Глава первая. Богиня ничего не хотела сказать!

— Да фаф! Подофди! Фять минуф! — я сплюнула зубную пасту, сбрасывая мокрыми руками вызов на телефоне. Я пристально смотрела на себя в зеркало, критично бороздя взглядом каждый миллиметр макияжа. Это что у нас тут на щеке вскочило? Ох, ничего себе Везувий! Ай! Больно! Ну ничего. Сейчас мы тебе устроим последний день Помпеи! Сейчас-сейчас! Где тут у меня штукатурка на все случаи жизни? Втираем и оп! Красавица! Так, а это у нас что на подбородке? Показалось. Вот правой стороной мы поворачиваться на свидании не будем! Будем сидеть таинственной незнакомкой в пол-оборота.Последнее время со свиданиями из интернета мне не везло. Одно из недавних рандеву напоминало ухаживания маньяка-тихушника. Местом встречи был выбран не самый многолюдный парк, где из аттракционов для интеллигентных людей был квест по поиску туалета. Зато народ попроще был лишен и этого скромного развлечения. Кавалер поджидал меня возле какого-то куста. «Иван!», — представился он. «Сусанин», — подумала я, после того, как мы навернули шестой круг по парку. Мне честно предложили кофе из автомата. Руки замерзли, и я согласилась. На меня посмотрели, как на буржуя, заняли у меня двести рублей на предложенный кофе, чтобы еще полчаса с азартом рассказывать про то, как наши героически продули в последнем матче. «Я не смотрю футбол! И вообще, мне пора! Я оставила включенный утюг на плите!», — вежливо сообщила я, глядя на мусорные обочины и честно ища урну. «Развелось тут засранцев!», — фыркнул Сусанин и бросил свой стакан под ноги. — «Ходят, мусорят! Задолбали! Ты что? Уходишь? Тебе что? Не понравилось? Только честно!».Буквально позавчера я сходила на свидание с одним профессором. С пылом фанатика в течение получаса мне читали лекцию про карданный вал. Сначала я честно пыталась вникнуть, но уже через десять минут я слышала примерно: «бла-бла-бла карданный вал… Бла-бла…ремень… бла-бла натянуть!», считая голубей, которые воркующим стадом паслись возле скамейки, лопая разбросанные семечки. Через десять минут моим двум высшим образованиям вынесли суровый вердикт. Последними словами ловеласа было разочарованное: «Тупая, как пробка! Ладно, пошли ко мне!». Я вот до сих пор думаю, кого бы к нему послать, но пока не придумала ничего лучше, чем сообщение «Спасибо. Прощайте».Но сегодня все будет иначе! Он — просто мечта! Нет, правда! Умный, красивый, молодой, свободно говорящий на четырех языках, хорошо зарабатывающий и в переписке просто прелесть! Я красилась так, словно этот очаровательный, обольстительный красавец, будет ползать по мне с лупой, изучая каждую деталь! Эдакий Шерлок Холмс, выискивающий улики преступлений в виде царапины на лаке, зацепки на колготках и ниточке на платье. Не то, чтобы я мысленно сыграла свадьбу, но уже несколько раз повторила про себя: «Мы случайно познакомились в интернете, а потом решили встретиться! Так начался наш незабываемый роман!».— Я — богиня! — у меня чуть скупая слеза по щеке не потекла от умиления. Еще бы, два часа в ванной и три часа перед зеркалом из любой сделают настоящую богиню любви!— Богиня? Отлично! — внезапно произнесло зеркало, когда я вытирала рот полотенцем. — То, что нужно!Я прокашлялась, все еще чувствуя прикус зубной пасты во рту, глядя на свое отражение. Показалось? Внезапно зеркало помутнело, а из него высунулась рука, которая схватила меня за новое платье и потащила к себе.— Э! — сопротивлялась я, перевернув стакан со щетками и уронив телефон на пол. Мои попытки дернуться и вырваться успехом не увенчались. Меня резко рванули на себя, а я потеряла равновесие. Я стояла перед зеркалом в абсолютной темноте, видя, как в моей ванной какая темноволосая девушка в розовой простыне, поднимает с пола и с интересом рассматривает мой телефон.— Поздравляю! Теперь ты — богиня! Я сдыхалась, теперь твоя очередь! — выдохнула она, осматриваясь по сторонам и остановив взгляд на моих постиранных трусах, парадной гирляндой украсившей веревочку. — Нет, ну вы только подумайте! Едва ноги унесла! Ладно, разберемся, что тут к чему!