Глава 3

Рита. Спустя 3 года.

Я поступила в университет на факультет журналистики в столице и мне пришлось переехать. Я всегда умела находить друзей, поэтому быстро ими обзавелась и тут, выучила город и просто влюбилась в него. Отец был, конечно, против, чтобы я уезжала. Ему и так было очень одиноко после смерти мамы, но и оставаться я не могла, а своим несчастным видом точно разбивала бы ему сердце. Хоть он этого и не знал, но я заботилась о нем.

Наверное, он считал меня эгоисткой, но точно чувствовал, что мне нужно уехать. Может он все знал про меня и Наиля, хотя что там знать? Больные фантазии девочки, что была больна мужчиной. Не знаю почему, но все же папа меня отпустил. А я отпустила город, в котором выросла... и вместе с городом и Наиля. Это не было легко и стоило мне всех остатков моих нервов и сил, но со временем я начала жить.

Через год я уже и не вспоминала о Наиле - не потому, что не хотела или забыла, а потому что запретила себе. Только на День Рождения позволила себе погрустить, что не получила от него ни сообщения, но словно знак свыше именно в свой День Рождения я познакомилась с Андреем и вскоре мы начали встречаться. Андрей был полной противоположностью Наиля. То, что мне нужно - без заморочек, без каких-то запретов. Он хотел меня любить и он это делал - чувствовал, заботился, отдавал всего себя. Поначалу я позволяла себя любить, а потом поняла, что люблю уже и я. Осознание пришло в тот день, когда я случайно в интернете наткнулась на статью о Наиле и успехах его ресторанного бизнеса и... ничего не почувствовала.

Недели летели с бешеной скоростью, я готовилась к сессии и близилась Новогодняя ночь. Я планировала ее отмечать с Андреем и друзьями. Изначально я хотела полететь к отцу, но он сослался на работу и я поверила ему, потому что не привыкла, что он мне врет или что-то недоговаривает. Он же не я, за что мне было стыдно, потому что тайна о Наиле и настоящей причина моего отъезда умрет вместе со мной, отец ни за что не узнает.

- Те, кто уже мысленно на новогодних каникулах, спешу вас разочаровать, - за пару минут до конца пары объявляет наш преподаватель и я вылезаю из раздумий. - У меня для вас последнее итоговое задание: взять интервью у одного очень известного человека. По итогам вашего интервью я буду ставить вам зачеты. - все в аудитории неодобрительно загудели, потому что никто не ожидал такого внезапного напряга. Но делать нечего - придется плестись в университет в субботу, а перед этим просидеть неделю за подготовкой вопросов. Я пыталась не унывать, но получалось с трудом. Хоть я и училась хорошо, это не значило, что я любила это делать. Мои оценки - это для отца. И вообще... - Рекомендую вам подготовиться к интервью и почитать информацию о нашем госте, - продолжал преподаватель. - Пожарский Наиль Артурович, владелец крупной сети ресторанов по всей стране. Вам очень повезло, что он согласился к нам пожаловать.

Мне показалось - нет, я прямо ощутила! - как земля ушла из-под ног и сердце снова болезненно заныло. Той же болью, что была и в тот день, когда Наиль улетел не попрощавшись, однозначно давая понять, что все кончено, хоть ничего толком и не начиналось. Я знала, что он часто занимался подобной благотворительностью, что ли, ведь куча журналов были готовы отвалить ему денег за интервью, а тут он это делал явно абсолютно бесплатно и скорее всего с целью усилить свой авторитет и сыграть лестную роль на публику. Такое ведь в обществе любят, а он точно знал, как это направить в нужное русло. Я уже почти вижу заголовки, что "крупный бизнесмен и владелец большой сети ресторанов дал благотворительное интервью студентам журфака" и куча восхищенных комментариев о том, какой же он распрекрасный.

