Глава 8

╭───────ᘒ───────╮"ⲧⲉⲗⲟ "╰───────ᘒ───────╯

***

Утром меня разбудил мягкий солнечный свет, пробивающийся сквозь занавески. Я тяжело открыла глаза, с трудом концентрируясь на окружающей обстановке. Голова раскалывалась, а мысли все еще были затуманены, словно я никак не могла полностью проснуться.Медленно сев на кровати, я огляделась вокруг. Комната выглядела такой же, как и вчера, но ощущение внутри меня было совершенно другим. Внутри все сжималось от боли и отчаяния, напоминая о вчерашнем разговоре с отцом.Его жестокие слова, казалось, все еще звучали у меня в голове, лишая покоя и отнимая силы. Я зажмурилась, пытаясь отогнать эти воспоминания, но тщетно - они продолжали терзать меня, снова и снова напоминая, что я - никчемная и ненужная.Сглотнув ком в горле, я медленно встала с кровати, пошатываясь от слабости. Мне вдруг ужасно захотелось остаться дома, укрыться от всего мира и больше никогда не выходить из этих стен. Но я понимала, что этого нельзя делать - нужно идти в школу, несмотря ни на что.Со вздохом я направилась в ванную, стараясь не смотреть на свое отражение в зеркале. Мне просто не хотелось видеть все эти синяки и следы от слез - это лишь будет постоянно напоминать мне о вчерашнем кошмаре.Быстро умывшись и приведя себя в порядок, я заставила себя спуститься вниз. В гостиной меня ждала мама, встревоженно глядящая на меня.

- Доброе утро, милая, - тихо произнесла она, - ты как себя чувствуешь?

Я опустила глаза, не в силах встретиться с ее взглядом.- Нормально, мам, - пробормотала я. - Просто... Устала немного.

Она грустно вздохнула, но ничего не сказала, лишь ободряюще сжав мою руку. Я была ей благодарна за молчание - сейчас мне просто не хотелось говорить о вчерашнем.Быстро перекусив, я поспешила собраться и выйти из дома. Хотелось поскорее скрыться от этих стен, в которых я так беспомощно рухнула вчера.На улице было солнечно и тепло, но мне это совсем не радовало. Мысли по-прежнему были заняты словами отца, и я никак не могла от них избавиться. Вчерашнее потрясение все еще сжимало мое сердце болью и отчаянием.Добравшись до школы, я прошла через знакомый двор, стараясь игнорировать любопытные взгляды одноклассников. Мне просто хотелось поскорее скрыться в стенах учебного заведения, чтобы не видеть чужих лиц.Однако, когда я открыла дверь класса, то тут же пожалела об этом. Все ребята, как обычно, оживленно болтали, радуясь началу нового дня. А я, словно чужая, стояла в стороне, чувствуя себя совершенно разбитой.Заметив меня, Ванесса тут же подошла ко мне с улыбкой, но, стоило ей заглянуть мне в глаза, её улыбка тут же померкла.

- Лиз, что случилось? - встревоженно спросила она, кладя руку мне на плечо.

Я вздрогнула от её прикосновения, невольно вспомнив слова отца. - Ничего, - машинально ответила я, отстраняясь от неё. - Все в порядке.

Но Несс, казалось, ничего не заметила и, обеспокоенно заглядывая мне в глаза, продолжая расспрашивать.Я отвела взгляд, чувствуя, как предательские слезы снова подступают к глазам. Мне так не хотелось говорить об этом, да и что я могла ей сказать? Что мой собственный отец отверг меня, заявив, что я никчемная и никому не нужна?

- Правда, все в порядке, - повторила я, делая шаг назад. - Просто устала немного. Не волнуйся.

Но Несс явно была не убеждена. Она внимательно вглядывалась в мое лицо, словно пытаясь понять, что же со мной происходит.- Лиз.., - тихо позвала она, - ты можешь мне рассказать, что случилось. Я постараюсь помочь.

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как комок в горле снова начинает расти. Как бы мне ни хотелось довериться ей и поделиться своей болью, я не могла..- Спасибо, Несс, - с трудом выдавила я, - но правда, все в порядке. Просто... плохо спала..