Мой телефон зазвонил. Красавица удивленно посмотрела на экран, а потом как-то неуверенно провела пальцем.— Эм… А!!! Зайди за мной! Хорошо, жду! — сладко ответила она, недоумевая и глядя на погасший вызов. — Кто это? Ладно, разберемся! А ты чего смотришь? Все! Теперь твоя очередь отгребать!Она положила руку на зеркало и провела по нему, словно протирая, пока я билась кулаками в стекло, требуя выпустить меня обратно. Это как так получается? Что это такое? Куда бежать? Кому звонить?Невидимая сила выбросила меня в какую-то комнату, а я упала на какие-то книги, тряпки и бумаги, с трудом понимая, что вообще происходит. В комнате царил настоящий бардак! Огромное зеркало пробежало серенькой ртутной рябью, и в нем на мгновение отразилась моя удивленная физиономия. Я сидела на полу, подозрительно осматриваясь по сторонам. Вокруг меня валялись какие-то розовые тряпки, бусы, бижутерия, тряпки, книги. Под ногой лежала брошка и клочок бумаги. Пыль, огрызки и прочий хлам был свален в кучи, а я помотала головой, пытаясь понять, что только произошло. Я ничего не помню. Не помню, кто я, не помню, что делала несколько минут назад, не помню, почему и как здесь очутилась.— Добро пожаловать, богиня! — заурчало зеркало серебристой рябью. — В тебя верят тридцать шесть человек! Из них два мужчины и тридцать четыре женщины. Основной возраст верующих …— Погоди! — отдышалась я, вставая и стряхивая с ноги какую-то розовую тряпку, прицепившуюся к тапку. — Кто там в меня верит?— Двадцать восемь человек! — отчиталось зеркало, заставив меня поднять брови. — Из них двадцать восемь женщин. Ноль мужчин.Бред какой-то! Я приложила руку ко лбу, пытаясь прийти в себя и вспомнить хоть что-нибудь. Где-то послышался мелодичное бренчание арфы, а я открыла глаза, глядя, как в зеркале отразилась надпись «Верующие взывают к вам!». Ниже появилось два светящих кольца, в которых было написано «принять вызов» и «отклонить вызов». Я подошла к зеркалу, осторожно протянув руку и выбрала «отклонить».— Количество верующих двадцать один человек! — обреченным голосом сообщило зеркало, и тут же снова пошло рябью. «Верующие взывают к вам!».Хорошо, а что если нажмем «принять вызов», что тогда будет? Я опасливо провела рукой, на всякий случай делая шаг назад.— Богиня ответила! — послышались взволнованные женские голоса. В зеркале отражались какие-то женщины в розовой одежде в каком-то розовом дворце с колоннами, а я молчала, глядя на статую, перед которой они падали ниц, простирая руки. — Великая богиня любви ответила нам!Перед глазами появилась картинка с розой и картинка с лучиками света. Ладно, давайте попробуем розу! Интересно, что будет? Послышались радостные голоса, а сверху на статую посыпались лепестки, вызывая феерический восторг у девушек в простынях. Как мало нужно женщинам для счастья! Девицы кружились в лепестках, танцевали, протягивали руки к статуе и смеялись, как пьяные. Я ткнула пальцем в светящийся шарик, а прямо на статую полился волшебный розовый свет. Ничего себе! Как красиво!— Богиня! Богиня! Ты слышишь нас? Это мы — твои верные жрицы взываем к тебе! — прошептали девушки, затаив дыхание и глядя на статую. Они протягивали руки, словно пытаясь поймать маленькие блестки, которыми мерцал розовый луч. Я прокашлялась, а девушки в розовых простынях испуганно переглянулись.— Ой, — как-то неуверенно произнесла белокурая девушка, глядя куда-то вверх. Жрицы снова уставились на статую, осыпаемую лепестками, которые летели откуда-то сверху, красиво кружась в розовом свете.— А вы кто? — я занервничала, вглядываясь в бардак вокруг статуи. Неподалеку валялась чья-то мраморная голова, из бархана лепестков торчала белая, надеюсь, мраморная, рука, у подножья лежал осколок какой-то чаши.Внезапно из-за колонны вышла какая-то старуха в розовой хламиде, глубокомысленно поднимая палец вверх.