Глава 14. Ревность

Алёна Самойлова

Утром я проснулась с приятными воспоминаниями о прошлом вечере. На душе так было легко и тепло. Всегда бы так было…

Потянувшись перед зеркалом, я расчесала волосы и собрав их в высокий хвост отправилась в ванну. Проходя мимо двери брата, я вспомнила, что обидела его. Должно быть сильно. Так нельзя было говорить…Он всегда приходил мне на помощь и утешал меня, а я? Я вместо добрых слов раздавила его еще сильней! Ну и отвратительная же я сестра.

Постучав в дверь комнаты мне, никто не ответил. Я дернула ручку и вошла в его комнату.

Я редко бывала в его спальне. Или как он часто называл ее «берлогой».

На стенах висели плакаты, мамина картина, которую она сама нарисовала, у меня была типа такая же только на ней были изображены пионы, а у брата лесной пейзаж. Старая водяная мельница и водопад. Я остановилась на пороге, но едва не упала на его брошенном у входа скейте. В подростковом возрасте он часто гонял в школу на нем. Я помню, как часто ругали его учителя. Мы учились с ним разных школах. Моя располагалась через дорогу с левой стороны, а его через дорогу во дворах. Когда я была маленькая он провожал меня до школы по пути здороваясь со своими знакомыми. Так и проходило до класса шестого. Потом я уже сама ходила в школу. Но только всегда созванивалась с кем-то из взрослых по телефону, когда выходила из дома или заходила и когда у меня заканчивались занятия.

   — Смотри двоек сегодня не получи! — сказал Костя, потрепав меня по голове и запрыгнув на скейтборд умчался прочь.

Я лишь смерила его раздраженным взглядом и поджав губы направилась к входу в школу.

Я вышла из комнаты, бесшумно прикрыв дверь и уже на кухне я увидела всю семью за завтраком.

Папа пил кофе и листал газету, мама с восхищением нюхала розы, а брат ел омлет с грибами и луком.

   — Алёнка, садись завтракать! — позвала меня мама, ярко улыбаясь.

Костя смерил меня хмурым взглядом и продолжим уплетать завтрак.

Я села рядом с мамой, которая тут же поставила передо мной сковородку с омлетом.

   — Кто это такой прекрасный букет подарил тебе вчера? — спросил отец, оторвавшись от газеты.

   — Мой одногруппник. — просто ответила я, положив в рот кусок омлета.

   — Ну да, у которого машина стоит, как наша квартира. — хмыкнул Костя.

   — А как зовут его? — поинтересовался отец, не обращая внимания на колкости брата.

   — Миша Курченко. — сказала я, — Он него очень богатый и влиятельный человек, но он честный и все делает сам. Даже музыкальную группу не раскручивает, а так играет для души.

   — Знакомая фамилия, — пожал плечами папа, нахмурив брови.

Я встретилась с его светло-карими глазами, такими же как у меня. Он серьезно посмотрел на меня, а затем добавил:

   — Кем бы он там ни был. Главное, что ты счастлива. — Как же все-таки быстро проходит время. Совсем недавно ты была крошкой, а сейчас тебе уже почти девятнадцать лет. Как быстро летит время.

   — Да. — улыбнулась мама, обняв папу, — Совсем недавно вы были детьми, а сейчас у каждого уже своя личная жизнь. Время действительно неумолимо.

   — То есть вы не против, чтобы я увлекалась музыкой? — спросила тихо я.

   — Главное, чтобы это не мешало учебе. — ответила мама. — Мы уже поняли, что с этим бороться бесполезно.

   — У каждого человека должно быть любимое хобби, — кивнул папа, — Иначе все будет для него казаться бессмысленным. Но и сильно не увлекайся романтическими похождениями! — погрозил он мне пальцем, — Тебе еще учится целый год до выпуска.

   — Знаю-знаю, — отмахнулась я, — Но все равно музыку не брошу!

После завтрака, я постучалась в комнату брата.

   — Да. — послышался ответ, но, когда он увидел меня на пороге своей комнаты его лицо стало хмурым. — Чего тебе? Пришла поиздеваться, да?

   — Называй это как хочешь. — сдалась я. — Но я хотела извинится…за вчерашнее.

   — Валяй. — бросил брат, посмотрев на меня светло-голубыми глазами.

