Глава 22

Я возвращалась домой, сжимая в руке холодный ключ. Рану на ладони я перевязала носовым платком, который нашелся в кармане пуховика. Белая ткань быстро пропиталась алым, но боль уже притупилась – теперь это было лишь напоминание о выборе. О том, что я сама перерезала нить, связывавшую меня с Берт.Снег хрустел под ногами, а в голове звучали слова Хранителя: «Найди Локера. Только он знает, как воскресить Хранителей.»Я захлопнула за собой дверь, сбросила окровавленный пуховик и тут же замерла. В воздухе витал запах – легкий, едва уловимый. Бергамот и мускус. Одеколон Берта.Я дождалась пока все уснут и выскользнула через окно.Кровь на ладони уже запеклась, но боль осталась – тупая, назойливая, как воспоминание. Я сжала ключ, и металл впился в рану, заставив вздрогнуть. Хорошо. Боль помогала не думать о другом – о том, как его голос дрогнул, когда он сказал: «Это был эксперимент».Я стояла на опушке леса. Здесь, между кривыми деревьями, воздух дрожал, как над раскаленным асфальтом. Ключ в моей руке начал теплеть.– Ну же, – прошептала я. – Покажи дорогу.Снег под ногами был серым, будто присыпанным пеплом. Я шагнула вперед – и мир перевернулся.Тьма. Потом – свет. Пространство перед входом искажено. Воздух дрожит. Врата представляют собой огромные зеркальные плиты, покрытые трещинами. В их отражении я видела не себя, а других – тех, кто когда-то пытался войти, но исчез навсегда.Я медленно подхожу к вратам и прикладываю к их поверхности ключ. Зеркало оживает. Оно не просто открывается, а втягивает меня внутрь, как вода затягивает утопающего.Я оказываюсь в лабиринте. Это не просто коридоры. Это живое пространство, которое меняется. Оно меняется под того, кто внутри. То есть, под меня. Стены лабиринта – это не просто зеркала. Они поглощают свет, оставляя лишь тусклое мерцание. Я стараюсь в них не смотреть. Потому что там мои воспоминания, страхи и желания.Я смотрю под ноги. Пол – черный, покрытый сажей. И я вижу следы от босых ног. Чьих? Локера? Или других пленников?Я поднимаю глаза и вижу потолок. А точнее бесконечную пустоту, усеянную мертвыми звездами.Я оказываюсь в круглой комнате, где каждое зеркало отражает меня саму в самые разные моменты в жизни. В первом я вижу – маленькую себя, которая сидит рядом с бабушкой. Во втором – я и Эдуард. А в третьем... Наша первая встреча с Бертом. Я быстро отворачиваюсь и вижу четвертое зеркало.Я замерла перед зеркалом, в котором отражалась не я - а какая-то извращенная версия меня. Черные, бездонные глаза Лиран смотрели на меня из моего же лица. Губы растянулись в улыбке, слишком широкой, почти до ушей.– Ты думаешь, что выбрала свободу? - мой собственный голос звучал чужим, с металлическим отзвуком. – Нет. Ты просто сменила одну клетку на другую.Я поняла - началось первое испытание. Испытание правды.– Ты ненавидишь Берта?Голос в моей голове кричал «Нет!», но губы сами выдали:– Да.Зеркало вздыбилось, как поверхность воды от брошенного камня. Изображение исказилось, и я увидела... себя. С ножом. Зеркальная я подходила к Берту, который стоял спиной, не подозревая об опасности.– Нет! - я ударила по зеркалу кулаком.Стекло треснуло алой трещиной. В разломе проступило новое изображение: я, рыдающая в углу, а Берт надменно ухмыляется, говоря что-то тому самому невидимому собеседнику по телефону. Предательство. Снова.– Я не знаю... - прошептала я, и зеркало внезапно помутнело. Значит, это был правильный ответ.– Ты боишься стать Лиран?Я сжала зубы.– Да. Но я не дам этому случиться, - правда, хоть и не вся.– Ты готова убить, чтобы освободить Локера?Тишина. Я представила, как перерезаю горло какому-то незнакомцу, и меня затрясло. Но... если это будет единственным выходом? Зеркало начало темнеть, и в его глубине проступила дверь. Оказывается, правильным ответом было молчание.Я шагнула к выходу, но зеркало вдруг прошипело:– Ты все еще думаешь, что он любил тебя?Не дожидаясь новых видений, я рванула в дверь. За спиной раздался звон разбитого стекла и последние слова, уходящие в эхо: «Правда - это не то, что ты говоришь. Это то, что ты делаешь...»Дверь захлопнулась. Я осталась одна в следующем зале, но на щеке жгло - прикоснувшись, я обнаружила тонкий порез. Зеркало все же успело оставить свой след.