часть 12

Неделю Аллен просыпалась в тот самый момент, когда её ноги касались холоднойплитки магазина. Неделю она пыталась изменить ход событий сна, но всё было тщетно. Неделю её успокаивала Стеффи, пересаживаясь к ней на кровать и возвращаясь к себе после того, как Аллен засыпала.— Это будут наши самые большие соревнования, — начала Стеффи, босиком расхаживая по деревянной поверхности стола. — Наш главный противник — время. Если за двадцать минут мы забиваем бо́льшее количество мячей, противник сменяется, пока не останутся две команды. В случае победы мы получим заслуженный приз, а Голд какие-то своипреимущества в лице нашего покровителя,— последние слова она выделила кавычками изпальцев и села на край стола, скрестив ноги. — Есть вопросы?Аллен подняла руку.— Давай, Дуэль.— У нас будет форма?— Голд не посчитал это целесообразной тратой средств.— Ясно, — фыркнула Аллен, надувая губы.— Прости дорогая, — сочувственно ответила Стеффи, склоняя голову набок. — Но мы будемиграть на крытой площадке старого университета, и возможно, там будет кондиционер.— Ты назвала университет старым, сомневаюсь, что там знают о существовании данногомеханизма, — Аллен ногой подбросила мяч с земли и прошагала к кольцу. — Я на защите?— Да, кузнечик.Всю тренировку взгляд Аллен будто примагничивался к брюнетке, и каждый раз оналовила лёгкую улыбку на её губах. Это создавало просто отличное настроение и заряжалопозитивом до того момента, пока они не вернулись на обед после душа.— У нас сегодня будут подавать свинину, не так ли?Вся пятёрка, стоявшая в очереди за едой, обернулась на вошедшую в столовую высокуюрыжую девушку.— Это та новенькая, — прошептала Нолан на ухо Аллен. — Из-за которой к тебе Стеффипереселили. Сегодня куриные котлеты, — ответила она рыжей. — Как, впрочем, и завтра.— Может, стоит попросить вашу латину зарубить нам одного поросёнка? Или я сама могуподжарить её на костре.После этих слов всё произошло настолько быстро, что у Аллен до сих пор каруселькружится перед глазами.Вот она смотрит на кудрявую рыжую заключённую, а вот уже Лукас и Гейл отдираютвцепившуюся ей в комбинезон Стеффи, пока Нолан удерживает Аллен за руки, не пуская вразборки.Сейчас они вшестером сидят в общине на диване, выслушивая речь Джулс о правилахповедения и нормах общества.— … И если я ещё раз увижу хоть одну из вас за повторением подобной ситуации, карцерстанет вашим пристанищем на следующие три дня, ясно вам?— А разве такие, как она, — рыжая указала на Стеффи, — не должны по умолчанию тамнаходиться?— А кто, по-твоему, она такая? — не выдержала Аллен. — Нацистка?— Она чёрная.— Сама ты, блять, чёрная! — Аллен вскочила с дивана, и все, кроме Стеффи, последовали еёпримеру. — Рассказать, сколько миллионов коренных жителей твоя Британия уничтожилаво время колонизации?— Они заслужили, — выплюнула рыжая.— Тебе пизда!— Дуэль! — эхом разнеслось со всех сторон, смешивая все голоса воедино, когда Алленприблизилась к заключённой и схватила её за грудки.— Последнее предупреждение! — встряхнула её Джулс, отрывая от расистки. —Проваливай в прачку и не возвращайся, пока не перестираешь всё бельё, ясно?Аллен продолжала буравить взглядом рыжую, которая ехидно улыбалась, сидя в кресле.— Ясно? — громче повторила охранница.— Пасмурно! — рыкнула Аллен, высвобождаясь от захвата. — Ещё хоть слово скажешькому-нибудь из нас, будешь жрать свой язык на завтрак.В качестве наказания, помимо того, что все остались без ужина, Лукас отправиливычищать площадку от мусора, Гейл заставили чистить картошку на кухне, Ноланнамывала камеры, а рыжая драила унитазы. Стеффи послали в другой блок, гденаходилась котельная, но что конкретно она там делала, Аллен не знала.