   — Знаю. Я не должна была так говорить, — согласилась я, — Но я зачем-то сказала. Я знаю, что тебе было больно. Прости.

   — Ладно, считай, что я простил тебя. — махнул он рукой в мою сторону, — Иди, занимайся своими делами.

   — Ты правда не сердишься?

   — Кривда. — хмыкнул он.

   — Какой же ты…несносный! — фыркнула я, — Я по душам хотела с тобой поговорить, а ты!

   — Знаешь на тебя это было непохоже. — пожал плечами Костя, — Мы с тобой разные характерами.

   — Ну это как бы нормально. — заметила я. — И все же иногда люди меняются, ты не знал? — улыбнулась я.

   — Я не верю в это.

   — Не понимаю, как ты позволил ей тебя обмануть, — печально сказала я.

   — Наверное, я просто сильно ее любил. Я ей все прощал. Глупо, правда?

   — Нет. Не глупо. — ответила я, — Глупо, то что она так с тобой поступила.

Элина училась в восьмом классе, когда мой брат был в девятом. Он никогда не делился со мной, как это он называл «взрослыми делами». Знаю, что мама была недовольна его прогулами в школе и отвратительному поведению и все из-за этой Эльки, которая была та еще оторва. Она любила тусоваться с ребятами по старше, гулять по ночам. Костя часто пропадал надолго. Мама и папа ругали его за это.

Я уже ложилась спать. На часах было десять. Папа строго относился ко времени и считал, что нужно высыпаться перед занятиями в школе.

   — Алёна, ложись спать. — произнес он, заглядывая ко мне в комнату, — Тебе завтра в школу.

   — Уже ложусь. — бросила я, погасив телевизор с мультиками.

Я задумчиво смотрела в потолок. Кости дома еще не было. За стенкой, на кухне я слышала недовольными переговоры папы и мамы.

На улице было тихо. Слышно было, как машины проносились по трассе и садились самолеты. Недалеко от нас располагался аэропорт и железнодорожная станция. Я часто слушала, как со станции доносился невнятный голос диспетчера. На улице раздался громкий гул включенной музыки. Я соскочила с кровати и направилась к окну, отодвигая занавеску.

По дорожке под окнами шла компания ребят. Среди, которой я заметила Костю в его светло-голубой джинсовке без рукавов. Там же была и Элька, которую он обнимал за плечи и целовал, а она громко смеялась. Родители тоже услышали компанию под окнами.

   — Опять он с ней таскается! — услышала я недовольный голос мамы. — Учителя уже третий раз со школы звонили…

Костя вернулся домой поздно, разбудив нас звонком в дверь. Я слышала, как родители отчитывали его, ругали, а он всего лишь отшучивался на их упреки.

   — Вспоминай только хорошие моменты. — сказала я, крепко обнимая его, — Главное, что это было и оно было именно с тобой. А ты был действительно счастлив!

Костя улыбнулся, обнимая меня в ответ.

   — Так и сделаю.

                                   ***

Вечером мне написал Миша, предлагая снова встретиться. Я с удовольствием согласилась.

Одевшись в теплый персиковый свитер и голубые джинсы, я направилась в коридор за пальто и сапогами. Там же я столкнулась с Костей.

   — Куда это ты собралась? — спросил он.

   — Гулять. — ответила я, обуваясь в свою любимые грубые ботинки.

Маме они никогда не нравились. Она считала, что такая обувь «не женственная», слишком грубая и абсолютно мне не подходящая. Но мне всегда казалось, что нужно носить то, что нравится тебе, а не кому. И это было важнее всего.

   — Так поздно? — снова заладил свое брат.

   — Раньше тебя это не пугало. — заметила я, завязывая шнурок, — А я росла на твоем примере. Дай и мне побыть в твоей шкуре. Я еще никогда не сбегала из дома и не гуляла по ночам.

   — На моем примере было показано, что это неправильно. — пожал плечами брат.

   — А я ничего противозаконного и не собираюсь делать. Просто хочу погулять со своим молодым человеком. — Все. Буду поздно. — сказала я, и открыв дверь вышла на лестницу. — Чао!

Выбежав из парадной, я помчалась к остановке. Мы с Мишей договорились, что он встретит меня у выхода из метро. Настроение было каким-то особым и легким. Я редко чувствовала себя настоящей и цветущей, получающей от жизни все. Может быть все из-за того, что я влюбилась?