Темнота.Я замерла, пытаясь разглядеть что-то в кромешной черноте. Воздух был густым, словно наполненным пеплом, и каждый вдох обжигал легкие.– Кто здесь? – мой голос пропал в пустоте, не дав даже эха.И тогда я услышала шаги. Не один. Не два. Десятки.Стены зала вдруг вспыхнули тусклым серебристым светом, и я увидела их. Тени.Они стояли, выстроившись в круг, – фигуры в длинных плащах с капюшонами. Их лиц не было видно, только пустота под тканью. Но я знала, что они смотрят на меня.Один шагнул вперед.– Эми Беннет – его голос звучал как скрип двери в заброшенном доме. – Ты пришла за ответами. Но сначала... ты должна отдать что-то взамен.Я сжала кулаки.– Что?Тень медленно подняла руку – бледную, почти прозрачную.– Ты несешь в себе слишком много чужих воспоминаний. Отдай одно из них нам.В воздухе между нами вспыхнули образы: Бабушка, рассказывающая мне сказку у камина. Берт, целующий меня в первый раз. Лиран, шепчущая что-то на ухо, пока я сплю.– Выбирай – прошипела Тень.Я знала, что это ловушка. Если отдам память о бабушке – забуду ее теплоту. Если отдам Берта – потеряю последнее, что связывает меня с ним. Если Лиран...Но вдруг я заметила четвертый вариант. То, чего раньше не было. Я сама. Маленькая девочка, сидящая в углу комнаты и рисующая странные символы на стене.– Это...Тени зашевелились, будто встревожились.– Ты не должна выбирать это – их голоса слились в один.Но я уже решила.– Забирайте.Я протянула руку к четвертому воспоминанию – тому, которого не должно было быть.Тени взревели, когда мои пальцы коснулись изображения.– Ты не должна была это видеть!Стены задрожали, и вдруг тьма поглотила все.Когда я открыла глаза, я стояла перед последней дверью. На ней была надпись:«Только правда откроет путь»Но я уже знала, что это значит. Я вспомнила.Дверь передо мной была древней - черное дерево с серебряными прожилками, холодное на ощупь. Надпись мерцала.Я подняла дрожащую руку, но не успела коснуться - дверь распахнулась сама, втягивая меня внутрь.Комната была пуста.Только огромное зеркало во всю стену и... я. Но это было не отражение, а настоящая я, семилетняя, в том самом платье с ромашками, которое так любила. Я сидела на полу, усердно выводя мелом на каменных плитах странные символы - переплетающиеся круги и линии, точь-в-точь как линии на моей ладони.– Ты наконец вспомнила, - детский голос звучал неестественно мудро.Я опустилась на колени перед маленькой собой:– Что это было? Почему я забыла?Девочка подняла на меня глаза - и я вздрогнула. Ее зрачки были разных цветов: один - золотой, как у Хранителей, второй - черный, как бездна Лиран.– Потому что тебе было страшно. Ты нашла у бабушки то, что не следовало. Тогда Сэйла стерла твою память.В зеркале за нашей спиной поплыли образы: Я, роющаяся в запретном шкафу бабушки. Древний фолиант с каким-то узором Внезапный визит "тети Сэйлы" с ледяными руками. Темнота...– Это символ Бездны...– Где мучают Локера, - кивнула девочка.Задрожавшими руками я потянулась к меловому рисунку. В тот момент, когда пальцы коснулись линий, все вокруг взорвалось светом.Локер.Он висел в центре комнаты, опутанный светящимися цепями. Его серебристые волосы покрывал иней, а на груди пылал все тот же проклятый символ - печать Бездны.– Ты... - его голос был хриплым от векового молчания. - Ты та самая девочка...Я шагнула вперед, но вдруг пол под ногами превратился в зыбкую поверхность зеркала. Из глубины полезли мертвые руки - десятки бледных пальцев, цепляющихся за мои ноги.– Не подходи! - закричала моя детская версия, но было поздно.Локер поднял голову, и в его глазах вспыхнула зловещая догадка:– Они использовали тебя... Ты не просто ключ. Ты - дверь...– Как мне тебя освободить? – крикнула я.Кровь с моей ладони капала на пол, и каждый удар капли отдавался эхом, будто по стеклу били молотом.Локер смотрел на меня с внезапным пониманием.– Ты не дверь.– Тогда что?– Ты молоток.Я замерла. Он наклонился вперед, цепи скрипели.– Совет не боялся, что ты откроешь что-то. Они боялись, что ты разобьешь это.Я посмотрела на свои руки. На рану. На кровь.– Что я должна разбить?Локер усмехнулся.