Глава 9

  — Кажется, мороженое растаяло, — протянула я, отстранившись и наблюдая за капающей на асфальт жижей.

— Я подарю тебе замок из мороженого, — прошептал Чанёль, снова целуя меня.

— Ванильного?

— Какое захочешь, — снова притягивает.

— Тут люди, — пытаюсь отлепить от себя этого извращенца.

— Ну и что? Мы официально помолвлены.

— Нет. Официально в прошлом мы брат с сестрой, официально сейчас мы никто друг другу.

— А тебя это волнует? — снова тянется за поцелуем. Что за извращенец?!— Да! Не при людях же! — вот всегда так. Сначала говорю, а потом думаю. Вот надо же было такое ляпнуть!

— То есть, когда останемся одни — можно? — понял всё по моему испуганному взгляду. Вот ведь!

— Нет! И вообще, убери свои руки!

— Но мне нравится, вот так стоять, — проскулил он. Конечно нравится, а вот моей пятой точке не очень.

— Руки! — попробовала оттолкнуть его от себя, но разве ж эти клешни разомкнёшь? Зато я удачно испачкала его одежду. Круто... Главное, чтобы стирать, или не дай Бог, вылизывать не заставил.

— Йа! Ты меня испачкала!

— И что?

— Я должен тебя наказать, — как-то мне не хочется узнавать, что за наказание он там придумал...

— А может не надо?

— Надо, — снова поцеловал. Йа, и это всё наказание? Тогда я буду каждый день ему всё пачкать.

Так, стоп. А вот каждый день это практиковать не стоит. Через день...

— Всё-всё, каюсь. Хватит на сегодня наказаний, — снова хлопнула его по плечам.

— До полуночи шесть часов. Так уж и быть, дарую тебе на это время спокойствие.

- Можно с вами сфотографироваться? — о нет, снова началось.

— Конечно, — улыбнулась белокурой девочке.

— А как мне фото... Ну, в общем, делать это, если я в грязной одежде? — заныл Чанёль над ухом.

— Ащ, иди сюда, притянула его к себе поближе и приобняла, прикрывая плечом пятно.

Вышло как-то слишком уж по-семейному... Ещё и девочка маленькая... Бр-р-р, семья с Чанёлем, я что, со знаменитого растения Джека* свалилась?

— Спасибо, — поклонились нам мама с девочкой.

— Всегда пожалуйста, — поклонилась в ответ. А вот принц (у меня уже появились сомнения, принц ли он?) кланяться не спешил. Пришлось пихнуть его локтём в живот, чтобы согнулся пополам.

— В полночь поговорим, — зашипел он мне на ухо. Ну-ну, посмотрим, как ты через зеркало меня накажешь. А уж в том, что я его туда затолкаю, можете не сомневаться.

— Уважаемые, — послышался за спиной чей-то грубый бас. Чую недоброе... Мы обернулись и увидели... копа. Дело — дрянь. — А у вас лицензия на подработку в данном парке есть?

— На счёт три бежим, — шепнула Чанёлю, с интересом рассматривающему мужичка в форме. Не старый, да и тело, что надо (в том смысле, что в форме себя держит), от такого хрен убежишь... — Так мы денег не берём, — говорю уже громче, обращаясь к легавому. Вот не перевариваю я их!

— Ну, давайте тогда в участок пройдём, там и разберёмся, — шагнул в нашу сторону. Ну уж не-е-ет, нам в участок нельзя, у Чанёля документов ведь нет, да и мои дома.

— Раз, — шепчу. Тем временем мужичок делает ещё один шаг. — Два, — отступаю на один шаг и тяну за собой зазевавшегося принца. — Три! — кричу и что есть силы бегу, куда глаза глядят, таща за собой на буксире парня.

— Куда! Стоять! — кажется, погоня началась. Эх, вот жила не трогала никого, а тут здрасте, держите вот проблему из прошлого.

— Быстрее, чего ты плетёшься?! — крикнула через плечо Чану. Интересно, мне можно его теперь так называть? Чан, Чанни, Ёль, Ёлли? Так, о чём это я?! Мы от копа убегаем, а я тут телячьи нежности развела.

— А? А почему мы убегаем? — спросил он, продолжая медлить. Чёрт, ещё немного и нас поймают, ащ-щ-щ.

— Меньше слов, беги, давай! — наконец-то он меня послушал и побежал. Теперь я плелась где-то за его спиной. Я, человек, занимавшийся полжизни спортом, плетусь за принцем, у которого и пресса-то нет, наверное. А хотя, чего это я? С такими-то ножищами... Эх, везёт же ему.

Мне всё же удалось догнать эту башню неуправляемую и нырнуть в толпу. Легко затеряться двум белым воронам в традиционной одежде, да ещё и с двухметровым маяком, среди обычных людей, да? Пришлось надавить на его плечо, чтобы он пригнулся.

— Туда, — указала пальцем на дом страха. Это идеально подходит. Во-первых, нас не видно, во-вторых, два выхода. И это не считая запасных выходов, на случай, если становится слишком страшно.