Сама Дуэль до самого отбоя провела одна в подвале, перебирая грязное бельё иразвешивая чистое на верёвки. Это дало ей время успокоиться и взять себя в руки. Онатакже поняла, что никогда не задумывалась о том, кто Стеффи по национальности, и ссамого начала это не являлось для неё насущным вопросом. — Расистка хренова, —бухтела она, складывая отглаженное ею бельё в аккуратные стопки.Вернувшись в камеру, Дуэль застала Стеффи, стоящую спиной к решётке между ихраспотрошёнными кроватями. По её напряжённой спине и громкому дыханию Алленсмогла представить картину ярости, происходившую несколько минут назад.— Ну давай, скажи, что я идиотка, — махнула руками Аллен, принимая факт истерики,которая незамедлительно последует из-за её попытки лезть на рожон.Но вместо этого Стеффи развернулась и в одно мгновение оказалась рядом с Аллен,резкими движениями расстёгивая её комбинезон и рывком снимая футболку.— Стеффи…— Заткнись!Она толкнула Аллен в сторону кровати, и когда та неуклюже приземлилась на скомканноепостельное бельё, Стеффи спустила штаны комбеза до щиколоток и вместе с обувьювыбросила к противоположной стене. Через мгновение там же оказались трусы. Её кариеглаза полыхали ярким пламенем, и Аллен чувствовала весь жар, исходящий от тела между её ног.— Стеффи!— Тебя могли посадить в карцер или добавить ещё месяц сверху твоего срока, — твёрдо произнесла брюнетка и, раздвинув ноги Аллен, жёстко припала губами к её промежности. Господи, благослови того, кто придумал лазерную эпиляцию!Дуэль упала спиной на кровать, закрывая рот ладонью. Мокрый язык быстро и жадно скользил вдоль её складок, а губы покусывали клитор, пока крепкие руки удерживали бёдра от постоянного порыва дёрнуться вверх.Это было бесцеремонно и грубо. Стеффи высвобождала всю оставшуюся злость через каждое движение, даже не думая останавливаться, когда слышала приглушённые выкрики, прикусывая зубами возбуждённый клитор.Аллен кусала губы под ладонью, а свободной рукой сжимала подушку, стараясь дышать как можно тише и не кричать от смешанных ощущений боли и удовольствия. Она подходила к краю, её ноги дрожали, а бёдра сжимались, пытаясь сдавить голову Стеффи и прекратить любое движение, но руки брюнетки этого не позволяли. Оргазм пришёл быстро и неожиданно, подбрасывая корпус в воздух и бросая на твёрдую поверхность кровати, перекрывая доступ кислорода в лёгкие и сокращая все мышцы в теле до болевых ощущений, которые медленно переходили в долгожданное приятное расслабление.Одинокая слеза скатилась по щеке, когда Аллен смогла разжать челюсть и вытащить до крови прокусанный палец, заглушающий крик, ранее пытавшийся вырваться на свободу. Сердце громким стуком отдавалось в ушах, а веки были слишком тяжёлыми, чтобы открыться.Она почувствовала, как её ноги укладывают на кровать, сдвигая корпус к изголовью, а через пару секунд всё тело бережно укутывают наволочкой, ранее комком валявшейся на полу. Мягкие пальцы коснулись лица, убирая мокрые волосы и задерживаясь на щеке в лёгком поглаживании. Тихий вздох, и контакт прерван. Шум с противоположной стороны. Стеффи легла спать. Аллен уснула следом.Джонс уже протянул руки, но она отшатнулась, сумев выбраться из балеток и ощутить неприятный холод под ногами. Снова. Бежать? Драться? Кричать?«Уходи», — вырвалось из её груди, и он замер, будто статуя в музее. «Уходи», — повторила она и медленными шагами обошла прилавок, открывая входную дверь. «Уходи». Джонс взглянул на неё в последний раз. Улыбнувшись на прощание, он вышел на улицу и скрылся за поворотом. У него были чистые голубые глаза.

Как вам глава? Проду🧡