Не придумав ничего лучше, я ушла с пар. Впервые решила прогулять и просидеть в одиночестве в квартире, которую мне подарил отец в честь поступления. Я куталась в одеяла, но никак не могла согреться. Меня трусило, словно я заболела... хотя по правде я хотела верить, что я здорова и излечилась от своей больной любви в первую очередь.

К вечеру я начала искать пути отступления, потому что видеть Наиля не хотела. Мне слишком сложно было начать жить заново и я не хочу проверять, смогу ли я с легкостью пережить нашу встречу. Я просто боюсь опять пропасть. Если так будет - то на этот раз окончательно. Я не найду в себе силы чтобы снова излечиться и жить дальше.

Но куда бы я не сунулась, кому бы не написала узнать, все говорили, что по результатам подготовленных вопросов и активности во время интервью будет выставляться оценка автоматом. Лучше бы я написала десяток контрольных.

До интервью была оставалась неделя. Потом пять дней. Два. Один вечер. Прочитала ли я хоть что-то о Наиле? Нет. Я и так все знала за исключением последних трех лет, когда оберегала себя от любого напоминания о нем и нестерпимой боли. Подготовила ли я вопросы ему? Нет. Мой последний и самый важный вопрос о том, если ли у нас шанс, был задан три с половиной года назад и ответ я на него получила. Больше меня ничего не интересовало - ни он, ни его жизнь. Пусть катиться к черту.

Я не собиралась идти, но мне пришлось. И я ненавидела этот день, ненавидела себя за то, что не придумала, как остаться дома. Но больше всего я ненавидела то, в чем боялась себе признаться - а вдруг я не не смогла придумать как не пойти на эту публичную пытку, а вдруг я все же хотела? Когда мне нужно было, я сбегала от лучших охранников, которых приставлял ко мне отец, а тут я как заторможенная проходила неделю и ничего не придумала, что бы такого соврать и отмазаться. Думать об этом всем было слишком тяжело и голова буквально взрывалась, поэтому я просто решила смириться. Значит, так нужно. У меня есть Андрей, у меня новая жизнь и Наиль мне не интересен.

В тот самый день я опаздывала, потому что очень нервничала. Из-за этого вылила на себя кружку чая, размазала тушь по лицу и обожгла ухо выпрямителем для волос. Все валилось из рук и чтобы привести себя в порядок - хотя бы внешне - мне понадобилась в два раза больше времени, поэтому когда я заявилась в аудиторию, где уже активно собиралась вся наша группа, пустым остался только первый ряд. Про себя я прокляла все, на чем свет стоит, и села за парту, куда вскоре подсел и Андрей, приобнимая меня одной рукой. Его нахождение рядом придавало мне сил и окутывало теплотой.

Вся наша группа полностью собралась и уже как пять минут назад должен был появиться Наиль, но его не было. Я уже успела с облегчением вздохнуть, чем заслужила косой подозрительный взгляд Андрея, ведь он точно ощущал мою нервозность, как вдруг дверь отворилась и вошел он. Наиль. Такой же, как и три года назад, разве что глаза более уставшие.

Я не знала, увидел ли он меня, ведь он всегда умел скрывать свои эмоции, но мужчина сел за стол напротив всех нас и началась пытка. Ему посыпались вопросы, он терпеливо отвечал на каждый, а я разглядывала свой маникюр, не подымая головы. Если так все пойдет и дальше, то его засыпят вопросами, а у меня был шанс остаться незамеченной. Хоть я и сидела на первой парте, но она была в углу. Так что все могло закончиться даже хорошо, если бы...

- Господин Пожарский, - услышала я голос Андрея, который сидел рядом со мной. Все могло бы закончиться очень хорошо, если бы Андрей не захотел задать свой дурацкий вопрос.

