Часть 26

Когда Кира вернулась домой, вечер уже затихал за окнами. Она зашла в дом, не включая свет, просто сбросила кеды у порога и, не раздеваясь, опустилась на край кровати. В голове шумело. Не от музыки в парке, не от смеха друзей. От того, что внутри снова открылся целый ворох вопросов, на которые она не знала ответа. Она устала от мыслей, от себя, от того, что с каждым днём становилось всё труднее понимать, чего она хочет на самом деле. Телефон пискнул — сообщение. На экране появилось имя, которое всегда вызывало лёгкую улыбку, но сейчас заставило сжаться что-то внутри.Дима:«Ты дома? Можно позвонить?.. Мне скучно.»Кира долго смотрела на экран. Мысли были спутанными, тёплыми и холодными одновременно. Но она всё же набрала ответ:Кира:«Давай.»Через минуту зазвонил видеозвонок. Она включила лампу на прикроватной тумбе. С экрана тут же высветился Дима: растрёпанный, в белой футболке, сидит где-то у себя на кухне, кружка в руке. Он улыбнулся:— Привет.— Привет, — слабо улыбнулась она.Он посмотрел на неё внимательнее, чуть прищурился:— Ты какая-то... усталая. День тяжёлый?— Немного, — она пожала плечами, отводя взгляд. — Просто насыщенно получилось. Слишком много людей, эмоций.— Питер опять всё перевернул?Она кивнула, а он поставил кружку на стол:— Хочешь, я тебя отвлеку?— Можешь попробовать, — она уселась поудобнее, стараясь скрыть смятение.— Тогда слушай, — он перешёл на нарочито серьёзный тон. — У меня сегодня был почти подвиг. Я починил розетку сам. Без пожара. Без электрика. И без скорой.Кира хмыкнула:— Ну всё, теперь я за тобой навеки. Самостоятельный, храбрый, почти инженер.— Почти! — с гордостью кивнул он. — А ещё я сегодня купил мороженое и вспомнил, как ты морщишься от клубничного.Она слабо улыбнулась, но глаза оставались тусклыми. Дима заметил это, и его голос стал мягче:— Эй. Всё в порядке?Она кивнула, не глядя в камеру:— Просто... немного перегруз. Знаешь, как будто всё навалилось сразу. И память, и люди, и... я не знаю. Просто сложно.— Понимаю, — тихо сказал он.Кира снова посмотрела на экран. Его лицо было спокойным, почти родным.— Спасибо, что позвонил, — тихо сказала она.— Я скучал, — так же просто ответил он. — И просто захотел услышать тебя.Она кивнула, опуская подбородок на колени. Волосы упали на лицо, и она чуть усмехнулась:— Ты иногда бываешь чересчур тёплым, знаешь?— А ты иногда бываешь чересчур закрытой, — усмехнулся он в ответ. — Баланс, Кира.— Возможно.Между ними повисла тишина, но она была не неловкой — скорее, усталой. Как после долгой дороги.— Завтра работа? — спросила она.— Да. Рано вставать.— Тогда не буду тебя долго отвлекать.— Спокойной ночи, Дим.— Спокойной, Кир.Он отключился, и экран стал чёрным. Она ещё долго смотрела в отражение на стекле, прежде чем выключить лампу и лечь, укутавшись с головой. Не плакала. Просто дышала, глубоко, пытаясь найти в себе опору.