Давка в автобусе была самой настоящей базой. Как же без этого? Выходные и все куда-то спешили, хотя в рабочие будни было гораздо больше народа.

Спускаясь в подземку, я почувствовала запах метро. Стук колес по рельсам и звуки хлопающих дверей. Запрыгнув в остановившейся вагон, я села на единственное место недалеко от входа и уже с волнением отсчитывала остановки.

Влюбленные парочки больше так не задевали меня, да и вообще мне стало казаться, что я редко их вижу. Так всегда бывает, когда одна из твоих мечт исполняется, то все вокруг тебя сражу исчезает.

Эскалатор медленно тянулся наверх. Болтала реклама из громкоговорителей, недалеко от меня стоял парень с букетом белых хризантем. Он часто поправлял волосы и смотрел на часы, словно боялся опоздать. Парень шел впереди меня, когда мы сходили с эскалатора, он вежливо придержал стеклянную дверь на улицу. Там уже на улице он встретился с симпатичной девушкой с черными средней длинны волосами. Он отдал ей букет, а она поцеловала его в ответ, а потом уже они пошли, взявшись за руки в сторону проспекта, где располагались торговые комплексы и рестораны.

Я смотрела в их сторону, до тех пор, пока они не исчезли за углом дома.

   — Романтично, правда? — раздался у меня над ухом знакомый баритон.

   — Пожалуй, да. — ответила, повернувшись я.

   — Нас ждет не менее романтическое приключение, — улыбнулся обаятельно Миша.

И взяв его под руку, я отправилась по тому же проспекту.

В городе была поздняя осень, которая добавляла каких-то особых контрастов. Облетевшие деревья, серое небо и потухшие краски фасадов домов. Я прислонилась к его плечу и на мгновение прикрыла глаза. Хоть сейчас и была глубокая осень, но на сердце цвела самая настоящая весна.

   — И до куда мы будем идти? — тихо спросила я.

   — Пока дорога не закончится.

   — Если мы дойдем до конца, там уже река.

   — Ну и что. Там мост есть. — пожал плечами Миша.

   — Ну до него надо еще в обход идти. — возразила я, — Я еще никогда не была в той части. Не поверишь, хоть я и живу в этом городе всю жизнь, но в этой часто нахожусь только второй раз. Первый раз я была в Крепости на экскурсии с классом, а сейчас вот с тобой.

   — Что ж тебе повезло! — улыбнулся он, — Я знаю здесь каждый уголок. И могу устроить тебе небольшую экскурсию, если ты позволишь мне стать твоим личным гидом, если позволишь?

   — А кто запрещает?

   — Не знаю. — усмешливо ответил он, — Вдруг ты будешь против?

   — Я? — переспросила я. — Я и не против.

   — Ну и замечательно.

Пройдя через двор, мы попали к старому дому с отшелушившейся темно-желтой краской, которая когда-то была, наверное, намного ярче чем сейчас. Миша набрал пароль на двери, и она разблокировалась пропуская нас в здание.

Запах сырости лестничной клетки тут же ударил мне в ноздри. В парадной светилась тусклая желтая лампочка. Дом был небольшой пятиэтажный, где на каждом пролете было по две квартиры друг напротив друга. Я медленно поднималась по лестнице вслед за Мишей, но уже на лестнице на третий этаж уже выдохлась и села передохнуть на холодную ступеньку.

   — Подожди, — выдохнула я, пытаясь перевести дыхание, так же повторилось и на пятом этаже.

   — Эх, ты. — засмеялся Миша, садясь рядом со мной. — Пойдем, — сказал он, взяв меня за руку, — Думаю там ты точно никогда не была.

   — Где? — не поняла я.

Кареглазый кивнул в сторону потолка.

   — На чердаке? — озвучила я.

   — Да не, — покачал головой Миша, — На крыше.

   — Конечно нет. — согласилась я, — И все из-за банальной причины, я просто боюсь высоты.

   — Обещаю, что тебе не будет страшно. — тихо прошептал он, целуя меня в висок.

На чердаке все было в большом слое пыли. Всюду валялся какой-то мусор. Пустые бутылки, ящики, доски, коробки. В небольшом потускневшем от пыли окне был виден кусочек улицы. Видно было крыши соседних домов, фонари и проносившиеся в стороне машины.

