гарри устремились в окно и вдруг расширились от удивления.- Луи, там снег идёт!Я посмотрел через стекло на то, как медленно падали хлопья белого пушистого снега на тротуары, машины и людей.- Это чудесно.- Давай погуляем, - он сказал, на его лице появилась какая-то благоговейная улыбка. Его лицо было каким-то открытым и детским, будто его не волновало больше ничего в этом мире. В этот момент, когда снег ложился на землю, я понял, что Гарри забыл, что он падал.Я поставил недопитый кофе на стол и застегнул куртку.- Хорошо.Он вскочил на ноги, отправляя в рот последний кусочек кекса, и подбежал к двери, едва дожидаясь меня. Было холодно, но в оранжевом свете уличных фонарей я чувствовал теплоту, которая разливалась у меня внутри.Мы шли обратно к больнице, буквально впитывая в себя все чудеса зимы.- Я не любил зиму, - Гарри почти столкнулся с представительным мужчиной, когда засмотрелся на летящую снежинку. - Но она прекрасна, да?- Всё вокруг прекрасно, когда знаешь, как посмотреть на это, - я ответил.- Чёртов философ, - он остановился на переходе и высунул язык, чтобы поймать снежинки ртом.- Я должен быть таинственным, - я пошутил, пока мы ждали, как сменится свет светофора.Гарри закрыл рот, чтобы ответить:- Тебе нужно познакомиться с моим другом Зейном. И устроить битву цитат.- Я бы победил, - я ответил, стараясь удержать улыбку, которая так и рвалась появиться на моём лице.- Я бы не был так уверен, - он медленно повернулся вокруг своей оси, взмахивая руками.Его ноги вдруг ушли куда-то в сторону, а я подхватил его обеими руками, почувствовав, как его вес давит на мою грудь. Он посмотрел на меня, зелёные глаза встретились с моими, а снежинки просто таяли на его светлой коже.- Я поймал тебя, - я хотел, чтобы он был уверен в этом, поэтому покрепче перехватил его талию рукой.Он улыбнулся.- Я знаю.И я понял, что Гарри был неправ. С ним не было трудно. Просто ему нужен был кто-то, кто мог бы быть рядом. * YOLO - You only live once (ты живёшь лишь раз).