– Зеркало, в котором ты видишь себя.Я обернулась. За моей спиной стояло последнее зеркало. И в нем... Я. Но не та, что сейчас. Не та, что была раньше. Та, какой я стану. С черными глазами. С окровавленными руками. С улыбкой Лиран.– Если ты разобьешь его сейчас, то силы Исправителей навсегда покинут тебя.Я подняла кулак.– Нет, - зеркало разбилось само.Я услышала глухой стук. Локер лежал на полу.– Они... Они боялись тебя. Твою силу, - он откашлялся. – Шестое поколение. У тебя больше нет силы, поэтому меня отпустили. Но где Лиран? – я заметила в его глазах беспокойство и... любовь?– Лиран на свободе, - ответила я.– Что? – Хранитель был удивлен.– Я нашла вас по поручению вашего брата. Последнего Хранителя. Вы должны знать, как воскресить всех остальных.Локер встал и отряхнул одежду.– Кровь моей крови, - неожиданно он обнял меня, и я расплакалась. В его объятиях я чувствовала себя в безопасности.Он нежно коснулся моей раненной руки и произнес:– Что ты наделала? Дитя, что тебя подтолкнуло на это?– Предательство, - с дрожащим голосом сказала я.– Ты уверена?И я рассказала. Рассказала Локеру все, что со мной произошло.Локер слушал меня молча, его пальцы все еще сжимали мою раненую ладонь. Когда я закончила, он вздохнул – так глубоко, будто это был его первый вдох за сотни лет.– Лиран ошибается, – сказал он. – Но не в том, что любви не существует. В том, что ее можно убить.Я почувствовала, как что-то сжалось внутри.– Берт...– Он не предавал тебя, - в его голосе звучала уверенность. – Это проделки Лиран и ее шайки Исправителей. Чтобы ты разорвала связь. Чтобы стала уязвимой.– Зачем?– Потому что ты – единственная, кто может переписать законы. Но ты отказалась. Отказалась от способностей Исправителей.– Значит... я больше не...– Ты больше не их оружие. Теперь ты свободна по-настоящему.Он улыбнулся, и я увидела в нем не пленника, а родного человека. Свою кровь.Локер замолчал. Его взгляд упал на что-то за моей спиной. Я обернулась. В дверях стояла она. Лиран.Ее глаза больше не были черными. Точнее, черными были только ее зрачки.Она медленно подошла ко мне и взяла за руки.– Скажи ему, что я прощаю его, - прошептала она.Меня заполнила ярость, и я вскочила.– Вот он! Прямо перед тобой! Скажи сама ему все, что хотела! – мои глаза наполнились горькими слезами. – Что ты еще от меня хочешь? Ты отобрала у меня все! Посмотри, - я протянула ладонь, на которой красовался свежий порез. – ПОСМОТРИ! Все из-за твоей лжи! Из-за мести! Ты хотела доказать, что любви не существует, но ты сама все еще любишь Хранителя!Лиран опустила голову, как маленький ребенок, которого отчитывают родители за непослушание.– И что теперь? Ты снова будешь счастлива с любимым? А я? Что делать мне? Ответь же! Связь разорвана. Ее не восстановить, понимаешь?– Связь не так важна, - она попыталась оправдаться.– А доверие? Оно важно, Лиран? Как мне восстановить доверие к любимому человеку?!– Он хотел тебя защитить.– Защитить? Это не защита! Да я все еще жива, но внутри пусто! Понимаешь? – я схватилась за одежду в области сердца. – Там пусто, Лиран!Тишина повисла между нами, тяжелая, как камень. Лиран смотрела на меня, и в ее в глазах, впервые за все время, я видела не злорадство, а боль.– Ты думаешь, я не знаю, что такое пустота? – ее голос дрогнул. – Я носила ее в себе столетия. Но... - она сделала шаг и приложила руку к моей груди, прямо под сердцем. Она посмотрела на Локера. – Но я любила, Эми. Любишь и ты. Связь нельзя разорвать насовсем. Потому что настоящая связь – не в магии, не в крови. Она в выборе. А ты выбрала любить.Ее пальцы дрожали, но тепло, исходившее от них, было настоящим.– Ты права, - прошептала я. – Я выбрала любить, но он...– Он тоже выбрал, - Лиран улыбнулась и в этот момент она выглядела не Исправительницей, не мстительницей, а просто женщиной, которая когда-то потеряла все. – Он выбрал солгать, чтобы ты выжила. Разве это не любовь?– Но как мне теперь ему верить?Локер подошел ближе.– Не верь, - сказал он. – Знай.Он взял мою окровавленную ладонь и прижал к груди.– Связь была не только между вами. Она была и во мне. И в Лиран. А теперь, проводите меня к брату. Хранители должны вернуться.

