Глава 19

Рикардо– Это было довольно, по-семейному мило, – ехидно усмехнулся Дино.– Не твоего ума дело, как это выглядело. Зачем пришёл? – Прошипел, собирая с пола шашки.– Принёс то, что может повлиять на ваше совместное будущее, – лицо друга преобразилось. Стало серьёзным, когда моё сердце на миг замерло. Бросил нарды и, выхватив из рук Дино бумаги, направился в свою спальню.– Ты читал? – Сухо спросил я, убедившись, что остались одни.– Да.– И? – Сев на постель, поднял на него взгляд.– Узнай сам, – предложил Дино и вышел из комнаты.Посмотрел на листы в моей руке. А, может быть, к чёрту это? Вёл себя безобразно по отношению к Анне, всему виной обида. Её безразличие к человеку, который стал её мужем, меня задело. И хоть порывался несколько раз постучать, но обрывал себя. Лучше как обычно наслаждаться вниманием других. Ведь фиктивно всё, и она воспринимала это именно так. Но сегодня… её смех, озорство в глазах и всё поменялось. Буквально всё. Моё решение не разговаривать с ней, отдохнуть, остаться свободным, имея жену.Последний глубокий вдох и открыл анализы. Пробежался глазами, затем по заключению. И по новой. Так кажется до бесконечности, пока цифры не начали рябить в глазах.– Насколько им можно доверять? – Не отрывая взгляда от последних слов, спросил я вернувшегося Дино.– Можно.Смесь недоумения, удивления и облегчения вызвала шумный вздох. Встав, разорвал листы на мелкие кусочки и бросил в урну.– Чёрт. Чиста. Абсолютно чиста, – произнёс я и принял от друга бокал виски.– Наркомана вылечить сложно, если он употреблял героин. А по словам, Питера так и было. Помимо этого, он утверждал, что она ни раз пропускала кокаин, как и курила. Выходит, что ложь, – высказался он.– А я обзывал её. Чёрт, теперь гадко. Не лгала, а я заставил пройти через унижение и обманул. Но для чего это Питеру? Разорвать помолвку? Так это очень глупо. Настроить меня против Анны? – Задумчиво отпил глоток алкоголя, который помогал немного ослабить неприятную тугость где-то в области груди.– Как вариант. Отомстить так бывшей девушке, что выбрала не его. Ведь ты ничего не знал о ней. Хотя, – Дино замолк, и я перевёл на него взгляд. – Он не был пьян. Конечно, обида и злость могли сыграть в этом деле немалую долю, но я купился на его слова.– Ублюдок, – выплюнул я. – Но остаётся понять, были ли правдивы слова его о связи с ним, как и с другими.– Нина тоже могла соврать. Она недолюбливает тебя, – заметил Дино.– Как вариант.– И как мне теперь вести себя с ней? – Передёрнув плечами, выпил залпом виски.– Рик, попробуй сделать этот брак настоящим. Ты не узнаешь ничего, если будешь продолжать избегать её, как и она тебя. Да и то, что я застал, выглядело очень даже ничего, – от его предложения покривился.– Я не собираюсь спать с ребёнком. Она ещё недавно в куклы играла, – фыркнул в ответ.– Но Анна довольно красивая и у тебя не возникнет проблем с этим, – хохотнул Дино.– Она меня не возбуждает. Она ребёнок! И я не знаю, что она скрывает. Сегодня она мне не показалась напуганной девочкой, какой была на свадьбе и в спальне. Наоборот, заметил стальной блеск уверенности в глазах. И она хитрая, не освободила мне дом. Из-за этого я проиграл, – вскочил с места.– Ладно, – спокойно пожал плечами друг. – Тогда пусть всё останется так, как есть. Но твоя жена знает три языка. Итальянский, французский и немного японский.– Ты откуда знаешь? – Прищурился я.– Мили рассказала. И, по её словам, последние годы она училась в пансионе. В закрытом пансионе, где нет мужчин. Конечно, она её подруга и может преувеличить, но я видел любовь и восхищение в её глазах. А ещё Анна очень одинока. И здесь тоже несостыковка. Если она любит мужчин, не ограничивает себя в их восхищении и внимании, то должна каждый день веселиться. А она сидит у себя и не выходит. Не думаешь, что это довольно весомый аргумент в её пользу?– Игра, чтобы запутать меня и показать, что она чистый ангел, – нашёлся я.– Возможно. Но по мне так она именно то, что необходимо такому неразборчивому мужчине, как ты. Меняйтесь вместе. Почему бы не попробовать?– Нет, – прорычав, наступал на друга.– Ладно-ладно, – рассмеялся он. – Но секс тебе нужен. Ты весь на взводе. Может быть, заведёшь здесь интрижку? Всё равно Анна разрешила тебе это.– С ума спятил? – Взорвался я, сжимая кулаки. – Никогда. Если я женат, значит, женат. Никаких любовниц. Никогда. Не собираюсь продолжать привычки отца. Нет. Вываливайся отсюда.– Рик, Анна была права, ты сам не знаешь, что хочешь. У тебя есть жена, которую мы подозревали во всех смертных грехах. А её оболгали. Девушка образованная, и выиграла у тебя, а это уже огромный плюс в её сторону. Она заставила тебя вместо того, чтобы спуститься в бар, изменить свои заверения и играть. А затем ты смеялся, щекоча её. Ты щекотал её, Рикардо. Не завалил, не принудил, не орал, не издевался, а щекотал. Можешь врезать мне, по твоему виду именно это последует, но я предлагаю тебе ещё раз подумать и принять верное решение. Год скрываться и воздерживаться ты не сможешь. И она тебе нравится. Ты бы не злился так, если бы тебе было всё равно. Не обманывай себя, друг.