4 глава. Эллария

«И медленно расходятся ворота,И прежней жизни исчезает след,И новый день струится для кого-то.А для кого-то нет. «

*****

— Дым от костра, они там, — за спиной послышался приглушенный, грубый голос одного из фэйских воинов. Эл обернулась в сторону, куда седовласый фэец указывал пальцем, над верхушками деревьев струилась тонкая полоска дыма. Она бесшумно кивнула, сдернув кожаные поводья, лошадь развернулась и медленно двинулась на юг. Под копытами крупных жеребцов, захрустел хворост и слишком  шумно зашуршали опавшие листья, Эл заметила тропинку из гравия, чуть поодаль от опушки леса и указательным движением махнула четверым воинам позади неё, они без колебаний направились в строну тропы. Холодный ветер хлестал ее по лицу, и даже кожаные и меховые обмундирования не спасали ее от колкого мороза, зима с каждым днём все больше давала о себе знать, совсем скоро и этот пожелтевший лес завалит толстым слоем снега. Она вслушивалась в шёпот леса, мягкий запах мокрой земли и гниющей листвы забился в лёгкие и пропитал волосы. Небо затянулось грозовыми тучами, приближался ливень.Ещё кое-где на ветвях висели грязно-бурые листья, на них и на ветвях холодный дождь висел крупными каплями . Между деревьев стояла ощутимая прозрачная свежесть

Сегодня одного из братьев Энгэса, король отправил вместе с ней на охоту. Тот ехал к Эл ближе всех, держа навостре  заострённые уши и сжимая в одной руке поводья, а в другой почерневший, деревянный лук. Она бросила на него мимолётный взгляд, Энгэс следил за каждым ее движением, остальные трое всматривались в лес и следили за уже тускневшей струей дыма. Им следовало бы ехать быстрее, однако так они могли привлечь внимания и раскрыть своё присутствие, так она говорила остальным, на самом же деле она надеялась, что люди почувствуют их приближение, заметят их и как можно скорее двинуться подальше от опасности. Она знала, что в ближайших ста метрах от своего лагеря, люди ставили ловушки и дозорных, Эл надеялась, что и в этот раз они успеют убежать.

— Нам надо оставить здесь коней, от них слишком много шума, — Энгэс спрыгнул со своего коня и настойчиво посмотрел на Эл, остальные фэйцы не двинуться с места, пока она не отдаст приказ. Высокая и мощная фигура Энгэса застыла в ожидании, его изумрудные глаза сощурились, ожидая ее действий, когда тишина затянулась он нахмурился и уже собирался что то сказать, но Эл опередила его.

— Один из нас остаётся здесь, стеречь коней. Энгэс, как только мы подойдём ближе к их лагерю, ты займёшь позицию на ближайшем дереве и будешь ждать моего сигнала. Пока я не прикажу, не стрелять! — он выдержал ее властный взгляд и резко кивнул. Спрыгнув с коня, Эл выхватила серебряный меч, покрытый древне фэйскими иероглифами, который подарила ей Каллиопа, и снова махнув рукой направилась в гущу леса. Сухие ветви продолжали хрустеть под ногами, но шума стало меньше, идущие позади воины и вовсе не издавали ни звука, их движения были быстры и легки. Пробиваюсь сквозь голые ветви, которые то и дело цеплялись за волосы и били в лицо своими тоненькими прутьям, она неслышно выругалась, когда под ногами слишком громко хрустнула ветка. До них донеслись голоса и все четверо застыли, у Эл защемило сердце, люди были совсем близко, и никто из них, их не заметил, это был конец, она уже ничем не могла им помочь, и хуже того, ей придётся убить всех. Энгэс прошёл мимо неё, на секунду обернувшись, он устало кивнул, Эл показалось, что и в его глазах проскочила тревога. Первым скрывшись за деревьями, он подал сигнал, выстрелив в дерево рядом с Эл, стрела пролетела возле ее глаз и вонзилась в покрытую мхом кору.  Это означало что лагерь близко, если бы стрела влетела в соседнее дерево, им пришлось бы идти ещё дальше. Трое фэйцев вытащили мечи и ожидающе смотрели на нее, Эл вдохнула полной грудью и выхватив шлем, натянула его на голову. Сердце все ещё отбивало шумные удары, будто кто то колотил ее изнутри, ладони обдало жаром и она сильнее стиснула меч и перед тем как отдать приказ о нападении, она совсем тихо прошептала:

« Да сгорит же моя душа в аду.»

