Глава 31, первые серьёзные провалы

Она снова ужралась в такие сопли, что еле доползла до дома и рухнула на кровать. И в этом состоянии сняла кроссовки, но вот джинсы и толстовку – уже нет, и так сойдёт. Её вертолётило до того, что пока она не свесила ногу с кровати и не коснулась пола, её штормило даже лёжа. Даша в настолько плохой форме, что ни за какие деньги не встанет, даже если через несколько часов ей надо быть на площади Ленина и открывать компьютерный клуб. Вытащила телефон из кармана джинсов, посмотрела на сообщения – дружба с Алисой удалась на славу, та визжала от восторга и опять разревелась.

Даша записала «кружок» в «телегу».

- Бля ребят, я так ужралась, мне так хуёво... Ну это всё за встречу. Это всё из-за знакомства с Алисой. Такая хорошая девочка она. – И про себя добавила «заебала ныть, правда». – Мы так с ней общий язык нашли... ой бля, надеюсь, ей полегче, чем мне.

Алиса, в отличие от неё и Любочки, не напилась до такой степени, конечно ей полегче.

- Но она такая светлая, такая хорошенькая... вот кто настоящая увуву булочка наша, а не я. – Немного прибеднялась, всё для того, чтобы её аудитория тут же кинулась говорить, что увуву может быть только Даша.

Она не сможет встать с кровати. Похоже, компьютерному клубу придётся открыться без неё, да и невелика потеря. Сколько клубов открывалось без Даш, будет ещё один. Ну не подняться ей и уж тем более не выступать перед публикой. Какое-то время она промаялась от головной боли, но всё-таки заснула.

Проснулась от дикого сушняка. Голова всё ещё трещала так, будто в черепную коробку кто-то ей вставил колокол и бил в него раз в несколько секунд. Ну нет, в этом состоянии она из дома вообще не вылезет. От Ираиды пришло сообщение.

- Даша, ты будешь на открытии клуба? Всё в силе?

- Да, всё в силе.

И зачем она только наврала? Как будто за пару часов что-то может измениться. Даша еле-еле собралась в кучку и выползла с кровати на кухню, напилась воды из-под крана, ей чуть-чуть полегчало. Видимо, она слишком долго приходила в себя и тупила, потому что пришло ещё сообщение.

- Ты где? Мы начинаем через сорок минут. Все ждут тебя.

- Блин, извини, я плохо себя чувствую.

- Съешь таблетку и выезжай, это важное мероприятие.

- Я не смогу приехать. Я даже встать не могу!

- Ясно.

И пока Даша бесцельно листала ленту новостей и просматривала чужие каналы, валяясь на кровати, Ираида снова написала.

- Справились без тебя. Если ты думала всё-таки приехать, то уже не нужно. Лада смогла выступить вместо тебя.

В смысле «Лада»? Даша аж привстала с постели и рухнула обратно, резкие подъёмы в таком состоянии делать не стоило. Открыла прямую трансляцию с того мероприятия, кто-то из подписчиков Даши решил всё показать другим, но так свою звёздочку он и не дождался. На видео Лада стояла у стойки администратора, но в этот раз не выглядела так дорого, как раньше – в белой толстовке с чёрным логотипом «Найк», волосы убрала в хвост, даже макияж сделала попроще. Но и в этом она выглядела как королева.

- Жаль, что Даша не смогла приехать, понимаю, всякие обстоятельства случаются. Надеюсь, скоро ей станет получше. Я хоть уже и не играю, у меня слишком мало времени, когда-то у меня был большой опыт.

Камера перешла на парня, довольно популярного игрового стримера.

- Я не думал, что ты в принципе играла, у тебя образ совсем не сочетался.

- Может, в это трудно поверить, но когда-то я очень неплохо играла в «третью кваку», раздавала только так «импрессивы» с «реилгана» и бегала с «пылесосом» в «халфе» на «кроссфаере».