— Старшая жрица сейчас растолкует богини любви! Богиня вопрошает вас, кто вы такие, чтобы взывать к ней? Чисты ли ваши помыслы и сердца? Готовы ли вы принять истинную любовь, которую она дарует вам? — авторитетно произнесла старуха, вопросительно глядя на статую. Я не удивлюсь, если статуя кивнет в ответ. — И в слове каждом ее сокрыт смысл, не доступный нам, простым смертным! Кто вы? Кто вы такие, чтобы принять ее дар?— Ёптить! — прошептала я, понимая, что они меня слышат. Как это убрать? Что тут нужно ткнуть, чтобы они меня не слышали?— Ёптить — это слово, которое мы должны запомнить и хранить в сердцах! Это — первое слово, по которому вы поймете, что человек, стоящий перед вами — ваша судьба! — благоговейно вздохнула старуха, а я нервно тыкала на все светящиеся точки, которые появлялись в зеркале, пытаясь убрать эту странную картинку.— Как это убрать? — шепотом нервничала я, водя рукой по зеркалу и выискивая глазами ответ на свой вопрос. — Капец-капец-капец!— Вы слышите ее голос! Ее голос несет любовь! Новая молитва, которую мы должны повторять каждый день. Молитва, в которой кроется вся любовь. «Ёптить! Капец-капец-капец!». Вдумайтесь в каждое слово! Ёптить — это любовь, которая поражает с первого взгляда. Капец — это последующее развитие отношений! Какой глубокий смысл несет ее молитва, которую мы должны повторять неустанно, чтобы умилостивить ее! — торжественно произнесла старуха, поднимая руки вверх. Ей на лицо падал свет и лепестки, пока девушки сидели с открытыми ртами и смотрели на нее. — Ёптить! Капец! Капец! Капец!— Ёптить! Капец-капец-капец! — в едином экзальтированном порыве закричали они, поднимая руки вслед за старшей жрицей.Я дотронулась до какого красного огонька, и картинка погасла, заставляя меня выдохнуть с облегчением. Сердце в груди колотилось, а я все еще пыталась прийти в себя и понять, что здесь вообще происходит!— Количество верующих составляет тридцать человек! — сообщило зеркало, а я ткнула в него пальцем, не желая слушать, откуда взялись еще два человека, которые в меня внезапно поверили. Зеркало снова помутнело, подернулось серой поволокой, а оттуда послышался женский голос: «Помоги мне богиня, подари мне любовь! Высокого, стройного, зеленоглазого, богатого, умного, смелого, храброго…От греха подальше, я отошла от зеркала и осмотрелась вокруг. Мой взгляд упал на листок, прибитый шпилькой к стене.— … чтобы любил меня, чтобы я любила его, чтобы у нас было трое деток, чтобы не был скуп, чтобы осыпал меня подарками… — перечисляло зеркало женским голосом, преисполненным надежды.Листок был стареньким, исписанный странным почерком. И буквы были какие-то непонятные. Я присмотрелась, видя, как они расплываются и становятся знакомыми: «Правила богини. Правило первое. Никому не говорить, что ты — богиня! Правило второе. Если в тебя перестанут верить, ты умрешь. Правило третье. Ты не имеешь права применять силу для того, чтобы в тебя влюбились. Правило четвертое. Твоя сила растет в зависимости от того, сколько людей в тебя верят. Правило пятое. Не нарушай четыре правила и делай что хочешь!».— … чтобы на руках носил, не пил, не ругался, все мне прощал, был добр ко мне, уважал, — монотонный бубнеж, доносившийся из зеркала уже действовал мне на нервы. В груде мусора валялись какие-то книги в пестрых обложках. Буквы расплывались и превращались в знакомые. На обложках книг в позах очень многообещающих располагались полуголый парочки, страстно лобзаясь и закатывая глаза от нахлынувшего экстаза.Я осмотрелась по сторонам, подняла одну из книг и открыла ее на первой попавшейся странице с закладкой.«Дик снял трусы и подошел к ней, держа свое орудие наперевес. Марта была не готова к такому повороту событий, но Дик вбежал в нее с разбега, вгрызаясь зубами в ее ухо. Стоило ему только пососать ее мочку, как Марта растаяла и обняла его могучие плечи, готовая отдаться со всей страстью на милость победителя. Дик рычал, стонал, и звериная старость одолевала его. Нежные девичьи груди Марты ритмично колыхались на весу…».