21 Глава-Когда любовь дороже всего

Утро началось без слов. В доме стояла напряжённая тишина, нарушаемая лишь звоном чашек и шорохом шагов. Хатидже, несмотря на тревогу, постаралась приготовить завтрак. Она понимала: им нужно восстановить силы. Впереди — буря.

Мустафа сидел за столом, опустив взгляд. Мине рядом — с кругами под глазами и сжатым листком письма, как доказательством кошмара, в который их втянули.

Камиль подошёл и положил перед ними планшет.— Я связался с одним знакомым адвокатом, Тарыком. Он работает с делами по коррупции и преступным группировкам. Он согласен встретиться с нами сегодня.

— Вы думаете, у него получится? — Мине говорила шёпотом, будто боялась, что Фарид услышит их даже через стены.

— Если хоть кто-то и сможет докопаться до правды — это он, — твёрдо сказал Камиль. — Нам нужно доказать, что Фарид продолжает преступную деятельность даже за решёткой. А главное — найти того, кто передал письмо. Этот человек не один.

Мустафа поднял голову и кивнул. Его глаза полыхали решимостью. Он жестом показал, что готов встретиться с этим адвокатом и помочь, чем сможет.

Они встретились с Тарыком в небольшом кафе на окраине. Мужчина лет сорока с холодным, но умным взглядом внимательно выслушал всё, что рассказала Мине. Потом передал письмо, чтобы провести экспертизу почерка.

— У вас серьёзное дело, — сказал он, записывая имя Фарида. — Но мне нужно больше. Если мы сможем доказать, что он ведёт переписку с преступниками, возможно, его переведут в изолятор, а главное — откроется новое уголовное дело. Это даст время и спасёт вас.

Он встал, протянул руку Мустафе.— Вы — смелый парень. Не каждый стал бы защищать любимую, не имея даже возможности крикнуть.

Мустафа сжал ладонь в ответ. Его глаза сказали больше любых слов.

Вечером Хатидже приготовила ужин, но почти никто не ел. Мине сидела на балконе, завернувшись в плед. Мустафа подошёл, присел рядом. Он протянул ей планшет — там была папка с фотографиями, которые он собирал за последние недели. Это были моменты: как она смеётся с Хатидже, как помогает в саду, как читает на диване. Его взгляд на неё — сквозь объектив.

Мине удивлённо прикрыла рот рукой.— Ты… всё это время…Она не договорила. Просто посмотрела на него — по-настоящему. Как на мужчину, а не просто друга.

Он коснулся её руки, и она не отдёрнула.

Внутри начало рождаться что-то большее. Глубже страха. Глубже боли.

Это была любовь. Чистая. Настоящая. И теперь она чувствовала её тоже.

После визита к Тарыку время будто замерло. Дни тянулись медленно, в каждом — ожидание нового удара. Но в доме Мустафы старались жить, держаться. Ради надежды. Ради любви, которую всё труднее было скрывать.

Тарык прислал сообщение:«Экспертиза подтвердила — письмо написано рукой одного из бывших заключённых, освободившихся три дня назад. Имя — Рамазан Йылдыз. Мы начали слежку».

Мустафа прочитал это первым. Его руки дрожали, когда он передавал планшет Мине. Та побледнела. Имя было ей знакомо — она слышала, как Фарид по телефону называл его. Это был один из тех, кто "должен был помочь вернуть жену".

Камиль, узнав новость, тут же связался с Тарыком.— Если вы его найдёте, мы сможем доказать, что Фарид не просто угрожает, а готовит преступление. Нам нужна защита для Мине.

Тарык пообещал держать их в курсе. А пока — ждать. Но ждать было мучительно.

Вечером, когда в доме наконец стало тихо, Мустафа вышел в сад. Его глаза выхватывали из темноты знакомые очертания — скамейку, дерево, лавку, где они с Мине впервые сидели в молчании, и всё было иначе.

Она подошла сама.— Я чувствую себя виноватой… — прошептала она. — Из-за меня твоя семья в опасности. Из-за меня ты живёшь в страхе.

Он посмотрел на неё, покачал головой. Потом взял её руку — мягко, уверенно, и, прикрыв её ладонь своей, прижал к груди, к самому сердцу.

"Ты — не опасность. Ты — причина, по которой я чувствую себя живым."

Она не знала, как он это передал, но поняла. Слёзы вновь выступили на глазах — не от боли, а от чего-то другого. Она впервые почувствовала, как глубоко он её любит. Не словами. А каждым жестом, взглядом, дыханием рядом.

— Прости, что я так долго не замечала, — прошептала она.

Мустафа улыбнулся. Он не нуждался в извинениях. Всё, что он хотел — быть рядом. Защищать. Любить.

На следующий день Тарык снова написал:«Рамазан Йылдыз приближается к дому. Мы не можем вмешаться без ордера. Будьте осторожны».

Мустафа тут же показал сообщение Камилю. Тот побледнел.— Он идёт за ней. Сегодня. Возможно, попытается напугать. Или хуже.

Камиль достал пистолет, который хранил много лет, и передал его Мустафе.— Ты не можешь говорить. Но ты можешь защитить. Если он войдёт — не сомневайся.

Мустафа взял оружие. Его руки не дрожали. Внутри уже давно всё сгорело. Осталось лишь пепелище, где пульсировало только одно: любовь к Мине.