Первыми послышались крики женщин и Эл притупила взгляд, не в силах смотреть на людей, которых воины уже резали своими клинками. В голову ударил острый, металический запах крови и на глаза навернулись слёзы. Слёзы отчаяния и беспомощности. Слёзы предателя. Она подняла трясущуюся руку и подала сигнал, в ту же секунду несущегося к ней с железным мечом человека, пробила насквозь стрела, и тот со вздохом свалился лицом в грязь. Она тяжело задышала, руки и ноги онемели, но она неслась сквозь трупы, мимо низких кожаных палаток и деревянных скамеек вокруг них. Людей здесь было мало, не больше двадцати человек, большинство из них были женщины и молодые юноши, последние рвались в бой, прикрывая своих сестёр и матерей. Слёзы щипали ей глаза, мешая видеть кого она зарубила на этот раз, это и к лучшему, пускай она не видит их лица, она не выдержит очередных кошмаров с участием убитых ей людей, не сможет смотреть им в глаза, в которых отражаясь боль и страх. Она не оглядывала безжизненные тела под ногами, не всматривались в лица на которых застыл ужас, она шла вперёд, стараясь наносить не смертельные раны, но даже так, шансов у них было мало, они бы не выдержали и ночи в холодном лесу с тяжелым ранением и на утро погибли бы от заражения. Когда крики стали стихать, она застыла посреди этого хаоса, в самом центре лагеря возле маленького костра, в котором догорали чёрные угольки. Она до сих пор слышала лязг мечей и свист стрел, стоны умирающих и мольбы о пощаде, все эти звуки она старалась приглушить треском костра, вслушиваясь как догорает хворост, чувствуя жар обжигающий ее сквозь кожаные штаны и доспехи. От запаха крови скрутило живот, соленные слёзы щипали ее изодранные губы, Эл плакала, оплакивая каждого убитого сегодня человека, она плакала и безмолвно молила о прощении. Прощении, которого она не заслужила.Все звуки притихли, и трое воинов стояли на краю лагеря, забрызганные человеческой кровью, они ждали своего генерала, а она все ещё молча оглядывала опустевший лагерь.

— Подготовьте лошадей, я проверю, нет ли выживших и догоню вас, — все трое послушно кивнули и бесшумно исчезли в густой чаще. У неё было не больше двадцати минут, что бы успеть похоронить всех погибших и помолиться за их души. Стянув все тела в общую кучу и накрыв их кожаными палатками и все возможным барахлом которое могло хорошо гореть, она вынула из костра ещё недогоревшее полено голыми руками, острая боль пронзила ее руку до самого локтя и она сильнее сжала зубы. Пламя разгорелось мгновенно, вонь горящего мяса, заставила Элларию скрючиться и стянув с себя шлем она вывернула содержимое желудка. Голова снова начала гудеть, а обожженные руки саднило все сильнее. Она заслужила, по крайне мере эту боль она заслужила и эти шрамы она будет носить на своём теле всю жизнь, как напоминание, о том, кем она стала. Монстром. Искры от костра разлеталась во все стороны, горячий воздух хлестал по лицу вместе с омерзительным запахом горящей плоти, это тепло не грело ее и сейчас она предпочла бы замёрзнуть до смерти, чем стоя перед этим костром, ощущать его тепло.