Я прокашлялась, пытаясь понять для чего это здесь? «Ты куда разбежался?», — спросила бы я на месте Марты, понимая, что ее ждет незабываемая ночь любви. Мужик, берущий разбег для столь важного мероприятия, начинал мне нравиться своей ответственностью. Не знаю, как она, но я бы в последний момент, глядя на мужика с орудием наперевес, резко отошла бы в сторону. А потом долго смотрела, как он гладит раненного об стену бойца. Или заколачивает дырку в стене. Тут все от мужика зависит!А вот, глядя на звериную старость, Марте следовало бы задуматься. «Это был лучший мужчина в моей жизни!», — роняя скупую слезу Марта, хороня мужичка — хомячка.Заинтригованная столь внезапным просветлением, я взяла следующую книжку, на обложке которой слились в экстазе два потных полуголых разнополых тела. Половина мужской груди была почему-то выбрита, а другая напоминала махровый коврик для ванной. Книга открылась на первой попавшейся странице, с замусоленным уголком. «Эдуард был неумолим! Он вошел в нее, как входит победитель в осажденную крепость! Он повернул к ней лицо, но тело развернулось в другую сторону! Бедняжка все еще пыталась вырвать и убежать, уверяя, что невинна, как майская роза. Джейн выворачивалась, но Эдуард целовал то ее колено, то живот, то спину, то затылок, ненасытно впиваясь в ее губы. — О, нет Эдуард! Я все еще девственница! — кричала она, пока у нее был занят рот. Эдуард упал на колено, но Джейн отшатнулась оторвав свою руку. — Будь моей женой! — заорал Эдуард, побежав за нею на коленях по лестнице резвым жеребцом…»Я проморгалась, пытаясь понять, чем именно кричала Джейн, если у нее был занят рот, и на секундочку представила, как мужик резво бежит за девушкой на коленях. Прямо не бежит, а скачет. Только вот интересно, галопом или аллюром?Еще одна книга была раскрыта и валялась обложкой вверх, на которой хлипкий мужичок нес красавицу в сторону зрителя. На лице мужика читалось: «Не понравилась, дайте другую!». Ну-ка, а что у нас здесь?«Чарльз бросил Мэри на кровать, а она глухо застонала. Он лег сверху, слыша, как она страстно стонет на полу! — Тебе хорошо? — спросил Чарльз, глядя в ее побледневшие глаза и в открытый рот!».Недолет, перелет, недолет! По своим артиллерия бьет! С криком «Па-а-аберегись!», некий Чарльз бросает свою Мэри, но не добрасывает до кровати. А потом, еще главное, интересуется, глядя на ее ушибленный попинс, хорошо ли ей? Но меня почему-то больше интригует, что он хотел найти у нее во рту? Какие признаки страсти таинственный Чарльз хотел там разглядеть? Воображение, успокойся, не надо так со мной! "Ты что ела? Открой рот пошире!" — заглядывает любопытный мужик, пристально прищуриваясь. "Ой, а у тебя там кариес!", — замечает он с профессиональным интересом, не забывая при этом заниматься процессом.«Он достал своего змея. Змей обрадовался новой норке и тут же юркнул в нее! Его змей любил теплые и просторные норки, в которых до него еще никто не побывал! — Ты еще здесь? — томно прошептал он, целуя ее живот!»Нет, не здесь, дорогой акробат. Ушла в другую комнату. Погоди немного, сейчас вернусь! Пять минут! Сейчас попью водички и снова приду!Я деликатно положила книгу на место, глядя на скривившуюся, как при остром приступе аппендицита, даму на обложке в объятиях мелкого, но очень страстного кавалера.Может, прибраться? А то тут такой бардак! Так понимаю, что здесь я живу.— … чтобы был верным и никогда не изменял, чтобы не гулял с дружками, не заглядывал под юбки, — перечисляло зеркало, пока я пыталась хоть немного разложить вещи.Я с любопытством рассматривала какую-то розовую ткань, которая валялась под книгами, а по полу забарабанили, слетевшие с нее бусины. Чего тут только нет!— … и чтобы там была родинка! — закончило зеркало женским голосом. Послышался тяжкий вздох. — Я очень прошу тебя, богиня! Пошли такого мужика!