Буквально швырнула деньги в лицо офигевшему администратору и забежала в так называемый «House of fear»*.

— Почему здесь так темно? Ты где? — запаниковал Чанёль.

— Тихо ты!

— А! Меня что-то схватило! Помогите! Сара-а-ан! — завопил придурок.

— Ащ, это ведь я, — закатила глаза, хоть этого и не было видно в темноте.

— Зачем мы здесь? Тут страшно, — ну да, страшно ему. Мне сейчас куда страшнее. Стою в темноте, в доме страха, прижатая к стене двухметровой каланчой с извращенскими наклонностями.

— За решёткой будет ещё страшнее, — шикнула я, пытаясь оттолкнуть от себя парня, и вдохнуть глоток воздуха.

— Да? Тогда давай сидеть здесь. Но мне всё равно страшно, — снова прижался. Да что ж ты будешь делать-то? И почему принц оказался таким? Был же милашкой. Куда всё это делось?

— Выключи извращенца и включи прежнего Чанёля, называющего меня ведьмой.

— Но я никак не могу перестать думать о нашем поцелуе, — жалобно протянул.

— А мне-то что?

— Я ещё хочу-у-у, — протянул где-то совсем рядом. Чёрт, почему в этом коридоре так темно? Ни зги не видно!

— Хорошего понемногу, — хотела поднять указательный палец вверх, но потом вспомнила, что этот жест останется в лучшем случае незамеченным, а в худшем — не так понятым.

— Но этого хорошего было слишком мало, — выдохнул мне в губы. Айгу-у-у, что делать? Целоваться в тёмном коридорчике, когда где-то снаружи бродит коп — не самое лучшее решение.

Но кто меня спрашивал? Мой разум уж точно решил не задавать лишних вопросов. И уж тем более спрашивать моего разрешения. Как и руки, которые уж легли на плечи... Как же мне его называть? Чанни? Или Ёлли? А может ёбо? Или оппа? Ух, надо подумать на досуге.

Стоп-стоп-стоп, снова мысли не о том. Проснись, Саран! Ты убегаешь от мента, и последнее, чем ты должна заняться, — придумывание уменьшительно-ласкательного для парня, который тебе не пойми кем теперь приходится.

— Пошли, — всё-таки оттолкнула расслабившегося парня и потянула в сторону двери, которая была как раз с другой стороны основного выхода. — А теперь домой, пока он нас снова не увидел.

И стоило мне это сказать, как на горизонте замаячил уже знакомый дяденька в форме. Ну что за чёрт?!

— Планы меняются. Бежим куда-нибудь, — в этот раз повторять дважды не пришлось, Чанёль сам меня повёл (?) куда-то. Забавно, если учесть, что города он не знает.

***

Спустя час беготни по городу, мы всё-таки оторвались и приползли домой. МинА и Сехун ушли. Ну и хорошо, объяснять ничего не придётся.

— Снимай, — указала пальцем на... Не знаю, как это правильно называется (история-я-я, сколько раз я уже пожалела, что не учила тебя?!), поэтому назову рубашкой.

— Так сразу? Но я ещё не готов, — ой, ещё немного и покраснеет. Еле сдержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу.

— Снимай, я постираю.

Словив мой недобрый взгляд, он молча снял «рубашку». И, ох, ёлки-палки. Я-то думала, там будет ещё куча таких же, а там... А там ничего! Пояс, да штаны с носками.

— И как это понимать? — вопросительно изогнула бровь.

— Что?

— А где остальное?

— В каком смысле «остальное»? Мне полностью раздеться, что ли?

— Йа! Да о чём ты думаешь?! Говорю, где остальные рубашки или как их там?

— А-а-а, так в них жарко, — беспечно улыбнулся. А мне что прикажете делать?

Помните, я говорила, что пресса у него наверняка нет? Беру свои слова обратно. Ещё бы слюни суметь забрать...

— Пусть пока отмокает. Пошли, телик посмотрим, что ли?

— Телик? — ясно, зря спросила.

Взяла за руку недопарня — перезнакомого и отвела в гостиную.

— Какие фильмы предпочитаешь? А, о чём это я... Значит будем смотреть мою дораму, — поймав его вопросительный взгляд, добавила, — не бери в голову.

Сегодня как раз должны показать признание. А там и до хеппи энда, следующего за сопливыми сценками, недалеко.

Где-то на середине серии лапища некоего камикадзе опустилась мне на плечо. Через пять минут попыталась притянуть меня к себе. Через десять минут моему терпению пришёл капут.

— Да что ты творишь?!

— Мы бы тоже хотели узнать, что ты творишь тут, — послышалось с порога.

— Мам? Пап?

— Угадала.  

  * сказка Джек и бобовый стебельДом страха* у автора всё очень плачевно с английским (он его не учит вообще), поэтому исправьте, если неправильно. Да, я решила вас сегодня побаловать с:Пируем, так сказать)Не знаю, что стало с Чанёлем, но он явно приболел. Ну или я приболела (что маловероятно. Они сами живут, как в W, это не я, чес слово)   

Тапки обещаю выслать потом по почте, а вот за сохранность помидорок не ручаюсь...