— Нет! Нет! Нет! — пронзительные крики заставили ее обернуться, перед ней стояла девочка, на вид ей было не больше двенадцати, ее маленькое, красивое лицо исказилось в ужасе, когда она взглянула на горящие трупы, а потом перевела взгляд на Эл.Выскочив из леса с дровами в руках она рухнула прямо на краю лагеря, упираясь руками в землю, она склонила голову и громко зарыдала.Эллария испуганно заметалась глазами по сторонам, если ее увидят, то девочку придётся убить. Нет, она не позволит этому произойти. — Что ты... что ты сделала? Ты убила их! Убили мою маму и брата...почему?  — она не поднимала головы и выплевывала эти слова настолько яростно, что Эл задрожала, она шла к ней как можно быстрее, но ноги ее не слушались. Сейчас ей нужно, что бы девчонка скорее скрылась в лесу, возможно она сумеет найти другой лагерь, и там ей помогут, ей нужно бежать. Скорее.Схватив ее за руки, она потащила девчонку в лес, та брыкалась и даже укусила ее за обожженную руку, Эл застонала и ослабила хватку, из за чего девочка вырвалась. Они все ещё стояли на открытой местности, пламя за их спиной уже догорало и времени было в обрез.

— Уходи отсюда. Беги! — Эл обернулась и внимательно осмотрела опушку леса, там все ещё было тихо, никаких признаков фэйцев. Девочка дрожала, она хватала ртом воздух, пытаясь отдышаться, по лицу стекали крупные капли слез и стиснув руки, она с ненавистью посмотрела на Эл.

— Убей меня! Просто убей и сожги, как ты поступила с ними! — она совсем тихо зашептала и снова свалилась на землю.

— Вставай! Я сказала, вставай и беги на север, слышишь меня? — ухватив ее за плечи, она снова потащила девочку в лес. Слишком опасно оставаться здесь, нужно скорее скрыться за деревьями.

— Ты... ты человек? — девочка перестала реветь и широко распахнув глаза, уставилась на ее уши. Она сглотнула один раз, второй, а Эл не могла пошевелиться. Никто не должен был видеть ее лицо. Забывшись, она не натянула шлем и только что, раскрыла себя.Каштановые, грязные волосы девочки были заправлены в тугую косу, ее чёрные глаза до сих пор не могли оторваться от ушей Элларии. Она не верила тому, что видела. Как человек мог убить ее семью? Она ведь была такой же как они, человеком, и даже не фейри. Тогда, зачем?

— Я сказала убирайся, пока я не изрезала тебя на мелкие кусочки, — Эл сердито рявкнула, но девчонка уже не слушала ее. Уставившись ей за спину, девочка задрожала, ее глаза заблестели от нового потока слез и она медленно попятилась назад.

— Генерал, нам пора возвращаться, — один из фэйцев Морэд, стоял с другого края от них и с усмешкой смотрел на девчонку, которая от одного его вида вся съёжилась и задрожала. Эллария все ещё стояла к нему спиной, судорожно перебирая мысли.

Что делать? Что делать? Что делать?

Девчонка наконец удивлённо посмотрела на Эл, возможно до неё только доходили слова Морэда.

Генерал. Да, она была генералом фэйской армии, творила бесчинства, убивала и разрушала все на своём пути.  Но сейчас, что то в груди больно хрустнуло от вида этой смелой девчонки, она решила ее семьи, как когда то фэйцы поступили с ней. Но то были фэйцы, а она все ещё оставалась человеком. По крайне мере, Эллария в это верила.

Грохот небес прервал повисшее молчание. Шёл моросящий дождь ... лес на круто поднимающемся склоне ронял жёлтые листья, и сам он был чистым, замкнутым под серым небо. Эл вздохнула полной грудью, та крепко вжалась в железную поверхность доспех. В ноздрях все ещё стояла вонь от костра, но его последние искры гасли, под усиливающимся с каждой секундой, ливнем. — Генерал, вы хотите взять пленных? был приказ, убить всех,— настороженно проговорил он, дотягиваясь до меча в ножнах. Эл боковым зрением наблюдала за ним, и выхватив из-за спины лук и стрелы направила на девчонку, та снова поёжилась, но подняла высоко голову, не сводя с Эл глаз. Одинокая слеза сново медленно стекла по ее щеке когда она в последний раз с тоской взглянула на догорающий костёр.

