Глава 3

Тем же днём, только вечером, мы с мамой сидели за столом. На часах было около пяти часов вечера, а на столе пахло свежосваренными макаронами. К ним в компанию были положены котлеты, которые завершили наш ужин. Было тихо. Никто не мог сказать слова. Постепенно наши тарелки пустели. В моей голове вертелось желание рассказать маме всё, что произошло за день. Однако я очень сомневалась в этом. Просто возникала мысль, что если я расскажу о том, что было сегодня перед русским, то все меня посчитают ябедой, которая постоянно жалуется, и будут ещё больше на до мной издеваться. А мне этого очень не хотелось. Однако на языке так и вертелись слова, которые говорили о произошедшем. И, не выдержав, я тихо произнесла: - Мам, хочешь прикол расскажуОна посмотрела на меня своими серо-голубыми глазами, которые были единственным более-менее симпатичным в маминой внешности, так как её волосы были уже немного седые и завязаны в что-то на подобии пучка, который держался благодаря крабику. Её лицо было в каких-то пупырышках, а под губами сидела бородавка. Я какое-то время ещё сидела молча не в силах сказать ей то, что хотела, но слова как будто сами вылетели из меня и мама услышала следующее: - Меня сегодня назвали дурой перед русским. - Кто? - Денис, который в первом подъезде нашего дома живёт. Мама промолчала, обдумывая мои слова, а после сказала: - Я сейчас Павловне позвоню и разберусь, а то что это такое? - Может не надо, а? - Ещё как надо! А то позволяют себе безпредел. Это нельзя оставлять безнаказанно.Я очень боялась того, что меня посчитают ябедой. Да и мысль о том, что меня из-за этого начнут унижать ещё больше,пугала. Однако я не могла уже сопротивляться матери и оставалось лишь смириться. Мы поужинали. Я встала молча и тихо, оставила тарелки около раковины и отправилась в свою комнату в ожидании того, что мама позвонит Татьяне Павловне. Отец работал в тот день, так что он ничего не подозревал о том, что случилось. Но это было к лучшему, так как, как упоминалось выше, я не хотела, чтобы кто-то считал меня ябедой. Поэтому мне и не хотелось говорить ни матери, ни отцу. Однако сейчас было уже поздно и мама могла с минуты на минуту позвонить Татьяне Павловне. Я с каким-то нетерпением ждала этого момента, что очень мешало сосредоточиться на уроках. Постепенно прошёл час, второй, а она всё не звонила. Мне уже поднадоело быть в каком-то напряжении и я невольно расслабилась. В дверном замке послышался звук ключа, который открывал дверь, и в квартиру вошёл отец. В нашей семье он был самый высокий по росту, глаза были зелёные, а телосложение полноватое. Самым удивительным в его биографии, на мой счёт, это было то, что он в свои 52 года тянул две работы и не спал ночами. От чего у него было не очень хорошо со здоровьем. Мне было его жаль, однако ничем помочь в этом я ему не могла. И вот он уставший снимает свою обувь, проходит в коридор и заглядывает ко мне в комнату. - Оценки?- первое, что он у меня спросил, заглянув в комнату. Я лишь отрицательно помотала головой. Однако на этом он не отстал и снова спросил: - Малыш, с тобой всё хорошо? Я тихо кивнула, придерживая свой учебник по химии, и он ушёл. На этом моменте я могла спокойно заниматься своими делами. В коридоре до сих пор слышались папины шаги, которые зашли сначала в ванную комнату, а затем заглянули к матери. Там отец что-то спросил у неё, однако что я не расслышала. Но мне это было и не нужно. Мне главное было отвлечься от мыслей о сегодняшнем дне и хоть что-то выучить по урокам.