23

– Вместо того, чтобы проясниться, ситуация ещё больше запутывалась.

Чем занималась Маша, в последнее время, оставалось загадкой.

Судя по всему, к ней, каким-то образом попали работы неизвестного художника, и она пыталась определить их авторство.

Но к чему скрытность? – и зачем ей – это понадобилось?

Хотела продать работы? – но, где она могла их взять.

Вопросы множились, наслаивались друг на друга, ответов к ним не находилось.

Где их искать, представлялось с трудом.

Маша, уже ничего не сможет рассказать, даже о том, почему срыв случился именно сейчас, оставалось только догадываться.

Не выдержали нервы? – ситуация оказалась не из лёгких?

Кира, понимала, что вряд ли её сетования помогут делу.

Во, что ввязалась Маша? Зачем? – оставила Алису, одну разбираться со своими затеями.

И сама всё, хватит, одёрнула она себя.

– Не время впадать в эмоции, надо думать о деле.

Весь, этот клубок так или иначе придётся распутывать.

Надо срочно подключать логику, мысленно приказала себе она, глядя в окно троллейбуса.

Погода выдалась тёплая, в такие вечера принято ехать куда –нибудь в лес, на залив, отдыхать от суеты.

Но на ближайшее время об, этом следовало забыть.

До конца клубного сезона оставалось недели две.

Затем до осени перерыв, не будет концертов, лекций и всего остального, только галерея останется.

И тогда сразу надо куда-нибудь увезти Алису.

Подальше от всего, чтобы такое подумать?

А потом сделать выставку Маше, отдать под её работы всю галерею.

Ей бы понравилось, она любила быть на виду.

Алиса, доугая, старается прикинуться незаметной мышкой при любом удобном случае, такая позиция была близка и понятна Кире.

Она тоже любила наблюдать со стороны, а не быть активным участником.

Проблемы, с, которыми могла столкнуться девочка, были хорошо ей знакомы.

Она проходила через то же самое в её возрасте.

По версии Киры, Маша, могла делать, что-то тайно по нескольким причинам:

– Если чувствовала опасность, ввязалась во, что-то предосудительное или имела некую цель, афишировать, которую до поры до времени ей не хотелось.

Но существовало несколько моментов, требующих хоть, какого-то прояснения.

Первый и самый главный происхождение присланных работ.

Где Маша, могла найти их? – случайно купила, а потом поняла, что они представляют, какую-то ценность, и собиралась выяснить – это потихоньку, чтобы не спугнуть удачу?

Тогда надо узнать, с кем она общалась в последнее время и, что делала.

Надо же, не переставала удивляться Кира, Алиса, оказалась права, этим придётся заниматься.

Следующее, что требовало разъясненений, понять, по какой причине Маша, отправила ей часть коллекции, ничего не объяснив.

Лучший способ рассуждать логически и попытаться встать на место Маши.

Если бы у неё на руках вдруг оказались работы художника, предположила Кира, как бы в подобной ситуации действовала она?

Надо исходить из того, что работы попали не вполне стандартным путём.

То есть не официальным и открытым, потому можно было привлекать к делу ограниченный круг доверенных людей.

Да и им объяснять лишь необходимое для дела, какие тут варианты?

У некого лица оказались работы, представляющие ценность.

Маша, увидела их, оценила и купила за бесценок.

Нет, не годится, зачем тогда шифроваться?

И тем более отсылать – это третьему лицу?

Кто-то дал их Маше, попросив о конфиденциальности.

Снова мимо, сюда не вписывается бандероль, в ней главная загвоздка.

Зачем понадобилось отправлять работы?

Если бы Маша, хотела их спрятать, могла бы воспользоваться банковской ячейкой.

Не доверяла? – за ней следили? – боялась, чего-то?

Так, стоп, а не опасно ли всё – это?

У неё теперь Алиса, нельзя втягивать её.

Даже Маша, при своей материнской безответственности не сказала Алисе, ничего.

Хотя она и так не была слишком откровенна с дочерью.

Могла бы просто отдать, попросив временно поддержать их в галерее, но не захотела, почему?

Неужели за ней действительно кто-то следил, и потому она ничего не могла делать открыто?

Во, что же она ввязалась? – кто и зачем станет следить за человеком из-за, каких – то работ?

Ведь не полотно импрессионистов она стащила из музея, а чьи – то зарисовки.

Вряд ли они настолько ценны, чтобы вокруг них вертелась история со слежкой, шифрованием и тайниками.

Ага, поймала себя Кира, мысль о том, что Маша, сделала, что-то незаконное, кажется самой разумной.

Как ни ищи нормальных объяснений происхождения работ, ничего не выходит.

Стало быть, причина скрытность в том, что они оказались у Маши, незаконно, верь не верь, а так и есть.

Маша, конечно способна, выкинуть, что угодно границы, её нормы сдвигались от стандартов на приличное расстояние.

Но Кира, не помнила случая, чтобы ею двигали корыстные мотивы, вернее, не так.

Маша, вполне могла быть корыстной, но не в отношении материальных вещей.

И даже не корыстной, это определение не годилось, скорее эгоистичной.

У неё возникали сильные желания, которые сложно было сдерживать, они принимались разрывать её изнутри, если исполнить их было невозможно.

Однажды на глазах Киры, разыгрывалась одна из таких историй, Маше, захотелось ладно, неважно...

Она могла заинтересоваться работами и захотеть получить их в своё пользование – это да.

Маша, собственница, ей необходимо было обладать чем-то значимым для неё.

Касалось – это не только материальных вещей.

Больше всего на свете ей нравились противостояние и завоевание.

Она получила от, этой деятельности большой заряд творческой энергии.

И в такие периоды создавала свои лучшие работы.

После достижения цели она довольно быстро теряла интерес.

Для, неё главным был вызов самой себе, который она принимала, а человек, сумевший по той или иной причине спровоцировать её на действия, после завершения своей миссии оказывался, лишним.

Чтобы удержать в дальнейшем её интерес, он должен был обладать неординарными качествами.

Противостояний разного рода в жизни Маши, случалось немало, увлекающаяся натура требовала чем-то поддержать, этот огонь.

Она была не прочь воспользоваться знаниями, полученными Кирой, на психологическом факультете, и не раз обращалась за советом, каким способом можно добиться нужного результата.

Имей она возможности, пустила бы в ход и гипноз, и НЛП, лишь бы помогло, йй было любопытно.

Кира, так и не смогла убедить её, что всё – это не так эффективно, как принято считать, скорее, большой и раздутый миф, рассчитанный на завлечение обывателя.

Но Маше, хотелось попробовать, что-то самой, а потом уже разбираться годится оно или нет.

Её интересы всегда лежали в области ещё не достигнутого, в туманном крае, где-то наверху, и принимали завлекательные для её души образы – это касалось и работы, и людей.

Как далеко она могла бы зайти ради обладания тем, что ей приглянулось?

И в чём было дело в самих работах, личности художника или чём-то ещё?

Может быть, с их помощью она добилась чего-то другого?

Конечно, в, этом случае всё могло зависеть от того, кому работы принадлежали.

Если мужчине, это один вариант, хотя бы, как-то объяснимый а, если женщине?

С ними Маша, не ладила, чаще всего просто терпела, что тогда?

Могла бы она воспользоваться ситуацией при случае взять чужое?

Сложно сказать, скорее да, чем нет,  думала Кира.