— Все верно, сегодня мы не берём пленных, — мгновенный разворот, поток ветра ударил ее по лицу вместе с холодными каплями воды, рука дрогнула, но лишь на секунду, крепко натянув тетиву, она выпустила лук с железным наконечником в Морэда, который к тому времени успел лишь выхватить меч, но было слишком поздно, стрела пронзила ему глотку и издав булькающий звук, с гримасой ужаса и боли на лице, он рухнул в лужу грязи перед собой издав при этом громкий всплеск, столкновения крепкого тела с мокрой землей.Эл стояла несколько секунд неподвижно, не отрывая глаз от забрызганного кровью, серебряного меча, дождь незаметно смывал с него всю грязь, и тот сверкал на чёрной земле. Морэд был верен ей, он был одним из тех, кто никогда не сомневалась в ее верности фэйцам. Но она убила его. Убила ради этой человеческой девчонки, к которой она прониклась болезненной жалостью.

— Кто ты? — девочка уже стояла на ногах и непонимающе смотрела то на неё, то на труп в другом конце лагеря. Она уже вся промокла и дрожала под знойным ливнем, как один из не опавших осенних листьев, которые вот вот должны были поддаться ветру.

— Я Генерал Двора Тумана, Сэр Лонселот, — не оборачиваясь, голосом с которым она говорила лишь со своими солдатами, ответила она. Мокрые, кучерявые пряди прилипли к лицу и шее, она одним движением смахнула их с лица и обернулась к девчонке.

— Но ты человек, и ты убила его. Мою семью тоже убила ты? Или это был он? — она указала пальцам на остывающее теле фэйца.

— Я не знаю, — честно призналась она.

— Ты человек, — с тоской и надеждой прошептала она, настолько тихо, что Эл ее еле расслышала. На секунду между ними повисло молчание, и лишь звон дождя бьющегося о ее доспехи с новой силой, помогал ей отвлечься. Шум леса, запах свежести и сверкающий меч, с которого она до сих пор не могла свести глаз.

— Да, — выдавила она. — Как тебя зовут? — девчонка попятилась, но времени у Эл уже не было, если сейчас она не вернётся, сюда придут остальные, и тогда ей уже не спасти ни ее, ни себя. — Тебе нужно уходить, и как можно скорее, если сюда придут остальные, то мы обе умрем, — с этими словами она вынула ещё одну стрелу и со всей силы всадила ее в руку, надавив как можно сильнее, та прорезала плоть и наконечник показался с другой стороны, она резко выдернула ее и глаза влажно заблестели. Вынув маленький кинжал, она прорезала им себе бедро, достаточно точно и глубоко, что бы понадобились швы, и вытерев с него кровь о свою меховую накидку, протянула его девочке. Та дёрнулась и чуть ли не вжалась в дерево позади неё. — Возьми его, защити себя, и выживи. Выживи и отомсти мне, за свою семью. Выживи и сделай то, на что я не способна, спаси тех, кого ещё не поздно спасти. — Эл подошла к ней в плотную и уселась на корточки так, что теперь дышала ей в грудь. Эл снова протянула ей кинжал. — Живи, и никогда не будь тем, кем стала я, — девочка потянулась к кинжалу и с опаской взяла его в руки. Крепко сжав его в руках, она выскользнула и бросилась в лес, но пробежав несколько шагов, она остановилась. Эл все ещё сидела около дерева, и слёзы предательски жгли глаза.

— Алин. Меня зовут, Алин, — и снова быстро побежала, спустя минуту ее шаги затихли и она скрылась в лесу.