Она нахмурилась, явно понимая, что я что-то недоговариваю, но, к моему облегчению, больше не стала расспрашивать. Вместо этого она ободряюще сжала мою руку и отошла, оставляя меня в покое.Я с благодарностью выдохнула, поправляя сумку на плече. По крайней мере, сейчас у меня есть передышка, чтобы прийти в себя. Может, за время уроков я смогу взять себя в руки и хотя бы притвориться, что все в порядке.Как только прозвенел звонок, я тут же заняла свое место, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Впрочем, одноклассники, к моему облегчению, не обращали на меня особого внимания, занятые своими делами.Учитель вошел в класс, и уроки начались. Сначала я даже пыталась сосредоточиться на объяснениях, но скоро поняла, что это бесполезно - мои мысли все равно постоянно возвращались к вчерашнему вечеру.Образ разочарованного и презрительного отца не покидал меня ни на секунду, снова и снова терзая душу.Стиснув зубы, я уставилась в учебник, пытаясь сосредоточиться на заданиях. Но сделать это было так сложно, когда в голове с постоянной назойливостью крутились одни и те же мысли.Когда прозвенел звонок на перемену, я поспешно сложила свои вещи, стремясь поскорее выйти из класса. Мне просто необходимо было немного уединения, чтобы попытаться собраться с мыслями.Выйдя в коридор, я быстро зашагала к туалетам, игнорируя оклики одноклассников. Мне совсем не хотелось сейчас ни с кем общаться. Я просто хотела остаться одна, чтобы попытаться взять себя в руки.Войдя в туалетную комнату, я первым делом подошла к раковине и, зачерпнув пригоршню холодной воды, плеснула ей в лицо. Прохладная влага немного отрезвила меня, но боль и отчаяние, терзавшие мою душу, никуда не делись.Подняв голову, я взглянула на своё отражение в зеркале. То, что я увидела, заставило меня болезненно поморщиться. Покрасневшие глаза, бледное лицо, искаженное страданием - вот что я видела перед собой, теперь понятно чего Несс так заволновалась.Глубоко вздохнув, я попыталась успокоиться. Мне нужно взять себя в руки, иначе я просто не выдержу остаток дня. Нельзя, чтобы эта боль и отчаяние продолжали меня сжирать.Поправив волосы и расправив плечи, я вышла из туалета, стараясь выглядеть как можно спокойнее. Осторожно пробираясь через толпу учеников, я направилась к своему шкафчику, чтобы подготовиться к следующему уроку.Но стоило мне открыть дверцу, как из шкафчика вывалилась стопка книг, разлетевшись по полу. Я со стоном присела, торопливо принимаясь их собирать, чувствуя, как вновь к глазам подступают слезы.Неужели сегодня весь день будет таким? Словно мир сговорился, чтобы еще больше меня измучить и растоптать. Казалось, будто даже самые обычные вещи теперь становятся для меня непосильным испытанием.Взяв книгу, я подняла голову и тут же встретилась взглядом с Лэнсом, стоявшим неподалеку. Он с явным сочувствием смотрел на меня, и мне вдруг стало так стыдно, что я опустила глаза. Неужели он видел, как я тут корчусь на полу, пытаясь собрать рассыпавшиеся книги? Уже не в первый раз он видит меня в таком жалком состоянии. Интересно, не разочаровался ли он во мне?Поспешно встав, я зачем-то подправила свои растрепанные волосы, стараясь скрыть свое смущение. Но стоило мне снова взглянуть на Лэнса, как он тут же подошел ко мне и тревожно спросил:

- Элизабет, ты в порядке?

Я нервно вздохнула, пытаясь изобразить на лице улыбку.- Да, все хорошо, - выдавила я. - Просто... Нечаянно уронила книги.

Лэнс озабоченно нахмурился и, подхватив мои учебники, протянул их мне.- Позволь помочь, - мягко сказал он.

Я виновато опустила глаза, чувствуя, как внутри все сжимается от стыда.- Спасибо, - пробормотала я, принимая свои вещи.

Лэнс внимательно вглядывался в мое лицо, словно пытаясь прочитать все мои мысли. Но я упрямо отводила взгляд, не желая, чтобы он увидел, насколько я уязвима и растеряна.- Элизабет, - тихо позвал он, - ты уверена, что все в порядке? Ты выглядишь какой-то подавленной...