- Ого, так ты, оказывается, тот ещё игроман в прошлом! – Похоже, для него это стало неожиданностью.

- В подростковые годы я во что только ни играла. Пожалуй, моим последним долгим опытом, когда я зависала за компьютером летними вечерами на каникулах, были «пятые герои» ещё без патчей, когда... у нежити не было лимитов на поднятие мёртвых, и там всегда поднимались скелеты или скелеты-лучники. И вот потом, когда у тебя уже собирается армия скелетов, и ты ещё делаешь «призыв фантома», то сопернику нужно было как можно быстрее этого фантома убить. Ведь иначе, если он промахнётся, и будет мой ход, то сопернику можно только удачи пожелать. У меня большой игровой опыт, просто он был весь до поступления в университет, а потом совсем другая жизнь началась. И последний раз я вот так зависала после одиннадцатого класса в две тысячи шестом, когда мы с друзьями ещё не разъехались по разным городам и играли вместе.

- А если бы могла сейчас поиграть во что-то, что бы ты выбрала?

- Честно? «Старфилд» бы выбрала и пропала в нём. «Морровинд» с «Обливионом» у меня были, и я бы снова с удовольствием потратила много времени за чем-то новым от «беседки». Но сейчас у меня слишком мало времени, а отпуск я провожу где-нибудь за границей и отдыхаю на пляже. Но когда-нибудь...

Даша выключила трансляцию и положила телефон экраном вниз. Вся слава досталась Ладе, обидно. Она снова обскакала Дашу и показала ей, где её место. Ну вот случилось так, плохо стало человеку, и что. Через два дня ещё надо будет с подписчиками встречаться в кафе, к этому времени стоит привести себя в порядок.

Даша еле-еле пришла в себя к концу дня. Добралась до компьютера, ведь она задолжала и игровой стрим, поставила рядом с собой банку энергетика. Включила «OBS», увидела в камере своё опухшее лицо. Играть, правда, тоже не очень хотелось. Поэтому пока она просто запустила трансляцию.

- Увуву, мои хорошие. Меня слышно, видно? Всё нормально?

Получила отклик, что всё хорошо.

- Фух, ну и славно. Как же мне было хуёво сегодня, вы не представляете. Вот я и не смогла приехать. В смысле пить надо меньше?! У нас было культурное мероприятие так-то, мы Алису встречали, алло, блять! Нам как, по этому самому вашему, надо было её встретить? Сказать просто «сиди, дорогая, и смотри»? Или чё? Это как посвящение!

Кто-то из подписчиков написал «ну ты и ебло».

- Сам ты ебло, блять. Посмотрела бы я на тебя, как бы ты сегодня поднялся после такого, поэтому соси хуй и не психуй. – На короткое время из неё вылезла настоящая Иванова Дарья Владимировна. – Больше никогда в жизни так нажираться не буду. Не, хватит с меня. Ну кто хотел со мной увидеться официально, так сказать, ну типа не это, не когда я там в городе, блять, где-то шлындаю, а когда мы с вами посидим нормально, вот тогда на следующей неделе во вторник в пять часов вечера. Что значит «я на работе»? Ну ладно, да, точно. И там кофе недорогой.

Даша тем временем насобирала себе заказ в доставке еды и оплатила автоматически картой счёт на шесть тысяч рублей.

- Короче, мы с вами там пофоткаемся, попиздим, кофе попьём, ещё что-нибудь можно будет замутить, я не знаю. Может, я вам спою. У нас же ещё тут новая песня намечается, так что... Эй, бля, чё за негатив в чате? Вы хотите, чтобы я вышла?

Несколько человек написали, что да, ещё кто-то написал «Даша, капитулируй в окно, сделай нам одолжение».