********

Каллиопа молча наблюдала за тем, как Эллария перевязывает рану на бедре, достаточно глубокий порез, который лекарь закончил сшивать, пару минут назад. Ее птичьи глаза быстро моргали, а рот открывался и закрывался, будто она пыталась что то сказать, но пока не решалась. Усевшись на широкий деревянный подоконник в комнате Эл, она свесила с него одну ногу, а вторую прижала к груди. Небесно-голубое бархатное платье с длинным разрезом вдоль бедра, изящно огибало ее фигуру. Впервые после охоты, в комнате Эл не появилось ни одной новой человеческой безделушки, даже книги или одежды. Она все время тщательно собирала их, напоминания о том, кто она. Больше всего она любила спать в широких футболках и забавных носках, которые находила в заброшенных супермаркетах и магазинах одежды.

— Эллария, я жду, — совсем тихо, но твёрдо сказала Каллиопа. Ее голос звучал для неё как приказ, и она ненавидела это больше всего, власть фэйки над ней, сводила ее с ума. Однако, иногда она приносила пользу, Каллиопа быстро справлялась с любым ее недугом и головными болями, которые преследовали ее постоянно. Эл схватила жёлтые, шерстяные носки из под кровати и быстро их натянула, после чего укаталась в тёплый меховой плед.

— На нас напали из засады, мы даже не поняли как это произошло. Я ведь докладывала все королю час назад, зачем все это вновь повторять? — уткнувшись в подушку пробурчала она. Живот скрутило от голода, несмотря на ведро воды, которой она наглоталась с прибытия в дворец, жажда все ещё мучила ее. Ей казалось будто то пламя, до сих пор горит, только уже внутри неё, будто оно пытается сжечь ее с потрохами, и возможно она этого заслуживала. Каллиопа устало вздохнула и не успела Эл оглянуться в ее сторону, как та оказалась уже на кровати, подле неё.

— Ты врешь, — смотря Эл в глаза, прошептала она вновь. Эл скрючилась и укрылась под одеялом с головой, та снова начинала гудеть, и после тяжёлого дня, ей больше всего, хотелось просто заснуть.

— Вру. Я убила Морэда, что бы спасти девочку... Они бы убили ее... Мне пришлось бы убить, но я не могла. Впервые за эти годы, что я служу тебе и королю, я не могла выполнить приказ и убить ее, — что-то в груди больно заныло и к горлу подступил ком. Эл прижала ладони к лицу и попыталась успокоиться, но воздуха под тёплым пледом было мало, а смотреть сейчас в лицо Каллиопе ей не хотелось.

— За все годы, что ты служила мне и королю, впервые ты поступила так, как считала нужным. И поступила правильно, — ее рука легла ей на голову, и даже сквозь толстое одеяло она чувствовала тепло исходящее от неё, чувствовала то, чего ей не хватало уже очень давно. Заботу.

— Зачем? — шепнула она все ещё не вылезая из под оделяла.

— Эллария, — тоскливо ответила Каллиопа, прося не задавать этот вопрос.

— Зачем ты так поступаешь со мной? За что? — Эл спрашивала об этом не первый раз. Она знала, что Каллиопа добра и великодушна, в этом жестком мире, королева заменила ей семью, но Эл не могла простить ее, не могла принять и полюбить в ответ. Она лишила ее дома, лишила прежней жизни и заставила служить Мидгарду. Именно Каллиопа была виновата в ее разрушенной жизни. Каллиопа забрала у Эл самое важное. Человечность.

— Тебе нужно отдохнуть, спи. — Она поднялась с кровати и направилась к двери, но Эл все же бросила ей в след.

— Я бы предпочла умереть. Забирая у меня самое дорогое, лучше бы ты забрала жизнь.

— Я так и поступила.

Каллиопа ушла, так и не услышав больше ни слова, Эл мгновенно заснула в пустой и тихой комнате, в ее собственной темнице, которая уже давно, стала для неё домом. Ей было жаль Морэда, впервые, ей было жаль не только людей, которых она убили собственными руками, а преданного ей фэйца, который погиб из за веры в своего генерала. Генерала который предал всех... людей и фейри, и ещё сам не понял, кому и зачем он служил.

