Глава 92

Ramil' – Сияй (на повтор)

POV Лиза

За всю свою жизнь, я еще никогда не испытывала такой боли. Да, меня предавали, меня обманывали, но боль от потери семьи, еще ни разу. Я стояла в обнимку с Ирой, а перед глазами просто их лица, которые я так и не увидела ни разу с улыбкой. Моих родителей увезли, а я так и осталась стоять на месте, где разбита их машина. Как так вышло? Папа всегда был прекрасным водителем, с ним было абсолютно безопасно. Хоть он и любил скорость, как и я, папа никогда бы не рискнул, если в машине помимо него еще кто-то есть.

Я стою и смотрю на асфальт, на котором остались капли хи крови, по щекам текут горячие слезы, обжигающие кожу, но даже слова Иры не помогают мне прийти в себя. Смотря на эту картину, я вспоминаю тот день, когда лишила Иру отца и сука, я понимаю, насколько боль ей было тогда. Насколько это ужасно, когда ты видишь, как твоих родителей увозят, и ты больше никогда не сможешь их увидеть. А какого, когда ты хотела начать все сначала, но просто не успела?

У меня были смешанные чувства. Мне хотелось кричать, плакать, бить все, что вокруг, лишь бы хоть как-нибудь затмить ту боль, которая разрывает мою душу и сердце изнутри.

- Лиз, пожалуйста, поехали, - просила Ира, а я развернулась к ней, смотря ей прямо в глаза.

- Ир, почему так боль? – спросила я, начиная снова сильно плакать, а малышка прижала меня к себе, целуя в голову.

- Потому что, как бы ты не хотела это признавать, ты любила их, а терять любимых, это всегда больно, - прошептала Ира, а у меня перед глазами стоит тот день, когда я убила ее отца. Что же я наделала? До этого момента, я еще хоть как-то пыталась найти поблажки себе, что от части, сделала не очень плохое дело, ведь он тоже убийца, но нет. Лишившись родителей, я поняла, насколько было больно Ире, ей даже возможно было хуже, чем мне сейчас, ведь чувства у нас разные.

На следующий день мы похоронили их. Никто не пришел из друзей. Я всегда знала, что папу просто все когда-нибудь предадут, потому что он был всегда честен в своих делах. Пришли только Ника и Саша, которые знали их.

- Лиз, поехали, - сказала Ира, положив руку мне на плечо, а я стояла и смотрела на две могилы семьи.

- Я никогда не думала, что буду плакать из-за них, никогда не думала, что мне будет так больно потерять тех, кто причинял боль мне. Но именно сейчас, когда они лежат глубоко под землей, я понимаю, что ничего не смогу вернуть. Я их не смогу вернуть. Я просто не успела сказать, что хочу все сначала, просто не успела, - последние слова я прошептала себе в руки, садясь на корточки.

- Оставь меня, пожалуйста, я приду через пару минут, - сказала я, а Ира кивнула, поцеловав меня в голову. Только благодаря ее поддержке, я еще не слетела с катушек.

- Как же так вышло? Сначала я плакала из-за того, что вам было плевать на меня, а сейчас я плачу из-за того, что вас больше нет. Как так вышло? И почему же так поздно в моей жизни появилась Ира... Ведь если бы не она, я бы не приехала и не поняла, что вы для меня всегда были родными людьми, но из-за злости, я просто этого не замечала. Я не знаю, слышите вы меня или нет, но пожалуйста, простите меня за все, просто простите, - сказала я, а затем встала, проведя руками по крестам, на которых были выгравированы их фамилии.

- Хоть вы и были у меня жестокими, но вы были у меня, у некоторых детей вообще нет семьи, а я не ценила даже этого... - прошептала я, а затем пошла в сторону Иры, которая уже ждала меня в машине с ребятами.

POV Ира

За эти два дня я впервые увидела Лизину боль, впервые увидела, что ей так больно. Мне ужасно жалко ее, то как она смотрела на них, то как обнимала их, то, как пыталась вернуть их, от этих моментов просто разрывалась душа. Я пыталась помочь ей, хоть как-нибудь, но ничего не выходило. Она все равно ушла в себя, постоянно думая о чем-то другом.