– Вон, – прошипел я, закипая от ярости.– Ухожу, а ты…– Пошёл от сюда! – Уже повысил голос, вытолкав Дино из своей спальни и громко захлопнув дверь.Что за бред он нёс? Подумать о настоящем браке с той, кто скрывает многое и не желает даже открыть мне всё. Любовницу? Он что, действительно это предложил? Придурок! Нет. Никогда в жизни.Вздохнув, подошёл к постели и сел на неё. Воздержанием меня не напугать. Я умею себя контролировать, и ни за что на свете не превращусь в отца. Какой бы ни была Анна, она не заслужила предательства с моей стороны. Не желаю, чтобы она превратилась в мать, и это погубило её из-за моей неосторожности. Нет… смогу прожить год так.Но, чёрт возьми, мне стало так хорошо оттого, что девушка не лгала мне. Не наркоманка. Хотя и Баро сказал, что её необходимо вылечить. От чего? Анализы явно показали, что она абсолютно здорова. Никаких отклонений. А её слова о продаже? Печаль и отвращение так и сквозило в них. Но и её продали. Мне. Она не хотела этой свадьбы. Она не желала иметь мужа, но в их мире её голос никто не услышал. Чёрт, мне её жаль. Не повезло ей со мной.Горько усмехнулся и отправился в душ, чтобы подготовиться к очередной ночи среди девушек. Оттачивать мастерство, общаться и тонуть в одиночестве. Раньше никогда не задумывался, насколько человек может быть одиноким. И ведь всё есть. Деньги. Развлечения. Любовницы. Окружён благами, но всегда один. Ни с кем не поговорить, не поделиться своими задумками и желаниями. Никто не будет смотреть на меня, как Анна. С интересом и тут же пытаясь подавить его. А ведь всё могло быть проще. Романтика. Свидания. Ночи вместе. Но не могу… не понимаю отчего не смею переступить невидимую грань.К тридцати четырём годам прозрел, именно за эти три дня понял, что хотел бы найти своего человека. Женщину, которая бы понимала меня, принимала. И я мог бы прийти с работы, уставший и злой, а она бы обняла меня, или же лежал бы на её коленях, а она перебирала бы мои волосы. Одним только взглядом обнимала и заверяла, что люди могут быть преданными друг другу. Могут сохранить любовь. И она существует. Её не дашь разрушить и потерять. Она станет смыслом, согревающим внутри всё и дающим надежду на будущее.Дошёл до выхода и остановился.К чёрту всё.Быстрым шагом подлетел к двери и постучал.– Анна?Тишина. Прислушался и ничего. Она не могла уйти.– Анна? Ты здесь? – Повторил стук и вновь никакого ответа. Если ушла, то придушу.Нажал на ручку и резко распахнул дверь, заглядывая в тёмную спальню. Ночь уже давно легла на наш лайнер, как и на город, где мы совершили остановку. Осмотрел комнату и заметил девушку, лежащую в постели.Идиот. Какой же я идиот. Она спит. Тихо, стараясь не разбудить, подошёл к кровати и щёлкнул выключателем, чтобы осветить тускло её край постели.Тёмные волосы разбросаны по подушке, а Анна мирно посапывала во сне. Слишком юная, и лицо не тронуто косметикой. Всегда считал, что раз девушка выбирает развратную модель поведения, то имеет боевой окрас. Но не она. Бледная кожа и ни грамма искусственной красоты. Дотронулся до прядей волос, открывая для себя больше утончённый овал лица. Ей всего восемнадцать, а мне тридцать четыре. Что может быть общего у нас? Ничего. Я даже не имел представления, о чём она думает, и были ли у неё какие-нибудь мечты. Теперь лишь знал, что у неё аллергия на молоко, и она хитро играет в нарды, не даёт противнику ни единого шанса. Но её улыбка преображает лицо, и оно светится жаждой познаний.– Прости, – прошептал и накрыл девушку одеялом. Выпрямившись, отступил назад, но наступил на что-то. Опустил свой взгляд на пол и под ногами был блокнот. Имел ли я право читать её записи? Нет. Но поднял его и раскрыл.От удивления посмотрел на спящую Анну и вновь на то, что таилось там. Предполагал, что будут записи или же что-то о ней. А здесь рисунки обычным карандашом. Пейзажи и города, которые мы проплывали. От изумления сел на постель, рассматривая рисунки. Невероятно красиво и нежно. Даже графит передавал любовь и нечто даже большее. Она соврала, когда сказала о том, что много читает. Она не читает. Знает. Анна увлечена искусством и умело передаёт его на бумаге. Улыбнулся и перевернул страницу. Брови взлетели вверх, когда узнал себя. Портрет, передающий моё хмурое лицо, и он зачеркнут. Почему? За что она так со мной? Не мог отвести взгляда от собственного портрета. Меня никто и никогда не рисовал. Не думал, что выгляжу именно так. Со взлохмаченными волосами и даже безумными глазами. Но почему зачеркнула? Не понравился? Я ей настолько противен?Взглянул на Анну и резко потянул на себя страницу, вырывая рисунок. Быстро положил блокнот на пол и выключил свет. Вышел из спальни, и уже нет желания никуда идти.Направился к себе, подхватив бутылку виски. Долго рассматривал самого себя и узнал новое. Удивительно, ведь я любил искусство. Мама часто рисовала меня, неумело, практически каракули. Но взяла с меня обещание, что я научусь. Только вот чертить, а не так изящно передавать окружающий мир. Анна могла. Что ещё таилось в этой девушке? Теперь непременно узнаю.