Выход на крышу не был закрыт на замок. Миша забрался первым, а затем уже помог мне.

На улице меня снова встретил холодный осенний воздух. На тяжелом свинцовом небе пробегали светло-серые тучи. Я устремила взгляд вперед на вечерний город и его яркие огни.

   — Безумно красиво. — выдохнула я.

Вытащив телефон, я запечатлела этот момент. Одно фото я отправила Нике, а другое, я сделала в тот момент, когда Миша повернулся в другую сторону и отправила брату, позлить его немного. Хотя это было моей глубочайшей ошибкой…

«Совсем одурела?! Слезай оттуда немедленно!»

Я усмехнулась, прочитав в его интонации.

«Уже давно слезла. Не волнуйся»

Ответила я улыбаясь.

Ага, конечно! И кого я обманываю?

«Когда вернешься домой больше из него не выйдешь! Я маме скажу»

На это я лишь отправила смайлик показывающий язык и убрала телефон в сумку. Не хочу портить себе настроение слушая нотации, как правильно себя вести, а как нет. Я просто хочу хорошо отдохнуть и получить незабываемые эмоции.

Мы молча сидели, смотря на ночное небо. Темное, хмурое, с бегущими серыми тучами над крышами города. Миша обнимал меня за талию, а я положила свою голову на его плечо. Ветер взлохматил мне волосы раскидав их по плечам. В этот момент я чувствовала себя такой защищенной рядом с ним. Такой нужной. Я еще никогда не испытывала этих чувств. Я прикрыла глаза наслаждаясь моментом.

   — Ветер крепчает. — тихо прошептал Миша мне на ухо. — Пора уходить.

   — Пойдем. — кивнула я, и прияв его руку отправилась обратно.

Мы спускались по тускло освещенной лестницы парадной. Там уже внизу, Миша нагнал меня.

   — У тебя, что-то к волосам прилипло.

   — Где? — спросила, крутясь я.

   — Наверное паутина или пыль. — сказал, приближаясь он.

Он подошел ко мне так близко, что я замерла, затаив дыхание. Словно боясь спугнуть его.

Миша провел по моим волосам рукой, а другой приобняв за талию притянул меня к себе и поцеловал. Страстно, жарко по-настоящему…

Я крепко обнимала его, полностью отдаваясь поцелую.

   — Может сходим, поедим где-нибудь? — спросил он, когда мы отстранились друг от друга, чтобы перевести дыхание.

   — Давай. — согласилась я, — А куда?

   — Посмотрим. — пожал плечами Миша.

Мы шли по проспекту держась за руки. Нам попадались все возможные кафе и рестораны. Но во многих была очередь и не было свободных столиков.

   — Давай сюда. — предложила я, указав на кафе с вывеской «Шаверма». — Счастье кроется в мелочах. — улыбнулась я.

В кафе было чисто, уютно и свободно. Сделав заказ, мы сели за столик у окна, где пробегали прохожие, а вид выходил на невысокие дома на первых этажах, которых располагались магазинчики, модные бутики.

Я сфоткала наш поднос с шавермой и лимонадом и отправила в сторис. Пускай все завидуют.

Миша проводил меня до метро. Там мы долго не могли разлучится. Бродили долго вокруг входа в метро.

   — До понедельника. — сказала я, направляясь к массивной стеклянной двери.

Всю дорогу я думала о том, что подстроит мне брат. Наверняка не спустит мне с рук все эти выходки.

                                  ***

Настал понедельник.

Приготовив завтрак на скорую руку, я довольно быстро расправилась с ним, а затем уже стала собираться. На телефоне высветилось сообщение от Миши:

«Привет, тебя подвести до колледжа?»

«Привет, было бы неплохо»

 Ответила я, и улыбнулась, прижимая к себе телефон.

    —Ты чего улыбаешься? — спросил меня брат, медленно пробираясь по-утреннему, сумрачному коридору.

   — Да, так...настроение просто хорошее...— ответила я, опустив взгляд в пол.

   — Очень интересно, — И с каких это пор у тебя появилось хорошее настроение утром в понедельник?

   — А вот с этого дня и появилось!

Он лишь недоверчиво посмотрел на меня.

На телефон снова пришло сообщение, но не успела я среагировать, как мой мобильник оказался в руках у Кости.