Послать-то я пошлю, но не факт, что дойдет. Знаешь, сколько на такого кандидаток налетит! Я вытащила пыльную подушечку с сердечком, еще одну книгу, где мужик-осьминог пытался что-то сделать с похотливой русалкой, пластинчатый браслет у которого не хватало нескольких камней. Что это? Откуда здесь весь этот хлам?— Молю тебя, о, великая богиня! Милости твоей прошу! — не умолкало зеркало, а я подошла к нему и ткнула пальцем в какую-то розовую штуку, в надежде, что оно заткнется.— Все! Голова болит! — отмахнулась я, но тут же услышала «Вы услышали молитву!».— И что? — удивилась я, вытаскивая еще одну пыльную книгу с закладкой «Мой любимый женатик». Ничего, книги я потом почитаю. Надо бы все здесь разложить. Кстати, а где здесь туалет? Или богини делают это радугой? Я заприметила маленькую дверь, которую со скрипом приоткрыла. Отлично! На полу валялись какие-то банки-склянки, в раковине просыпаны какие-то блестки, а в одной из коробочек застыл плевок крема, пахнущий розами.Я осторожным голубем застыла над журчащей чашей, тревожно осматриваясь на предмет мужиков, которые любят брать большой разбег, пользуясь спущенными женскими трусами.— О, дорогая богиня, — слышалось взволнованный голос просительницы за дверью. — Я всегда верила в вас! Я с детства верила в вас! Теперь я буду молиться вам и днем, и ночью, только бы мое желание сбылось!— Давайте, вы не будете мне угрожать! — тихо простонала я, чувствуя, как гудит ничего не соображающая голова.— Вы услышали молитву и должны сообщить об этом! Она ждет ответа! Говорите! — послышался голос зеркала из комнаты, пока я пыталась перебраться через завал. Я запуталась ногой в ткани, пытаясь ее стряхнуть, поскользнулась на бусинках, проехала пару метров и с грохотом приземлилась на спину.— Да чтоб тебя! — простонала я, понимая, что лежу посреди комнаты, раскинув руки и тихо постанываю. Локоть гудел, копчик отваливался, а голова кружилась от внезапного потрясения.— Вы меня услышали, богиня! — обрадовался голос, а я честно собиралась помирать, нервно сглатывая. Либо я, либо эти мерзкие обои в сердечко… — Не молчите, богиня! Умоляю вас! Дайте мне знак, что мое желание сбудется!Я пыталась подняться, потирая ушибленный локоть и спину и мысленно выгуливая весь нецензурный словарный запас на поводке строгой морали.— Все хорошо, — елейным голосом ответила я, проверяя со скрипом зубов, не отвалился ли гудящий локоть. — Не переживайте!— Спасибо! Я буду молиться вам день и ночь, пока не получу то, о чем просила! — обрадовался женский голос, восторженно шмыгнув носом. — Примите мои скромные дары!— Принимаю! — не глядя кивнула я, разминая локоть и тряся онемевшей рукой.Я только-только села, отталкивая ногой груду хлама, как тут же получила леща от огромного леща, брошенного мне из зеркала. Пока я отходила от первого удара судьбы, отодвигая подальше еще живую рыбу с серебристой чешуей, мне на голову приземлилась шкатулка, заставив мир перед глазами на секунду потемнеть.— Но это еще не все! — нервничал женский голос, пока я потирала ушибленную макушку, сумрачно глядя на пустую, некогда красивую шкатулку, с предварительно отковырянными камнями. Что-то мне подсказывало, что нужно отползти в сторону, и я ползла, с ужасом поглядывая в сторону зеркальной глади.— Ваш любимый цветок! — восторженно произнес женский голос, а в меня полетел горшок с какой-то цветущей колючкой, заставив меня резко окопаться за грудой хлама, переводя дух.Через мгновенье послышалось мычание, я выглянула, видя коровью морду, которая упорно пытается пролезть ко мне. Кто-то усиленно заталкивал ее в мой бардак.— Все, спасибо, — занервничала я, выбираясь из своего убежища и пытаясь вернуть корову обратно. — Первых даров было вполне достаточно! Корову можете оставить себе!— Му-у-у! — обиженно мычала буренка, глядя на меня круглыми глазами просветленного, видевшего богиню. — Му-у-у!Еле-еле мне удалось запихать ее обратно, чтобы сползти вниз по стене, чувствуя, как у меня дергается глаз и трясутся руки.