- Слышь, сука блять, я тебе щас капитулирую на лицо, пидорас, ты чё это вздумал тут говорить мне такое?! – Кажется, слишком много Ивановой протекло наружу, но Даша не в том настроении, чтобы следить за базаром. – Может, ты в окно выйдешь?! Говно блядское, хуесос или хуесосиха ты, я не знаю, за никами своими там сидят, блять, такие смелые в анонимке всегда. В лицо мне это скажи, уёбище!

Несколько десятков человек вышли из трансляции после этого.

- Ну и сидите без меня тогда.

И выключила трансляцию. День явно не задался. Хорошо, что «шортсы» и два ролика про отношение к критике выйдут в ближайшие пару дней, можно будет передохнуть. Она и так упахалась, скоро еда приедет, можно отдохнуть. Весь день ничего не ела, сейчас бы Даша слона сожрала и не поморщилась. Кое-как дождалась, пока заказ приедет, принесла всё на кухню. В это время домой вернулся Марк. И когда Даша увидела его, то поняла, что разговор будет непростой.

- Ой, Дашулёк, ты решила поужинать, да, любовь моя? – Он в плохом настроении. Всегда, когда он обращался с такой интонацией, это кончалось полным дерьмом.

- Да-а-а-а? Я целый день ничего...

- Убери это в холодильник, пожалуйста. – Марк встал в дверном проёме. И не снял кроссовки. Совсем плохой знак.

- Да я же...

- Убери это в холодильник. Пожалуйста. – Он кипел от злости. Говорил всё ровно, спокойно, тихо, и это напрягало ещё сильнее.

- Хорошо...

- Побыстрее, пожалуйста.

Даша сделала всё, как он просил.

- А теперь пойдём. Как здорово, что ты не переодевалась.

- Я... что-то не то сделала?

- Да. Но нам нужно поговорить отдельно. И не здесь. Не хочу ничего запачкать.

Он прошёл в квартиру в кроссовках.

- Марк, ты... скажи мне, что не так?

- Пойдём. Дорогая. Побеседуем попозже, хорошо?

Даша выбрала белые кроссовки «Найк Эйр Макс».

- Марк... - Ей от неизвестности плакать захотелось. – Ты... что ты собираешься со мной сделать?

- Сюрприз, любовь моя.

Когда они вышли во двор и сели не в заряженную «бэху», а в какой-то раздолбанный серый «Опель», Даша заволновалась ещё больше. И Марк точно знал, что это за машина, и пригнал он её сюда специально. Прокуренный салон, пыль на «торпеде». Липкие ремни безопасности. Как будто это самоходное ведро вытащили со свалки и заставили ехать.

- Марк...

- Помолчи, пожалуйста, и не называй меня больше по имени. Мне не нравится.

Даша знала эти места только поверхностно, они приехали в какое-то захолустье, вроде, относительно недалеко от центра Петербурга, но это типичная старая промзона с наполовину заброшенными цехами. Вокруг ни души. Что Даше ещё больше не понравилось. Значит, Марк собирался сделать что-то такое, чего бы не стал делать дома и в своей машине. Только открыла рот, чтобы спросить, но парень поднял указательный палец.

- Ты как-то слишком много разговариваешь. И делаешь что-то не то. Дорогая. Слушайся меня сейчас очень внимательно. – Он достал с заднего сиденья широкий армированный скотч. – У тебя же нет насморка?

- Пожалуйста, Марк, я...

- Я спрашиваю, у тебя же нет насморка? – Лучше бы орал и матерился, его холодный тон пугал намного сильнее.

- Н-нет.

- Вот и славно. – Он приблизился к Даше вплотную, достал нож для резки бумаги. Не торопясь отмерил столько скотча, сколько надо. – Не сопротивляйся. А то будет неприятно. – И налепил скотч ей на рот, что Даша и звука не могла издать. – Вот. Как здорово, правда?

Она поняла, что плакать ей сейчас тоже нельзя, иначе ей будет нечем дышать, если у неё будет заложен нос. Только головой покачала и промычала что-то.