Я сидела в кофейне «У Шерри», а напротив меня сидел Доминик. Я не захотела рассказывать все Лоре, потому что у них с Каем намечалось свидание. С Элис мы не так близки, поэтому я решила поговорить с Домом.– Вот такие дела, - закончила я свой рассказ.– И ты хочешь сказать, что все это произошло за один день? – я кивнула. – И ты не позвала меня?– Я не хотела никого ввязывать в свои проблемы.– Слушай, я провел целый день с телефоном в руках. Мне было до того скучно, что я даже бы согласился вновь вернуться в этот кошмар, - он рассмеялся, а потом серьезно произнес. – Больше не смей скрывать такое. Я всегда готов помочь, - он накрыл мою руку своей. – Ты простишь моего глупого друга?– Не знаю.– Подумай над этим.Я улыбнулась и спросила:– Как развиваются ваши отношения с Элис? – после моего вопроса Доминик заметно напрягся.– Никак.– Вы не встречаетесь? – я удивилась.– Эми, я не люблю ее, - он тяжело вздохнул.– Только не говори, что...– Нет. Тебя я тоже не люблю, - перебил он меня.– И в кого же, интересно знать, ты влюблен? – я выгнула бровь.– В бывшую, - выпалил он.– Что? Ты сейчас серьезно?– Абсолютно. Ты была просто на нее похожа, поэтому я думал, что влюбился, - он провел рукой по затылку и вновь принялся пить, уже остывший латте.– И где теперь твоя бывшая?– Вернулась в наш город несколько дней назад.– Почему вы расстались?– Она уехала с семьей.Я задумчиво приложила палец к щеке и перебирала мысли, как помочь Доминику забыть бывшую?– И как нам теперь поступить? – спросила я. – А Элис тебя любит?– Не знаю, - нервно ответил Дом. – Надеюсь, что нет. Я думал, что чувства вернутся. Но я не могу забыть ее.Я откинулась на спинку стула, размышляя.– Значит, ты использовал Элис?– Нет! – он резко поднял голову. – Я честно пытался. Но... это не работает.Я вздохнула.– А теперь она вернулась. И что? Ты снова готов броситься в этот огонь?Доминик сжал кружку так, что костяшки пальцев побелели.– Я не знаю. Но...Он замолчал, когда дверь кофейни открылась.Элис.Она стояла на пороге, капли дождя стекали с ее зонта. Ее взгляд скользнул по Дому, потом по мне.– Я не помешала? –  ее голос звучал неестественно ровно.Доминик напрягся.– Нет. Мы как раз заканчивали.Элис подошла ближе.– Ты не отвечаешь на мои сообщения.– Я был занят.– С Эми? - тишина повисла между ними, тяжелая и колючая. Я встала.– Мне пора.– Подожди, - Дом схватил меня за руку. Но я уже надела куртку.– Разберись с этим. Потом поговорим.Элис смотрела мне в спину, пока я выходила. Я знала этот взгляд. Холодный. Расчетливый. Опасный.Я быстрыми шагами направлялась к своему дому, пока не врезалась в кого-то высокого. Берт.– Эми, я...– Не надо, Берт. Ты сделал свой выбор, а я сделал свой.Я прошла мимо него с гордым взглядом. Но внутри меня все разрывалось. Как же мне хотелось его обнять, вдохнуть запах, который успел стать родным и рассказать все что на душе. Но я не могла. Не могла вновь довериться ему.