   — Так-так, — пробормотал Костя, — «Жду тебя внизу» — прочитал он в слух. — От Миши.

   — А ну отдай! — недовольно потребовала я, пытаясь отнять от него телефон. Но тот поднял его высоко надо мной.

   — Он тебя уже встречает и отвозит? — на его лице появилась глупая улыбка.

   — А тебе, то что? — огрызнулась я, — Это моя личная жизнь и мне решать с кем мне общаться, а с кем нет!

   — Если он тебя обидит, то будет дело со мной! — прошипел Костя, крепко сжимая кулак.

   — А с чего ты думаешь, что он должен меня обидеть? — удивилась я, — Он не такой, я это знаю...

   — Ты сейчас это и не увидишь, — хмыкнул брат, — Вокруг тебя сейчас любовная мишура...

   — Что? — опешила я, — Да, какая любовная?! Мы просто...просто друзья...

   — Друзья? — повторил Костя, — А сердечки рисуешь, а букет, что он недавно тебе подарил, а?

   — Ничего я не рисую! — обиженно заспорила я, — Себе лучше мозги нарисуй! Все пока, мне уже пора! — фыркнула я, отнимая от него телефон.

   — Ну давай, торопись к своему Мишуничке, — посмеялся он, на что я уже не хотела отвечать. — И скажи спасибо, что я про твои прогулки по крыше родителям не сказал!

   — Только попробуй! — крикнула я, погрозив кулаком.

Черный «Мерседес» уже ждал меня во дворе. Увидев меня, Миша подъехал к дому остановившись напротив двери.

   — Привет, — произнес он, как только я плюхнулась на прогретое кожаное сиденье автомобиля.

   — Привет.

   — Привет. — раздался сзади меня голос Паши, из-за чего я вздрогнула.

Он то, что тут забыл?!

Но внутри меня появилось разочарование. Он не совсем мне нравился. Казался каким-то странным…Особенно то его поведение, когда Миша привел меня в их группу.

   — Привет. — сухо ответила я, не смотря в его сторону, но чувствовала, как он прожигает меня своим взглядом.

   — Ребят, подождете? — спросил Миша, выходя из машины, схожу за энергетиком, а то я не спал нормально сегодня. Башка трещит.

Я кивнула.

Но когда осталась с Пашей наедине, то пожалела, что отпустила Мишу…

Сначала ничего не предвещало беды, но затем я почувствовала, как он провел рукой по моим волосам наматывая прядь на палец. Я похолодела.

Он сладко вздохнул, прикасаясь губами к волосам.

   — Я тоже неплохая пара для тебя, Алён. — прошептал он мне на ухо.

 Я молчала.

   — Даже очень неплохая…— он поцеловал меня в щеку, я ринулась вперед насколько мне позволил ремень безопасности.

   — Нет. — холодно ответила я, трясясь от страха.

   — Слышь, не дури! — процедил он, хватая меня за плечо и притягивая к креслу. — Ты же знаешь с какой компанией связалась? У всех предки со связями... хочешь проблем? Я могу сломать тебе жизнь или твоим близким, хочешь? Ты должна сама покинуть группу добровольно, а иначе я помогу тебе это сделать сам!

Я замотала головой.

   — Я все расскажу Мише! — бросила я.

   — Только попробуй! — разозлился Паша, и я почувствовала его грубую руку на своем горле. — Ты мне нравишься…

И я не хочу делать тебе больно, но видимо…придется…

Он же меня не собирается задушить? Но в этот момент недалеко от машины появился Миша. Паша отпрянул от меня на задние сидение, как ни в чем не бывало.

   — Алён, что с тобой? — спросил Миша, садясь за руль, — На тебе лица нет. Ты вся бледная. Тебе плохо?

Я отрицательно покачала головой.

   — Руку немного тянет. — соврала я. — Сейчас пройдет. У меня иногда так бывает.

Миша как-то не особо мне поверил, немного нахмурился открывая жестяную банку.

   — А куда Андрей уехал? — спросил Паша, переведя тему.

   — А не знаю...куда-то с родителями, типа по семейным обстоятельствам, — пожал плечами Миша, — Он не говорил.

   — В его стиле, — хмыкнул темноволосый посмотрев в окно, — А репетиция? Не будем же без него?