Хоть я его еще даже и не слышала, но он однозначно был дурацким, потому что в ту же секунду, когда Андрей начал говорить, все начали смотреть в нашу сторону. И Наиль тоже. Я робко подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Словно испуганный зайчонок я замерла и перестала дышать, пытаясь понять что же я чувствую. Я не могла сказать, что ничего не ощущала. Но это была точно не любовь. Что-то иное... Грусть? Не знаю. А вот Наиль... я едва ли не ахнула. В его глазах было что-то неописуемое. Он все так же был спокоен и ни единый мускул не дрогнул на его лице. Но глаза выдавали его, прямо как в день последней нашей встречи. Но длилось это долю секунды и я попросту не успела понять, что на самом деле скрывалось за этим взглядом, потому что он перевел свой взгляд на Андрея.

- Господин Пожарский, - нарочито повторил Андрей. - Я позволю себе задать вопрос, который волнует очень многих. Я изучил все ваши интервью и вы всегда воздерживаетесь от ответов на вопросы о личной жизни. Хочу надеяться, что вдруг мне сегодня повезет и вы ответите - есть ли у вас избранница? - я уставилась на Андрея не веря своим ушам.

Да, он не мог знать. Да, он не специально. И да, он молодец, что прочел все интервью и нашел то, что и правда нужно спросить, чтобы выделиться на фоне одногруппников с их достаточно базовыми и сухими вопросами. Но готова ли я была слышать ответ? Точно нет. Что бы он не сказал - это ранило бы меня, в этом я точно уверена. Если Наиль один, то я бы возненавидела его еще больше, потому что мы могли бы быть вместе. Если он не один - молю, я не хочу этого знать. Если он воздержится от ответа, то я измучаю себя догадками. Я и так большая молодец, что выдержала встретиться с Наилем взглядами, но слышать ответ на вопрос Андрея было уж слишком. Может в будущем я и смогу, но не сейчас.

- Извините, мне не очень хорошо, - на эмоциях пролепетала я и пулей вылетела с аудитории в женский туалет, где и провела еще с полчаса.

Ни о чем не думалось, вот вообще. Голова пульсировала и мысли роились, но какие именно - сказать не могу. Мне хотелось, чтобы поскорее это закончилось, пусть я даже получу плохую оценку и подпорчу свою репутацию в глазах преподавателя. Мне все равно. Я просто не понимаю, как я должна сейчас пойти в аудиторию и забрать свою зачетку, которые мы сдали перед интервью нашему преподавателю, а также сумку. Ладно сумка, может Андрей бы ее забрал, но зачетку отдают только в руки.

Время поджимало и пора было идти назад. Мои чувства были схожи с теми, что были тогда, в нашу последнюю встречу - мне было страшно и я не знала, как решиться. Как тогда в примерочной. Но я сейчас не в примерочной, у меня есть парень, а Наиль - в прошлом. Вдохнув поглубже я постаралась собрать остатки смелости и пошла назад. И как оказалось, очень вовремя, потому что все уже расходились.

- Котенок, с тобой все хорошо? - заключая меня в объятия, у самого входа в аудиторию остановил меня Андрей. - Тебя так долго не было, я очень волновался.

- Со мной все впорядке, правда, - вроде и не вру, а вроде и не совсем правда. Я забрала свою сумку у Андрея, который ее вынес из аудитории, накинула на плечо и пошла за зачеткой. Или сейчас или никогда. - Я сейчас за зачеткой схожу и вернусь, подождешь меня у раздевалки? - не дожидаясь ответа, я пошла в аудиторию, параллельно задумавшись, зачем я отправила Андрея в раздевалку. Думаю, это потому что я боялась, что он что-то заметит со стороны и мне придется отвечать на неловкие вопросы. А рассказывать о своем прошлом, в котором присутствовал Наиль, мне не хотелось. Это была похороненная тайна, а вместе с тайной была похороненная и прежняя я.