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как под его взглядом мои щеки заливает румянец. Мне так не хотелось, чтобы он видел, в каком я состоянии. Но как объяснить ему, что творится у меня в душе, если я сама этого толком не понимаю?Лэнс окинул меня сомневающим взглядом, но, к моему облегчению, не стал больше расспрашивать. Вместо этого он мягко коснулся моей руки, посылая по телу приятную дрожь.

- Ну ладно, - вздохнул он. - Но если тебе что-то понадобится - ты обязательно дай мне знать, хорошо?

Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Боже, как же мне сейчас нужна его поддержка! Но вдруг папа прав, и Лэнс просто использует меня? Я не могу рисковать и доверять ему.На уроках я, как обычно, старалась быть как можно более незаметной, стремясь раствориться в толпе. Однако преподаватели, казалось, специально обращались ко мне, будто пытаясь вывести из состояния отрешенности. Их участливые интонации и сочувственные взгляды лишь усугубляли мое тягостное состояние, заставляя чувствовать себя еще более ненужной и отверженной.Когда прозвенел звонок на большую перемену, я поспешила выйти в коридор, надеясь на несколько минут уединения. Но стоило мне очутиться среди шумной толпы сверстников, как я вновь ощутила на себе пристальные взгляды и перешептывания.Я поневоле ускорила шаг, стремясь как можно скорее оказаться в укромном уголке и скрыться от любопытных глаз.На следующем уроке, когда я, затаив дыхание, сидела за партой, в классе вдруг заговорила встревоженная Карен. Её лицо было бледным, а глаза - расширенными от ужаса.

- Вы слышали? - выпалила она, обводя всех горящим взглядом. - Ещё одну девушку убили!

Мое сердце тревожно забилось, а в ушах будто зазвенело. Неужели произошло очередное ужасное преступление? Я затаила дыхание, напряженно вглядываясь в лицо Карен, ожидая дальнейших подробностей.

- Говорят, её тело нашли в парке неподалеку от школы... - продолжала та, более встревоженно. - Господи, а никто не может найти убийцу, уже месяц ищут.. Бестолочи

Отец Карен работает в полиции, потому она частенько подслушивает его разговоры с коллегами, приходит к нему на работу, чтобы попялиться на новеньких парней, ну и параллельно с этим порыскать в отцовском столе, дабы найти что-то интересное для своих сплетней. Даже иронично, что она обзывает своего отца бестолочью.Когда прозвенел звонок, возвещающий об окончании уроков, я, не мешкая, поспешила к выходу, испытывая желание как можно скорее оказаться подальше от этих стен. Мне отчаянно хотелось оказаться в безопасном убежище, чтобы хоть ненадолго укрыться от гнетущей действительности. Однако стоило мне выйти за ворота, как навстречу мне вышел Лэнс. Его взгляд и мягкая улыбка вновь вызвали во мне ощущение тревоги и неловкости.

- Элизабет, ну как ты? - мягко проговорил он, приближаясь ко мне. - Ты выглядишь немного побледневшей... Не хочешь, чтобы я подвез тебя домой? Как раз обсудим твоё состояние

Его предложение вызвало у меня лишь отвращение. Мне казалось, что он вовсе не заботится обо мне, а лишь пытается манипулировать, используя меня в каких-то своих корыстных целях, как утверждал отец. Вдобавок у него чувства к другой девушке, значит я и вправду для него лишь ученица. Поэтому, едва сдерживая дрожь, я решительно отказалась.- Нет, спасибо, я доеду на автобусе, - ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более уверенно.

Лэнс явно был расстроен моим отказом. Я заметила, как в его глазах промелькнуло смятение, будто он этого не ожидал. Однако спустя секунду его лицо вновь приняло доброжелательное выражение.- Ну что ж, как скажешь, - произнес он, слегка пожимая плечами. - Только будь осторожна. В свете последних событий не стоит гулять в одиночку.