- Так ты мне нравишься намного больше. Ступай за мной, солнышко.

Марк подошёл к «Опелю» и открыл багажник, в котором что-то валялось.

- Прошу. Если не согласишься, я испорчу тебе лицо. А твоё личико тебе ещё очень нужно. Поэтому полезай сама, хорошо?

Не плакать, только не плакать. Даша забралась в грязный багажник, в котором валялись как попало какие-то пластиковые маслянистые канистры, спортивная сумка, но вся жирная, да и ржавый инструмент на ощупь не самый приятный. Марк со спокойным лицом связал руки и ноги Даши тем же самым армированным скотчем, видимо, чтобы не выделывалась лишний раз.

- И не пытайся вырваться отсюда. Даже не пробуй.

Крышка багажника захлопнулась, оставив Дашу в полной темноте. Воняло бензином и ещё чем-то, не разобрать. Только не плакать, плакать нельзя, нос у Даши один, больше дышать нечем. С руками, связанными за спиной, сильно многого не сделать. Хлопнула водительская дверь. Машина тронулась с места. На каждой кочке или яме Даша получала всем, что не было закреплено в багажнике, её саму мотало, какой уж тут попытаться даже ослабить руки. Только в редкие перерывы, видимо, когда Марк останавливался на светофоре, либо ехал по прямой и не тормозил, можно было хоть немного перевести дух.

Неужели это всё из-за того, что она не пришла сегодня на открытие клуба? Вряд ли, Марк бы обошёлся с Дашей куда проще. Он грозился вывезти её в лес... когда она согласилась на обналичку. Но она же всё принесла ему! Где она проштрафилась так сильно, что он воплотил свои угрозы? Девчонка тяжело дышала. Больно, ужасно и очень страшно. У Даши затекли руки. Она ехала в багажнике куда-то далеко, потеряла счёт времени, и это пугало её всё больше с каждой секундой. Неужели... вот так закончится её жизнь? Она тоже только стала звездой, получила любовь и внимание...

Кочки стали слишком частые после какого-то поворота, и дважды Даше прилетело по голове канистрой. Лишь бы в живых остаться, будь что будет уже, неважно. В какой-то момент машина остановилась. Пауза показалась вечностью. Марк открыл багажник.

- Вот мы и приехали. На природу. – Он без труда вытащил её и грубо кинул на землю, Даша бы вскрикнула, если бы могла. – Дай я освобожу тебя. – Вытащил канцелярский нож из кармана. Но сначала слегка-слегка провёл им по её щеке, оставив маленький, но болезненный порез.

Он вовремя сдёрнул с её губ армированный скотч, и Даша закричала от боли и жжения.

- Марк, пожалуйста, я не знаю, за что, в чём я провинилась, но прости, прости, я...

- Блять, рано я твой ебальник открыл.

Какая-то просёлочная дорога, или чёрт знает что, съезд, какая-то заросшая дорога, по которой крайне редко кто-то ездил. Как Марк и обещал.

- Скажи, что я не так сделала?! Я... это связано с деньгами? С теми карточками?

- Да. – Он наклонился, достал из кармана ещё один телефон и быстро нашёл на нём нужные фотографии. – Смотри, а кто это тут у нас такая красивая денежки с банкомата снимает? Кто у нас спалился перед чужой камерой? Ты доставила мне немало проблем. И я, блять, не очень доволен, как ты можешь увидеть! Я, даже, сказать, взбешён! – Он снова так заговорил, будет больно.

- Да я же делала всё как обычно! Как всегда!

- Кто-то настолько заленился, что решил снять кучу денег в нескольких банкоматах подряд. Мне пришлось отмазывать тебя. Обелять твоё имя. Но я вижу, что всё было зря. Понятное дело, больше ты этим заниматься не будешь, раз ты у нас такая... безответственная своенравная женщина. – Только сейчас он освободил ей руки и ноги.

- Я... я виновата перед тобой... прости...