Я предполагала, что в аудитории в худшем случае останется только Наиль и преподаватель. Но действительно худший случай был иным - в аудитории не осталось никого, кроме Наиля. Он что-то смотрел в телефоне и собирался уже уходить, но когда заметил меня, на секунду замешкался. Такие едва уловимые проявления эмоций, но мне было достаточно, чтобы понять, что он нервничает.

- Твоя зачетка на столе. Ваш преподаватель куда-то спешил и ушел, попросив меня передать тебе ее, - дверь за моей спиной под силой пружины громко захлопнулась и я дернулась.

- Как безответственно с его стороны, почему кто-то должен делать его работу, - фыркнула, направляясь к столу, где лежала одинокая книжечка. Диалог между нами был странным, но я не представляю какой бы диалог мог быть нормальным.

- Как ты себя чувствуешь? - напряжение в аудитории резко возросло и я прикрыла глаза, потому что почему-то захотелось плакать. Как я себя чувствую сейчас или как я себя чувствовала полгода, когда тихо умирала за закрытой дверью и молила бога о последней встрече перед его отлетом?

- Прекрасно, - по сравнению с тем, что я чувствовала несколько лет назад, сейчас было просто великолепно, даже если бы меня в туалете стошнило раз пять от нервов. - Явно лучше, чем человек, который проводит свой День Рождения, давая интервью в университете. - язык меня не слушался и я снова вела себя как полная дура. Да, я помнила. Очередной день, когда был забит очередной гвоздь в крышку гроба наших несостоявшихся отношений. Дни Рождения друг друга для нас были всегда особенными, что ли. Как бы не был занят Наиль, он всегда находил время позвонить мне по видеосвязи, а на его День Рождения я всегда писала ему смс в полночь. На последнюю он не ответил. Больше я не люблю Дни Рождения.

- Я не люблю свой День Рождения, - боже, как же больно. Как же мне больно. Он словно говорит "Ну и зачем ты меня поздравляла? зачем ставила будильник на 23:59, чтобы быть первой, кто меня поздравит? Мне это не все не нужно было: ни поздравления твои, ни ты сама никогда не нужна была.". Я ощутила себя клоуном в этот момент. Как же нелепо я выглядела, пристала к нему со своей любовью.

- Ясно... - только и выдавила из себя я, внутри все ныло. Я так хотела ему наговорить гадостей. Очень много гадостей. Настолько много, что я даже не могла понять, с каких гадостей лучше начать, а какими закончить. - Я думала иначе. Знала бы - не поздравляла бы тебя.

- Я не люблю этот день с того момента, как перестал получать от тебя поздравления, Рита, - хоть я и стояла к нему спиной, теребя в руке зачетку, мне кажется, он насквозь видел меня. Зачем он так со мной? Зачем мучает меня? на секунду я ухмыльнулась своим же мыслям - может ли он сказать что-то еще, чтобы окончательно меня добить? - Ненавижу себя за это. За то, что просрал тебя. - вот оно, бинго. Я думала, слезы у меня закончились, но видимо только не для Наиля. Для него я их приберегла достаточно. В глазах предательски защипало. Мне хотелось, чтобы мне вылили стакан воды в лицо, как в фильмах, и я бы волшебным образом пришла в себя и собралась бы в кучку.