— Ой, богиня не приняла дар! — захныкал женский голос, но тут же воспрянул духом. — Как же так? Богиня не приняла мой дар! Она гневается на меня! Простите, богиня! Я вас умоляю!Я отвернулась, тяжело дыша, ногами пытаясь раздвинуть груду раздражающего мусора, а через мгновенье подозрительной тишины почувствовала, как в глазах все темнеет от удара по темечку.— Этот камень всегда приносил мне удачу! Возьмите его! Только не гневайтесь! — последнее, что я слышала, перед тем, как рухнуть вниз.С трудом разлепив глаза, я поднялась, чувствуя на голове огромную шишку. Неподалеку валялся массивный булыжник, который теперь должен приносить удачу мне.— Дорогая богиня, число верующих в вас критически низкое, — голосом, словно уже прощается со мной, заметило зеркало. — Вы снова обещаете и не выполняете обещаний?— Что значит «снова»? — удивилась я, прикасаясь к зеркалу и потирая шишку. — Хорошо, найди мне того, кто нужен!— Не могу! Вам нужно самой задавать параметры! — возразило зеркало, пока я тяжело выдыхала и трясла головой.— Хорошо! Покажи мне всех брюнетов с зелеными глазами! — приказала я, глядя как мне выстраивается огромный список имен, проматываясь вниз еще на пару километров. — Хорошо, оставь тех, кто не женат!Список подсократился, пока я смотрела на сверкающие имена, которые не говорили мне ровным счетом ничего.— Хорошо, оставь только высоких! — сопела я, глядя, как список сокращается. — И тех, кто не пьет!Осталось имен сорок, которые полностью уместились в зеркале.— А теперь, — я закусила губу, вспоминая все требования. — Оставь тех, у кого есть родинка в нужном месте и богатых!— По вашему запросу ничего не найдено! — сообщило зеркало, а я тут же потребовала вернуть все обратно. Я ткнула в первое имя, глядя на красавца — брюнета в дорогой одежде! Над головой у него была надпись: «Занято!!!»— Он уже влюблен! — строго сообщило зеркало, пока я любовалась красивым профилем. — И даже помолвлен! У него через четыре дня свадьба!Я тыкала все имена подряд, проверяя каждого, и тут увидела очень достойного кандидата! И красив, небеден, выглядит солидно, не занят!— Его! — обрадовалась я, а передо мной в зеркале развернулась огромная карта мира, на которой четко обозначились две точки в разных концах какой-то необъятной империи.— Между ними пять тысяч лиг!!! — реально обалдело зеркало, показывая предполагаемый маршрут. — Это двадцать дней пути!!! Давайте поищем кого-то поближе!!!— Ничего, молодой, дойдет! — обиженно вздохнула я, критично разглядывая кандидата, который о чем-то спорил с каким-то кивающим стариком. — Так, осталось его послать! Как это сделать?Я вошла в раж, глядя на то, как мужик, еще не осознавая того, что в ближайшее время потопает на другой конец страны, спокойно отдает какие-то указания слугам.— И как мне его послать? — спросила я у зеркала, глядя, как мужик укладывается спать в большую роскошную кровать.— Явитесь к нему во сне, и скажите, куда ему нужно идти и зачем! Перед тем, как пронзить его сердце любовью, он должен увидеть объект любви! — посоветовало зеркало. — Подумайте, ему придется идти за любовью на край света! Пройти через мерзлые земли… Ой! Вас опять вызывают.Послышался знакомый надоедливый голос: «Богиня, я, конечно, не хочу усомниться в вашей силе, но пять минут прошло, а его нет! Где мой красавец? Где он?».— Да подожди ты! Через двадцать дней твой мужик будет в вашем городе! — возмутилась я, а зеркало тут же притихло. Мой живот издавал звуки умирающего дракона.— Он уснул! Можете попробовать явиться к нему во сне! У вас должно хватить сил! Пока в вас еще немного, но верят, вы можете посещать сны людей! Но, я бы на вашем месте бы, не стал его посылать. Ему придется пройти через Ветреный перевал, через Мерзлые Земли, полные опасностей… — произнесло зеркало.— Отлично! — согласилась я, в надежде, что от меня отвяжутся. — Зеркало! Покажи мне весь его путь!Через минуту я стояла в розовом тумане чужого сна с целым списком вещей, которые могут пригодиться в столь долгом и опасном пути.