********

— Всегда завидовал этой вашей способности. Враньё - это одновременно так мерзко и неблагородно, но весьма полезно, не так ли, Сэр Лонселот? — Рейван застыл около широкого, арочного столба, расписанного древне-фэйскими иероглифами. В длинном холе, ведущем в тронный зал, не было не души, что очень насторожило Эл, ведь большинство слуг и охраны концентрировались в этой части дворца, а сейчас, здесь были только она и принц. По сводчатому потолку, прикреплённые толстыми цепями,  свисали черепа, их Эл всегда провожала настороженным взглядом, сейчас же, в опустевшим, темном коридоре, они выглядит куда устрашающе, чем когда либо.Заметив напряженность в плечах Эл, принц лишь хмыкнул и оттолкнувшись от столба, направился к ней. Она застыла на месте, она не знала чего ожидать, принц был непредсказуем, безумен и опасен. — Думаешь я поверю в этот бред, что ты наплела моему отцу? Морэд был хорошим воином, и моим другом... — после последних слов, Эл широко распахнула глаза, она будто сжалась изнутри, каждая мышца на теле заныла и рана на ноге и руке горела от напряжения. Смотря ему в лицо, она четко видела ярость в его глазах, жилки на шее вздулись и зубы скрипели, когда он застыл в шаге от неё. Но было  ещё что то, то что он так тщательно пыталась скрыть ещё вчера, в тронном зале, когда Эл рассказала о смерти Морэда королю, и эти чувства, она знала лучше всех остальных, потому последние пять лет, они были ее постоянными спутниками и преследовали в каждом бою, каждую ночь превращаясь в кошмары. 

Скорбь и боль.

Они были друзьями? Но почему она никогда не слышала об этом? Почему и не догадывалась, что даже Рейван мог иметь привязанности и друзей? Возможно потому-что он был слишком похож на своего отца, а король никогда не считал ни одну из потерь, достойной его внимания. Когда два года назад умерла его младшая дочь, принцесса Хейла, очень похожая на свою мать, Каллиопу, король не проронил не слезинки, и более того, на его лице не отразилось даже капли боли и сожаления. Его сердце было словно кусок камня, в его жилах текла тьма и все, что приносило ему радость, это власть и плотские утехи.Ей всегда казалось, что принц Рейван похож на отца во всех смыслах, она никогда и подумать не могла, что тот стал бы оплакивать обычного рядового воина, который когда то был ему другом.

— Мне жаль,— твёрдо ответила Эл, не отрывая от него глаз. Лицо принца презрительно сморщилось, он поджал губы, но промолчал.  Она двинулась дальше в тронный зал. Несмотря на серьёзные раны, полученные ею вчера, король не смилился  и уже сегодня созвал ее для нового задания, Эл не сильно расстроилась и даже не удивилась, подобное было в порядке вещей, однако с недавних пор, король начал относиться к своему второму рыцарю более снисходительно. Плоды верной службы. Завоевать его доверие было тяжело, слишком тяжело. Для этого ей пришлось оттолкнуть все: принципы, жалость, милосердие и свою человеческую сущность. Сейчас она ни чем не отличалась от фэйских отпрысков. Рейван шёл позади, возможно и его король удостоил приема, а возможно нашёл для сына новое задание, которые по своей жёсткости не уступало поручениям, который он давал ей.Как только они приблизились к огромным каменным дверям, которые больше походили на две раздвижные стены, они распахнулись прямо перед ними, на их фоне, Эл чувствовала себя крохотной букашкой, на фоне всего этого дворца, она чувствовала себя ничтожеством. Яркая вспышка света, на секунду ослепила ее, золото сверкало и переливалось всеми цветами радуги, покрытые мхом и красными цветами столбы поперёк стен, тянулись до самой возвышенности в центре зала, на котором все так же стоял мрачный, железный трон. На этот раз, не было не музыки, ни угощений, никто не танцевал и не веселился, но фейри было много, даже больше обычного. Все они стояли вдоль стен, тихо перешёптывались, разглядывая появившихся в зале Элларию и Рейвана. Эл мельком оглянулась, Рейван уже стоял сбоку от неё, уверенно и твёрдо смотрел на отца, который приветственно ему улыбался во все зубы. Эл снова обернулась к трону и заметила у самого подножья его ступенчатой возвышенности Арквэна, тот стоял склонившись на одно колено и прижимая руку к сердцу, казалось, что стоит он так уже очень долго. Эллария встряхнула чёрный камзол и стукнула краем ботинка о мраморный пол, из за чего по затихшему залу, прошёл глухой звук. Рейван молча прошёл вперед, сегодня и он был в обычном облачении, ни доспехов, ни даже выходных нарядов принца, видимо и он не знал, для чего они здесь и что вообще задумал его отец.Она не стала стоять на месте и на ровне с Рейванам шла к трону, остановившись у подножья, рядом с Арквэном, они оба последовали его примеру и упали на одно колено, прижимая руки к сердцу, в один голос произнося: — Честь служить вам.