- Наиль, мне сейчас тяжело. Очень. И то, что я сейчас скажу - самое сложное, что мне приходилось говорить за всю мою жизнь, - я повернулась к нему лицом, больше не пряча свою слабость. Я не могу притворяться, никогда не могла. Я давно перестала себя винить за то, что призналась ему в чувствах тогда. Да, это было глупо, ино искренне. Такой я и осталась - где-то глупой, но лукавить я не могла с ним и он тоже это понимал. - Пожалуйста, выслушай меня. У меня незакрытый гештальт, что-то типа того, - сквозь слезы я издала нервный смешок. - Я к тебе больше ничего не чувствую, - это говорила девушка, которая захлебывалась слезами. Выглядело так, что я сама себе противоречу. Лицо Наиля выражало глубочайшее сочувствие и он сделал шаг ко мне, но я выставила руку вперед. Если бы он обнял бы меня, я бы точно не выдержала. Хотя я так думаю каждую секунду, проведенную с ним сейчас. Кажется, что вот-вот - и я сдамся, но остатки самоконтроля и затуманенного здравого смысла еще присутствовали.: -  Мне тяжело, помнишь? Но я должна это сказать, а ты должен выслушать. На расстоянии, иначе я не смогу. Я умерла заживо, Наиль. Я ждала тебя каждый день полгода. А потом еще и еще. Я очень долго ждала тебя и очень долго себя ненавидела. Винила в том, что все испортила и простила себя лишь с годами. Но сейчас вижу, что ты сожалеешь о своем решении, поэтому точно теперь могу с облегчением сказать - все испортил ты. - я гордилась собой в этот момент. Гордилась тем, какой я сильной стала. Но разве сила - это то, что делает женщин счастливыми? - Ты даже не попробовал сохранить общение, ты просто исчез. И я бы хотела тебя за это ненавидеть, но не могу. Наверное, я тебе благодарна, что ты уберег меня от себя. Любить человека, для которого я была никем - ужасно. Вряд ли ты подобное ощущал, вокруг тебя вьются толпами девицы, а мне нужен был только ты.

- Ты не была для меня никем, Рита.

- Замолчи, пожалуйста, сейчас я говорю, - но продолжить я не смогла, потому что мне прервал всхлип. Слезы не останавливались и тушь уже, наверное, давно размазалась. Я была похожа на панду. - Мне плевать сейчас на то, что ты чувствуешь. И за это меня бы возненавидела та Рита, которую я похоронила заживо. Которую ты похоронил. Ты чертов садист. Я себя только собрала в кучу, только начала жить - и тут ты. И знаешь что я поняла - так будет всегда. Ты всегда будешь меня мучить.

- Дай мне доказать обратное. У меня было много времени для того, чтобы все обдумать.

- Доказать что? Что тебе плевать на всех, кроме себя? С чего ты взял, что ты мне нужен? У меня вообще-то есть парень. С чего ты взял, что я буду тебя ждать? - я заметила как рефлекторно сжались его кулаки, но я не боялась Наиля. Я боялась себя рядом с ним. Своими словами я не хотела вызвать у него ревность, я просто хотела ему объяснить, что он в моей жизни лишний. - Когда я в тебе нуждалась, тебя не было. Я научилась жить без тебя, я излечилась от своих детских фантазий, как ты сказал мне в тот день. Ты мне не нужен, я научилась обходиться без тебя. - да, это не было жизнью, и где-то в глубине души я понимала, что выживаю, а не живу без него. Каждый раз, целуя Андрея, такого ласкового и доброго, я не испытываю и доли тех ощущений, которые испытывала просто находясь рядом с Наилем. Но я не хочу гореть заживо. Я выбирала жизнь в спокойствии, но с разбитым сердцем, которое бы точно никогда не излечил Андрей. Я любила своего парня, но это была не та любовь, даже ни на сотую, что я ощущала когда-то к Пожарскому. - Я такая дура, - это была уже самая настоящая истерика. Я не кричала и не билась в припадке, я просто плакала и никак не могла остановиться выливать свою боль.

Я не заметила, как оказалась в обьятиях Наиля. Вырываться не было сил, да и я там нашла какое-то забвение. Стало хорошо, хоть на секунду.

- Прости меня, - шепчет мне на ухо мужчина, а я лишь горько усмехаюсь. Поздно.

- Я не злюсь на тебя, ты поступил тогда так, как считал нужным. И я тоже.

- Я не за это прошу прощения.

- Что? - как всегда с Наилем не бывает просто.

- Я прошу прощения за то, что не в силах выполнить твою просьбу и оставить тебя в покое.