Глава 5

Дни вернулись в свой прежний ритм. Наступилаосень и началась учеба в институте. И яокунулась в нее с головой, теперь у меня почтине было свободного времени. Это оказалосьсложнее, чем я предполагала в начале. Мнеприходилось находить возможности еще и учится, и это было по настоящему трудно. Япостоянно недосыпала, так как под утроприходила с работы, и по вечерам простовалилась от усталости. Я стала иногдарассеянной, часто даже засыпала на парах.Почти каждый день я опаздывала на репетиции, так как институт был расположен довольнодалеко от клуба. Но к моему удивлению о моихопозданиях Виталик не рассказывал Рязанову.И я была благодарна ему за это. Впервые менякто-то по настоящему жалел, хотя и непоказывал этого ничем. В первый же день в институте я познакомилась сеще одним замечательным человеком,Андреем. Он подсел ко мне в аудитории и сталрассказывать смешную историю. Для меняистория показалось совершенно не веселой, ноя слушала его и улыбалась от того, что еще были такие люди как он. Чем-то он напоминалмне моего брата, хрупкий, слишком худой, неочень высокий, светлые короткие волосы чутьвьющиеся на концах, живые и веселые глаза, асамое главное, что у Андрея был оченьоткрытый и невинный взгляд. Взгляд еще совсем чистого человека, который верил во всетолько хорошее. И мне нравилось с нимобщаться. После этого дня мы всегда сиделивместе на лекциях, а иногда во время перерываходили в ближайшее кафе. И когда я раньшеуходила с пар, Андрей всегда давал мне свои конспекты.Второй раз в жизни мне пришлось соврать,когда он спросил где я работаю. Теперь яобманывала двух человек, которыесовершенно этого не заслуживали – брата иАндрея. Мне было стыдно признаться ему, поэтому я сказала, что подрабатываю виздательстве. Я оправдывала себя тем, что насамом деле когда-то там подрабатывала, асамое главное, что я не хотела потерятьединственного человека с которым дружила винституте.Так как я почти ничего не успевала, училась я неочень хорошо, и это сильно задевало меня, вшколе я была первой, а здесь я тянулась где-точуть хуже среднего. Андрей видел это истарался мне помогать.В клубе же у меня была противоположная ситуация с девочками. Я чувствовала жуткуюнеприязнь, особенно Вики. Она не просто меняне любила, она ненавидела меня. И самоеобидное, что я не могла понять ее отношениеко мне. Я всегда хорошо общалась станцовщицами, никогда никого не обижала, ни словом, ни поступками. Старалась дажевыгораживать, когда директор срывался наком-нибудь из нас за испорченный костюм илине выход на работу. Да много чего случалось унас в нашем танцевальном коллективе. Иногдадевочки творили страшные гадости друг другу, когда не находили общий язык между собой,порча косметики и костюмов, это было простоцветочками, по сравнению с тем что они моглипридумать. Однажды между Наташей иКристиной случился небольшой конфликт,никто толком не знал из-за чего, но когда у нас была совместная репетиция, Наташе сталоплохо, у нее началось головокружение истрашная рвота. Три дня она пролежала вбольнице с тяжелым отравлением, а потом ещенеделю дома. Все знали кто в этом виноват, новсе молчали, а я все это время, пока Наталья болела, танцевала с Кристиной парный номер.Тогда я поняла, что женщины могут бытьстрашнее мужчин. Но если остальные девочкипросто меня игнорировали, то Вика постоянноменя задевала. Единственная, кто всегда меняподдерживал, это Марина.Утро началось как обычно. После того жуткогоинцидента в клубе с бандой Волкова вбанкетном зале прошел целый месяц. Тотслучай никто уже не вспоминал. После обеда яотправилась в клуб. В «Соблазне» как всегдацарила атмосфера полной работы. Официантки и бармен натирали бокалы и расставляли их набарной стойке, на сцене Виталик показывалдевочками новые движения.- Как обычно опаздываешь, быстрее Лина, -кричал Виталик мне вслед пока я бежала вгримерку. Танец был совершенно новый и исполняли мыего только вчетвером: я, Катя, Вика и Марина.Заключался он в синхронных движениях двухпар. Со стороны это выглядело очень красиво.После сто двадцатого повторения, когда сил ужене было, Виталик направился к Дмитрию Петровичу, а мы просто повалились на сцену.Катя начала заигрывать с новым барменом,Маринка пошла в гримерку привести себя впорядок, а я и Вика остались лежать на сцене.Мне было сильно неприятно находится в ееобществе, и я старалась держаться от нее подальше, я уже поднялась со сцены чтобыуйти, когда услышала ее ядовитый голос.-Ты что считаешь себя лучше других? – просилаона.-О чем ты говоришь, - я не поняла ее вопроса.-Строишь из себя святую недотрогу, что ты пытаешься этим доказать? Что ты лучше нас, - ееслова были пропитаны желчью.-Я никогда не считала себя лучше других, ятакая же как и все остальные девушки, -спокойно ответила я. Теперь мне становилосьпонятное ее отношение ко мне. Мои принципы и жизненные позиции вызывали у другихнепонимание и раздражение. То что я считалаправильным, для остальных было глупым инелепым.Тогда ты набиваешь себе цену, - не унималасьона. Я больше не хотела ее слушать, развернулась иотправилась в гримёрку.-Ты еще пожалеешь об этом, - крикнула мневслед Вика.Танцевальная программа уже подходила кконцу и я начала переодеваться и смывать макияж. Мы уже с Мариной собиралисьуходить, когда в гримерке появился Рязанов исказал, что завтра я, Вика и девочки со второгосостава едут на частную вечеринку. Частныевечеринки были не редкостью для клуба, воттолько я раньше в них не участвовала. - А что требуют на частной вечеринке? -спросила я, одевая пальто.Рязанов пристально на меня посмотрел. Я несмогла понять его взгляд.- Вика тебе все расскажет, - быстро проговорилон и вышел из комнаты. - Не переживай, станцуем пару танцев иразъедимся по домам, - с какой то хитройулыбкой ответила Вика.- И где будет вечеринка, - с подозрениемспросила Марина. Она уже была полностьюодета и ждала только меня. - А тебе то что, у тебя завтра Денис Михайлович втвоем расписании, если я не ошибаюсь, илитебе захотелось еще - едко бросила Вика.- Лина, я подожду тебя на улице, - Маринапросто развернулась и вышла из комнаты.- А какие костюмы брать, - уточнила я. - Да какие хочешь, - уже смеясь про говорилаВика.Всю дорогу домой я долго размышляла надэтим. Рязанов знал, что я не буду спать склиентами и не послал бы меня к ним.