12

- Мы приехали,- радостно воскликнула Оля.- Наконец, - отозвался Артем, хрустя спиной. – Где мы?- У моря. Тут недалеко живет знакомая моего папы. Какое-то время мы поживем у нее.- Сойдет,-  сказал он, протирая глаза.Выйдя из автобуса, Оля схватила полупустой рюкзак и, взяв Артема за локоть, зашагала вдоль дороги. Зевая,  он шел рядом с ней, мечтая о вкусе мяты зубной пасте.- Долго идти до знакомой твоего папы?- Минут сорок,- ответила Оля, надевая на ходу рюкзак. Яркое солнце обжигало кожу, пытаясь заполучить капли пота стекающие по телу. Присутствия моря было во всем: в воздухе, ветре, облаках, траве, горах. Белые камни скрежетали и стучали под ногами. Артем взглянул на свою спутницу. Она весело улыбнулась. Один глас закрывала челка, а второй игриво поблескивал. Зрачок съехал набок, и он поймал ее взгляд на себе.- Что? – полюбопытствовал он.- Можно задать вопрос?- А у меня есть выбор? – иронично ответил Артем.- Нет, – рассмеялась она, собирая светлые волосы в хвост. - В автобусе ты видел свою смерть? - Пока не знаю, – задумчиво ответил он, разглядывая камни под ногами.- Ну, и ладно, – махнула она рукой, - Кстати, когда придем, не ешь курицу, она испорчена. Иначе полночи в туалет бегать будешь. – Оля профессионально отвела разговор от темы смерти.- Курицу говоришь.- Курицу,- повторила Оля. – Меня всегда смешили их маленькие розовые ушки.- У них есть уши? – искренне удивился Артем, закуривая сигарету.- По-твоему чем они слышат? -   с вызовом произнесла Оля.- Точно, - согласился он.Они шли мимо маленьких домиков и зеленых садов. Артем думал о Вере. О ее печальных глазах, о гладкой коже, мягких длинных волосах. Он постоянно повторял, что все правильно. Пытаясь убедить себя, и не вернутся обратно. Он взглянул на свою спутницу и резко остановился.- Почему ты мне помогаешь? Зачем идешь со мной,- спросил он  – Я не дурак и уже давно заметил. Все кто знают о существование во мне голубого кристалла, умирают, либо уже умерли.- Молодец, догадался. Ты несущий, дарующий смерть, так же как голубой кристалл,- шутливо ответила Оля. – Но, я не боюсь смерти.- Просто ты не представляешь, что значит увидеть свою смерть.Оля ничего не ответила. Она опустила глаза и начала разглядывать свои костлявые пальцы.- Постой, ты видела?- Артем одернул ее за плечо.Развернувшись, она посмотрела ему в глаза, но по-прежнему молчала.- Видела? – громко спросил он, сжимая ее плечо.- Да, – тихо произнесла Оля, высвобождаясь  от цепкого захвата.- Гадство! Еще одна смерть из-за меня, – нервно произнес Артем. – Черт! Черт! Черт! – прокричал он. Поднял из-под ног камень и со злостью кинул в объятья  ветра.- Мне не капельки ни страшно.  Я не боюсь смерти, –  голос Оли звучал спокойно и ни разу не дрогнул.Артем достал из кармана флягу, но вспомнив, что она пустая, убрал обратно.- Я уезжаю отсюда.  Один, – чеканя каждое слово, заявил он.- Перестань. Я вижу будущее. Для меня обмануть смерть проще простого. Тем более я везде тебя найду,- усмехнулась Оля, - Не переживай, - она слегка ударила его в грудь и широко улыбнулась. – Знала, на что шла.- Не хочу, что бы кто-нибудь пострадал...из-за меня.- Это мой выбор, только мне за него отвечать. – закрыла тему Оля.Артем покорно шел за ней. От жары пересохло горло. Тела покрылись крупными каплями, липкого  пота.  Лица горели, ладони намокли, одежда прилипла к телу.Бесконечный ряд коттеджей и деревянных домиков тянулся далеко за поворот. Оля подошла к синим воротам.- Нам сюда, – жестом руки она указала на двухэтажный коттедж за воротами.Хозяйкой оказалась крупная женщина с прядями синих волос. Тетя Тоня разместила их в маленькой комнате на первом этаже. Две кровати  и шкаф занимали большую часть комнаты. Кинув рюкзак  в шкаф, Оля схватила  полотенце:- Я на пляж,- одухотворенно произнесла Оля и  приподняла футболку,  оголив  пупок. – Ни хочешь со мной?- Нет, я лучше немного полежу, – устало ответил Артем, ложась на одну из кроватей.- Как хочешь. Главное помни про курицу.Порхая как бабочка, она вытащила из рюкзака купальник и широко улыбаясь, скрылась за дверью. На улице кто-то громко и эмоционально спорили,  Артем захлопнул окно и снова лег на кровать.  В кармане шорт он нащупал карандаш. Мягкий грифель  тихонько царапал обои. На них появлялись линии и причудливые завитки. Карандаш успокаивал тихим шуршанием о неровную поверхность. Орнамент расползался по стене. Линии, завитки, геометрические фигуры сплетались в причудливые узоры. В трансе Артем ходил по комнате, чиркая на стене. Обгрызал карандаш и снова стирал грифель.  От усталости жгло глаза.  Шуршание заглушало шум на улице и усыпляло. Статика обволакивала динамику, выстраивая рутину.Внезапно, на секунду, ему показалось, что рисунок сложился в два слова. Орнамент приобрел очертание буков, внося в них смысл. «Сделай выбор». Мгновение и слова исчезли за многочисленными линиями рисунка.