— Короче, мужик! — прокашлялась я, глядя на офигевшего героя, который потерялся в розовом тумане. — Смотри! Тебе срочно нужно в Стормгард! Ты меня понял? В Стормгард! Там тебя ждут! Смотри! Одеваешься теплее! Берешь с собой две палки…— А для чего? — поинтересовалась жертва, блуждая в розовом тумане. — Кто вы?— Не перебивай! Тебе же надо как-то по пути ходить в туалет? Там лес, волков много. Я проверила. Одну будешь вбивать в землю, а другой отбиваться! Берешь с собой топор! Мало ли? Дров нарубить, костер развести! В Мерзлых Землях в туалет ходить проще будет! — перечисляла я, сверяясь со списком. — Берешь с собой шкуры, меч… Что-то я тут написала, понять не могу! Да помолчи ты! Достал уже «кто вы»? Слушай дальше! Через двадцать дней ты должен быть в Стормгарде!— Я не собираюсь в Стормгард! — удивился мужик, плутая в розовом тумане с закрытыми глазами.— Не поедешь — пеняй на себя! Когда у тебя был последний секс? Вспоминай и знай, что он был последний! — строго ответила я, глядя как мужик начинает протестовать. — Завтра с утра выдвигаешься! Счастливого пути!Туман рассеялся, а я стояла перед зеркалом, тяжело выдыхая и глядя на то, как мужик просыпается в своей постели в холодном поту и зовет слуг.— Из-за того, что вы последнее время пренебрегали своими обязанностями, в вас верит очень мало людей. Сейчас численность верующих в вас сократилась до десяти! Это — самый низкий показатель за всю историю! — озабоченным голосом произнесло зеркало. — Вам нужно что-то делать! Когда в вас перестанут верить, вы умрете!— Да что ж такое!!! — возмутилась я, чувствуя, как начинаю нервничать. Все! Неприятностей с меня достаточно!— Стоит посмотреть обещания, которые вы давали в обмен на дары! И которые не выполнили! — продолжало менторским тоном зеркало, выводя такой список, от которого я решила принять смерть достойно. — Эти люди когда-то верили в вас, но сейчас уже не верят… Они считают, что вы их обманули…— Я, между прочим, есть хочу! — возмутилась я, оглядывая дары на предмет съестного.— Увы, количество верующих настолько низкое, что вы не сможете поговорить даже со жрицами, — вздохнуло зеркало. — Пока что вам доступны только сны…Я сопела и думала, как правильно поступить, нервно расхаживая по комнате и пиная мусор под ногами.— А никто там еще не молился? — спросила я, в надежде, что не придется бегать по снам.— Увы, нет! Ночью храм закрыт, — вздохнуло зеркало. — Жрицы спят…— Хорошо, сейчас все сделаем! — усмехнулась я, доставая огрызок бумаги и карандаш. — Список всех одиноких и знакомых между собой мужчин и женщин в радиусе трех километров от храма!Так, так это у нас чей сон? Не важно. Потом разберемся! Поехали!— Дорогая моя! — инфернальным голосом произнесла я, глядя на рыжеволосую девушку с веснушками, которая мыкается и не находит себе места в розовом тумане. — Суждена тебе любовь! Слушай и запоминай! Судьба твоя — светловолосый парень из деревни! Он не очень богат, но…— Что значит, не очень богат? — с ужасом спросила девушка, оглядывая по сторонам и не видя меня. — А почему из деревни? Я хочу богатого, красивого, умного, нежного, который будет осыпать меня подарками, носить на руках!Какая прелесть! Попробуем еще раз! В розовом тумане блуждал тот самый светловолосый парень из деревни, пытаясь понять сон это или не сон! В руках у него был топор, что как бы намекало на то, что любовь здесь помнят и ждут.— Дорогой мой! — нежно позвала его я. — Ждет тебя красивая, милая девушка с рыжими волосами, она работает прачкой! Вот ее образ… Запомни его!— Какая прачка? Я хочу богатую, красивую, умную, нежную, чтобы была девственницей, но при этом опытной любовницей! — перечислял мужик, а я задумчиво смотрела на свой список. — И чтобы готовить умела, и долги мои выплатила, и дом мне купила, и с друзьями отпускала погулять, и слово поперек молвить боялась…Я расстроенно выбралась из чужого сна, а зеркало голосом, словно прощается со мной, сообщило, что в меня верит всего пять человек.