   — Подождем. — ответил кареглазый, — У нас же больше нет свободного барабанщика.

   — Нет. Нету. — ответил задумчиво Паша.

Меня уже от его голоса даже трясло. Насколько я знала, он достаточно влиятельный. И я жутко боялась, что он действительно может сделать, что-то очень плохое мне или моим близким. 

Через какое-то время мы подъехали к колледжу.

   — Может посидим, — позвал нас Паша, указывая на диванчик напротив входа.

   — Пойдешь с нами? — спросил у меня Миша.

Паша смотрел на меня прожигающим взглядом. Внутри меня все сжалось в комок.

   — Мне надо в уборную. — пискнула я не своим голосом, смотря на свои ботинки.

   — Тогда пойдем наверх, — пожал плечами кареглазый.

Я была рада отделаться от компании Паши, но он постоянно нас преследовал.

Наверху было пусто. Только несколько студентов с других групп сидели на лавках напротив своих кабинетов. Миша сел на лавку напротив нашего кабинета, где должна была проходить пара по гражданскому праву. Я же зашла в нежно-розовую уборную и закрыв за собой дверь, встала напротив зеркала. Достав губную помаду, я подвела губы и тяжело вздохнув облокотилась на столик.

То, что произошло в машине не на шутку напугало меня. Мне до сих пор казалось, что он стискивает мое горло. Кому я могла это рассказать? Кто мне поверит в это?

Что я скажу?

Я покачала головой.

Когда я с опаской вышла, Миша все также сидел на лавке уткнувшись в телефон. Я села рядом.

   — Я хотела у тебя кое-что спросить. — тихо начала я.

   — Ну. — кивнул, улыбнувшись Миша. — Спрашивай.

   — Ты бы поверил человеку из своего окружения…ну допустим, если бы…— я совершенно не знала, как ему все это объяснить. — Если бы…он…заметил одну странность. Что к нему неравнодушен другой человек, и он постоянно его преследует?

   — Даже не знаю, — пожал плечами кареглазый, — Разве такое может быть? Не думаю, что кто-то может так поступить. А что?

   — Ничего. Я просто спросила…

   — Я думаю, если кто-то преследует, ему стоит дать отпор.

И он посмотрел на меня серьезным взглядом от чего мне стало неловко.

   — Я не думаю, что слабый человек способен постоять за себя. — пожала плечами я.

   — Даже если кто-то не прав? — Миша явно был удивлен, — Ты же не будешь молчать, если кто-то будет обижать тебя?

Я пожала плечами. Он действительно заставил меня задуматься обо всем. А ведь правда...получается нельзя соглашаться даже ради воспитания. Родители часто учили уважать и слушаться всех.

   — Если будешь такой покорной, то абсолютно каждый сможет сесть тебе на шею и указывать, что делать, а что нет. Так нельзя, ко всему нужно иметь свою точку зрения...

Я кивнула, хотя понимала, что не всегда готова постоять за себя.

Молодой преподаватель по гражданскому праву открыл кабинет. Группа медленной вереницей стала подтягиваться к аудитории.

Мы сели на самую последнюю парту на среднем ряду.

За окном начался дождь. Ветер раскачивал макушки деревьев. Я записывала лекцию, периодически подчеркивая цветовыделителями нужные термины.

   — Как твоя рука, уже лучше? — неожиданно поинтересовался Миша.

   — Гипс хочется уже снять, но пока не разрешают...— я тяжело вздохнула, посмотрев на руку.

   — Ничего, все будет хорошо не переживай, — утешительно произнес кареглазый.

   — Хотелось бы верить, — с печалью в голосе ответила я. На душе было как-то тревожно. А, что, если рука не восстановится и утратить свою гибкость? Хотя всегда стоит верить в лучшее.

   — Тебе стоит научится верить в хорошее, — подмигнув сказал Миша, и слегка коснулся моей руки.

Я вздрогнула от его прикосновения.

Наши глаза на несколько минут пересеклись. В его темных глазах читалось спокойствие. Сердце эхом отдавалось в ушах.

Все мои мысли были далеки от пар. Я все сильнее и сильнее влюблялась в него…

Перед обедом, я встретила Виолетту, которая поджидала меня у уборной. Она сначала делала вид, что смотрит в телефон, но подняв на меня глаза произнесла недовольно нахмурившись:

   — Смотрю, ты стала постоянно перед Мишей крутиться. Пытаешься заслужить его внимание? Ну-ну.