— Поднимитесь, — тихим и властным голосом сказал король. Все трое встали, выстроившись в ряд. Эл краем глаза посмотрела на Арквэна, тот был явно не в духе, Рейван не поднимал глаз выше ног своего отца и смиренно ждал приказаний. Эллария терпеть не могла проявления слабости и покорности, особенно на публике, она служила королю и была ему верна, но никогда не показывала своего страха перед ним, из за чего слухи и слава о бесстрашном человеческом воине, доходило до самых дальних дворов и королевств. Каждый знал о ней, но не всякий пережил встречу с вторым рыцарем Двора Тумана. И никто никогда не видел ее в лицо, лишь во дворце она могла не скрывать свой облик.

— Вы трое, лучшие воины моего Двора, — король будто говорил не с ними, а с собравшейся толпой, каждый затаив дыхание слушал его речь. Эллария вздёрнула голову и не сводила с него глаз, заметив это, советник Тит, который стоял неподалёку, и вырядился сегодня краше обычного, злобно шикнул и усемерил ее взглядом, но Эл будто не замечала его, она все продолжала следить за каждым действием короля. Его светлые, будто золото волосы, идеально сочетались с со стенами и потолком. На голове все так же красовалась чёрная корона из шипов, покрытые алой кровью, такого же цвета была и его длинная бархатная мантия, которая огибала гибкие перила трона и идеально ровно ложилась на каменные ступени. Наконец король отпустил голову и взглянул Эл в глаза, казалось даже его зрачки были наполненным плавленным золотом.— И сегодня, один из вас будет выбран как представитель Двора Тумана, в предстоящем турнире, в день Валлибара, — по залу прошёлся гул и даже Рейван поднял взгляд на отца в недоумении. — Как вы все знаете, по обычаям Двор победителя, станет правящим на протяжении следующих семи лет и тогда... — Король поднялся с трона и медленными шагами начал спускаться с возвышенности, Эл напряжённо следила за каждым его шагом, Арквэн замер, не в силах даже пошевелится, Рейван же искал в лице отца ответы на его немые вопросы, но король смотрел только на Эл и широко улыбался. — Мы захватим все Дворы, уничтожим людей и власть темных фейри будет безгранична. Пора заканчивать эту игру в прятки. Когда то, наш народ был единым, могущественным и непобедимым, я ваш Король и я верну нам былую славу, верну наши земли и убью всех этих самозванцев называющихся себя правителями, — он остановился прямо перед Эл и положил свою ледяную ладонь ей на плечо, от него исходил неистовый холод, его прикосновение укололо тело будто удар тока и сердце бешено заколотилось. Эл сжала руки и по спине пробежали капли пота. — И избранным для турнира станет один из величайших рыцарей Двора Тумана, Сэр Лонселот.