- Ты пиздец как виновата. Вроде, работала ты нормально, а что случилось? Почувствовала себя важной очень? Твоё личико в этот раз не пострадает. Потому что у меня на него планы есть. Раздевайся.

Даша нелепо пыталась затёкшими руками снять с себя толстовку, но Марк помог ей с этим разобраться. Стянул с неё кроссовки, джинсы и трусы. Так унизительно и отвратительно стоять перед Марком голышом где-то в лесу. Из одежды на ней был только правый носок.

- А теперь, дорогая, вставай на колени. Пора воспитывать тебя. Отчитывать, как маленькую нашкодившую суку. – Он подошёл к пассажирской двери и достал из салона чёрный провод от телевизора.

Четыре удара по спине Даша выдержала, но на пятом и шестом уже рыдала от боли. Марк бил с размаху, а после пнул её в спину, и девчонка рухнула на землю. Попыталась закрыться от ударов, но сразу получила по рукам, по её заднице пришлось столько ударов, что она сбилась со счёта. Личико он и правда не трогал. Но ноги, спина и ягодицы пострадали так, как не страдали за всю жизнь.

- Марк, пожалуйс...

- Заткнись нахуй. Радуйся, что я тебя тут не закопал. А я хотел. Кристине скажешь «спасибо» за то, что я оставил тебя в живых и всего-то отпиздил. Но ты всё поняла? Я доступно объяснил, что ты сделала не так?

Даша могла только кивать. Грязная, избитая, униженная, девчонка в одном носке только тряслась и хныкала, пока по её лицу бежали слёзы, а из носа текли сопли

- Любимая, ты приходи в себя. Одевайся. Ну во что найдёшь, в то и одевайся. Доберёшься до города как-нибудь сама. А то мне некогда. Я и так потратил на тебя слишком много времени.

Провод он забрал с собой. Сел в машину и уехал отсюда.

Даша с трудом одевалась, каждое движение – боль, каждый вдох – отчаяние. Её красивая толстовка теперь тоже грязная, на джинсах пятна. Только белых кроссовок нигде не было видно, похоже, Марк забрал их с собой. Но Даша была рада хотя бы тому, что осталась в живых. Ведь слова Марка совсем не похожи на пустую болтовню и запугивания. Девчонка никогда не была так близко к смерти, как сегодня. А что стоило Марку закопать Дашу прямо тут?

Она еле-еле выбралась на дорогу. Если бы на улице было прохладно, то неизвестно ещё, что бы стало с Дашей в этот вечер. Она долго брела, спотыкалась, морщилась каждый раз, когда наступала на камешки. Худший день в её жизни. Такой несчастной она себя никогда не чувствовала. С содроганием она подумала о том, что завтра ей надо снова улыбаться на камеру и говорить всем «увуву».

Как назло, машин было совсем мало, ни одна из них не остановилась. Такси не вызвать – телефона с собой не было ещё на выходе из квартиры. Даша очень устала. Ходить по этой дороге невыносимо. Терпеть эту боль по всему телу невозможно. Да и чувствовать себя виноватой тоже отвратительно. Она всё поняла, осознала и приняла, но этого мало, чтобы всё перестало болеть.

В какой-то момент Даше повезло, и кто-то всё же остановился возле одинокой несчастной девчонки у дороги. Спросил, всё ли в порядке, и почему девушка босая. Но Даша не стала рассказывать лишнего и попросила привезти её домой, хотя бы просто к дому, если будет такая возможность. Ей не отказали. По пути водитель ещё пару раз пытался узнать, нужно ли девушке вызвать врача, но Даша отказывалась. И так этот человек привёз её на Васильевский остров и пригнал машину прямо к дому. Который, правда, уже не хотелось называть «домом».

Когда дверь в квартиру открыл Марк, Даша кинулась ему в ноги, чтобы вымолить прощение. И, так уж и быть, она его получила.