   — А тебе то что? — бросила я.

   — Запомни одно, Миша —мой! — Так, что прекрати за ним бегать! Или может быть…тебе того раза не хватило? Хочешь сломать теперь вторую руку?

   — Так это ты все подстроила?! — разозлилась я.

   — Ну я, а что такого?

Я сжала кулак. Ненависть просто переполняла меня.

   — Хочешь ударить меня? — хмыкнула Виолетта, — Так ударь. И тогда ты навсегда потеряешь Мишу!

   — Он не вещь! — заметила я, — У него есть чувства. Может быть он сам решит, что для него лучше, а не ты?

На какое-то время она растерялась, но затем ее глаза вспыхнули ненавистью.

   — Не смей давать мне советы! — прорычала она, — Я сама знаю, как лучше! Я тебя предупредила, так что держись от него подальше, если не хочешь себе проблем!

И с этими словами она прошла мимо меня, оставляя удушающий шлейф духов.

В столовой я много раз видела, как она бросала на меня злые взгляды, но отвела взгляд в сторону, стараясь не смотреть на нее пытаясь представить, что ее тут вообще нет. Хотя кусок в горло не лезет под ее присмотром.

   — Куда ты все время смотришь? — спросил Миша пытаясь проследить за моим взглядом.

   — Я? — пробормотала растерянно я, — Никуда...

   — Она тебе что-то сказала про меня?

   — Кто? — не поняла я.

Миша вздохнул.

   — Виолетта.

   — Нет. Не про тебя. — покачала головой я, — А вот про меня да.

   — Не обращай на нее внимание.

Я задумчиво уставилась на свою недоеденную еду, одиноко тоскующую в тарелке. Легко сказать, ведь она преследует меня по всюду и талдычит одно и тоже. Что Миша ее, и чтобы я отстала от него! Нет. Я так просто не отстану. У него есть свои чувства и он должен решать своей головой, а не чье-то!

Последней парой был английский, где Миша поразил всех знанием английского. Даша, что тоже неплохо знала английский ничего не могла возразить, когда Алёна Олеговна спросил есть ли у него какая-нибудь ошибка.

   — Нет. Мне кажется…все правильно. — ответила Даша.

   — Молодец. — довольно улыбаясь похвалила его преподавательница, — Вам есть чему поучится.

   — Где ты так научился? — спросила я, не веря своим ушам.

   — Четыре года жил в Англии и ходил в частную школу, где и обучился языку, — без гордости в голосе ответил он, но я увидела, как в его карих глазах блеснула печаль.

    — Круто, — вздохнула я, — А я нигде особо и не была, наверное, это здорово?

    — Я бы тоже не поменял бы свою школу ни на какую другую, но иногда выбора у нас нет. Мы делаем так как кто-то велит нам.

В его голосе промелькнула печаль.

   — Но все же нужно в этом находить и что-то хорошее. Наверное, у тебя остался хороший опыт в чем-то или приятные воспоминания, моменты. Хотя бы ради этого и стоит отпустить разочарование.

Он улыбнулся, смотря на меня и поправив мою прядь за уходи, острожное провел ладонью по моей щеке изучая каждый изгиб.

   — Может ты права…— тихо прошептал он, — Может все и не так уж и бесполезно?

   — Все приходит вовремя.

                                           * * *

Когда я вернулась домой, на улице начался дождь. Сильными каплями он стучал по подоконнику и стеклу, а ветер выл, забираясь под карниз окна.

Взяв свою любимую черно-белую гитару, я села на край кровати и с печалью смотрела на поврежденную руку и на инструмент. Я прикусила губу, пытаясь сдержать порыв боли исходящий изнутри.

А когда-то я могла играть...

Будет ли моя рука вновь послушная? Говорят, таланты не пропить, а так ли это? Я вздохнула, отложив гитару в сторону и села на пол прижав колени к себе.

А ведь, чтобы быть счастливым нужно чем-то жертвовать...

Но стоило ли это все этого? Я была в компании, но не могла стать ее частью полноценно. Иногда мне казалось, что я вносила очень маленький вклад. Стихи, сценарии клипов…

О том ли я мечтала? Я так мечтала тоже быть на сцене, но продолжаю оставаться в тени.