Глава 25. А что, если я тоже боюсь?

Вечером я пишу ему:«Можно просто... куда-то? Без людей. Без правил. Без давления.»Через двадцать минут он уже у дома.Не на байке. На старом пикапе отца.Потому что «нам надо куда-то, где не замёрзнешь».Мы едем в тишине. Музыка играет фоном, но я почти её не слышу.Я думаю о тёте.О том, как легко она поставила выбор между мечтой и ним.О том, как тяжело, когда тебя любят только при условии, что ты делаешь всё «правильно».Мы останавливаемся у пустого причала за городом. Вода чёрная, гладкая.Небо — в звёздах.Он вытаскивает плед из багажника. Раскладывает. Присаживается.Ждёт, пока я сяду рядом.— Скажешь, что случилось? — спрашивает тихо.Я долго молчу. Потом говорю.— Тётя сказала, что ты — не для меня. Что я должна быть осторожной. Что я рискую всем.Он медленно выдыхает.Смотрит на воду.— Я привык. Это не в первый раз.— Мне всё равно, к чему ты привык. Это несправедливо.Ты не ошибка. Ты не угроза.Ты — человек, с которым я дышу легче.Он поворачивается ко мне.В глазах — не ухмылка. Не вызов.Что-то тихое. Ранимое.— А если я тоже боюсь?— Боюсь, что ты проснёшься однажды и решишь, что я был... этапом. Отклонением от маршрута.— А если я снова всё испорчу?— Тогда скажи мне об этом, — говорю я. — Не исчезай. Не молчи. Просто скажи.Он кивает. Медленно.Потом подаётся ближе.— Знаешь, ты — единственный человек, ради кого я хочу что-то менять.Не чтобы «доказать».А чтобы быть рядом. Долго. Не мимолётно.Я тянусь к нему и обнимаю.Долго. Молча.Как будто, если мы сожмёмся достаточно близко — страх не пройдёт между нами.И пока его руки на моей спине, я понимаю:Мы оба боимся.Но мы не одни.