Мне отчаянно хотелось как можно скорее оказаться дома, где я смогу хоть ненадолго укрыться от всего мира. Пока я ожидала нужного автобуса, меня не покидало чувство тревоги. Не только слова отца, но и явная обеспокоенность Лэнса относительно моей безопасности заставляли меня вновь и вновь мучаться подозрениями.А что, если и вправду Лэнс каким-то образом пользуется мной? Что, если за его участливым фасадом скрываются подлинные темные помыслы? Меня начала терзать паранойя, и я с трудом заставляла себя отогнать эти жуткие мысли. Едва дождавшись автобуса, я поспешно устроилась на сидении, отрешённо глядя в окно. Мне так хотелось, чтобы всё это поскорее закончилось, чтобы отец перестал обвинять меня во всех смертных грехах, а Лэнс просто объяснил мне, что чувствует ко мне. Но пока что я по-прежнему чувствовала себя загнанной в угол жертвой, обречённой на вечные душевные мучения.Добравшись наконец до дома, я быстро поднялась в свою комнату, с облегчением захлопывая за собой дверь. Здесь, в этом укромном уголке, я могла хоть ненадолго укрыться от всех тревог и невзгод. Устало опустившись на кровать, я обхватила себя руками, позволяя слезам свободно струиться по щекам. Мне казалось, что сегодняшний день был для меня сущим кошмаром: страх за свою безопасность, навязчивые подозрения относительно Лэнса и его истинных намерений, а главное - отчаяние от осознания собственной бесполезности. Тяжело вздохнув, я потянулась к своему старому потрепанному дневнику, лежавшему на прикроватной тумбочке. Может быть, перенеся свои терзания на бумагу, я смогу хоть немного облегчить душу? С дрожащими руками я открыла первую чистую страницу и застыла, не зная, с чего начать."Дорогой дневник, - вывела я первые строки, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - Сегодня был один из самых тяжелых дней в моей жизни. С того момента, как я проснулась поутру, меня не покидает ощущение безысходности и отчаяния. Вечерний разговор с отцом вновь и вновь всплывает в моей памяти, причиняя невыносимую боль."Я замерла, борясь с подступающими рыданиями, а затем продолжила: "Он так жесток и беспощаден ко мне. Его слова о том, что я - лишняя и ненужная, что школьный психолог использует меня в своих целях, не дают мне покоя. Неужели я действительно настолько бесполезна и бессмысленна?"Слезы уже беспрепятственно катились по моим щекам, оставляя влажные следы. Сердце сжималось от невыносимой тоски, и я едва удерживалась, чтобы не разрыдаться в голос. Но я знала, что должна продолжать писать, чтобы излить все свои мучительные переживания."А сегодня в школе... - вновь вывела я дрожащей рукой. - Эти слухи об очередном убийстве, которые разлетелись по всему учебному заведению, сразу заставили меня встревожиться.Я до боли закусила нижнюю губу, пытаясь подавить всхлипывания. От одной только мысли об этом меня бросало в дрожь. "И Лэнс... Этот его взгляд, его предложение подвезти меня... Мне казалось, что он что-то знает, что-то скрывает. Отец ведь предупреждал, что он использует меня. Неужели это правда? Боже, почему моя жизнь превратилась в сущий кошмар?"Изливая душу на бумагу, я постепенно чувствовала, как поток сдерживаемых эмоций ослабевает. Слезы, казалось, помогали хоть немного разрядить мучительное напряжение, копившееся во мне весь день. И все же тревога и страх не оставляли меня. Мне казалось, что я обречена на вечные страдания, что никто и никогда не сможет меня понять и избавить от этих душевных мук.Дописав последние строки, я с трудом закрыла дневник и бережно положила его обратно на тумбочку. В комнате было тихо, лишь изредка нарушаемое тихим шелестом листвы за окном. Я чувствовала, как усталость потихоньку берет верх, но сон по-прежнему не шел ко мне. Слишком много вопросов и терзающих душу сомнений продолжали крутиться в моей голове, не давая ни минуты покоя.Еще долго я лежала, уставившись в темноту, пока, наконец, измученное тело не взяло свое, и я не погрузилась в спасительное забвение. Быть может, завтра все будет иначе? Быть может, это безжалостное давление обстоятельств, наконец, отступит, и я смогу обрести долгожданный покой? Оставалась лишь слабая надежда на лучшее, которая теплилась в самых глубинах моей души.