Когда я увидела, что она идет назад, вытирая слезы, я так надеялась, что она сейчас сядет в машину, а не уйдет куда-нибудь скитаться по Ростову.

- Ир, поехали домой, - сказала Лиза, садясь в машину.

- Хорошо, тогда ребят завезем и поедем, - сказала я.

- Нет, мы едем в мой старый дом, - сказала Лиза, а я переглянулась с ребятами, которые опустили головы.

- Хорошо, - я не стала с ней спорить, хотя прекрасно понимала, что лучше бы мы не ехали туда.

Через час мы уже были на месте, ребята пошли к себе, а я стола за спиной Лизы, которая в свою очередь стояла у двери и боялась войти. Она держала руку на ручке двери и не могла нажать на нее. Я не стала ей ничего говорить, потому что ей самой нужно решиться на этот шаг. И вот она выдыхает и открывает дверь, заходя в дом. Она остановилась, осматривая все вокруг.

- Ничего не поменялось, вообще, - прошептала она, а затем прошла внутрь, идя на второй этаж, у нее наверное, там комната. А я осталась на первом, рассматривая все, я забрела на кухню, но то, что я увидела на холодильнике повергло меня в шок.

Там висели фотографии Лизы с ее соревнований, окончания школы, как я понимаю. Очень много фотографий, я решила взять ту, где Лиза стоит на первом месте, держа в руках медаль, она здесь такая счастливая. Перевернув ее, я увидела надпись.

«Наша девочка заняла первое место, наша гордость!»

От этих слов я была в полном шоке, практически на всех фотографиях, которые там висели были похожие подписи. Я не могла понять только одного, неужели Лиза соврала? Или она просто преувеличивала? Почему ее жестокий родители, которые били ее, пишут такое на фотографиях своей дочери?

Пока я рассматривала остальные фотки, услышала грохот сверху и просто ужасные крики. Пока я добежала до нужного места, все утихомирилось. Лиза сидела на полу держа в руках коньяк, скорее всего отца и какой-то лист бумаги. По ее рукам текла кровь. Я аккуратно подошла к ней по стеклу от дверей шкафа, а также от разбитых рамок с фотографиями.

- Лиза, солнышко, что такое? –я старалась разговаривать с ней максимально аккуратно.

- Я просто не могу поверить, - прошептала она, подавая мне листок. Я увидела достаточно красивый почерк и сев рядом с Лизой, начала его читать.

Alp Yenier - Gitme

«Привет, дочка, если ты читаешь это письмо, значит скорее всего нас нет в живых. Ты же знаешь, я всегда был честен в бизнесе, и кому-то не понравилась моя честность, и он решил меня убрать. Но это письмо написано вовсе не для того, чтобы обсуждать мои дела по бизнесу, это письмо я написал вместе с мамой, чтобы попросить у тебя прощения. Дочка, прости нас, пожалуйста, мы понимаем, что это скорее всего невозможно, ведь мы были просто ужасными, жестокими родителями, а поняли мы это слишком поздно, только тогда, когда ты ушла из дома, не вернувшись назад. Не знаю, поверишь ты или нет, но за всей злостью, которая была у нас к тебе, скрывалась любовь, которую мы не могли выразить. Мы правда радовались всем твоим победам, всем твоим начинаниям, с самого детства, мы знали, что ты во всем всегда будешь самой лучше, но все равно хотели, чтобы ты была еще и еще лучше. Скорее всего ты сейчас подумаешь, что мы просто сумасшедшие, раз пишем тебе такое, после всего того, что сделали, но пожалуйста, просто поверь. Дочка, ты лучшее, что у нас было и есть. Мы так сильно тебя любим... Если бы у нас была возможность, мы бы так хотели начать все с самого начала. Мы бы все вернули, правда, но... Ты не появлялась, а мы не знали даже приблизительно где ты. И сейчас, мы просто хотим сказать. Дочка, мы любим тебя и будем любить даже на небесах. Прости нас за все, если сможешь, мы это почувствуем, ты главное прости... Надеемся, что у тебя в жизни все было и будет хорошо...

Твои мама и папа...»