Глава 11. Помутнение

Киллиан

Утром проснулся от грохота. В окно запрыгнула Энрика и, кажется, споткнулась о порожек. Ну, когда открыл глаза, она лежала лицом в пол.

– И тебе доброе утро, – я перевёл взгляд на часы и понял, что сейчас только пять утра.

– Доброе утро, – сказала она, отряхивая колени.

Улыбка сама возникла на лице, глядя на этот нелепый вид. Я попытался быстро спрятать её и облокотился на спинку кровати.

– Как поживает малыш Флин? Вы помирились?

– Да, у нас всё хорошо, – Энрика подошла ближе и села на край кровати. – А ты что, не спал всю ночь?

– Откуда узнала? У тебя тут камеры понаставлены, чтобы следить за мной? – я начал крутить головой, осматривая углы. – Извращенка! Как так можно?

На самом деле был рад, что она вернулась. И теперь я мог шутить и разговаривать с ней. За всё это время привык, что Энрика стала моим единственным и постоянным человеком, с которым можно поговорить.

– Глаза свои видел? Они красные и капилляры полопались. Ты только что лёг? Спи тогда, – Энрика начала вставать с кровати. – Я пока пойду на кухню.

– Нет, не уходи, – мне удалось быстро перехватить её руку, усаживая назад. – Я не хочу спать. Расскажи мне лучше что-нибудь.

Кажется, я опять сказал что-то странное, потому что её удивлённое лицо видел чаще, чем любые другие эмоции.

– Раз так хочешь поговорить, рассказывай, что обещал, – видимо, идея узнать мои секреты воодушевила её.

Энрика перелезла через мои ноги и легла на живот, складывая руки в замок и опираясь на них головой. Её заинтересованное лицо заставило меня слегка усмехнуться.

Наша связь всё больше пугала меня, но я не мог отказаться от этого. Уже нет. Не сейчас. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. Я хотел чувствовать что-то помимо боли и страданий.

– Так, ладно, – ком подходил к горлу. Признаваться не хотелось. Но я же обещал. – Что ты хочешь узнать?

– Где ты был эти два года?

Взгляд Энрики прожигал меня. Казалось, она даже не моргала. Вообще не шевелилась. Замерла и уставилась на меня.

– Дорогая, а когда это я обещал раскрыть все свои секреты? Не напомнишь? – сказал с издёвкой. – Речь шла только о деле, связанном с тем вечером. Про него могу подробно рассказать.

– Ладно, тогда чем ты вообще занимаешься? И почему Эдвин стрелял в тебя? – Энрику расстроил мой ответ. Она скорчила грустную рожицу и выдохнула.

– Мщу своей семейке за их грехи. Поэтому подставляю Эда, убираю его подельников. И стрелял в меня вовсе не брат, а один из его верных собачек. Может, тот же самый, который тебе ногу прострелил.

Так странно рассказывать кому-то о себе, особенно о секретах, которых никто не знал. Но слова сами вылетали из моего рта. Семья – та тема, которую я ни с кем не обсуждал. Даже с Люси. Просто не хотел портить те редкие моменты, которые мы проводили вместе. Да, именно так. Именно поэтому.

– А за что ты мстишь своей семье? – Энрика внимательно рассматривала меня.

Ей серьёзно интересно это?

– Другой вопрос. Он не относится к нашей теме, – с улыбкой смотрел, как её всё больше расстраивали мои ответы.

Она громко и, кажется, инстинктивно цокнула, сморщила лоб и опустила пристальный взгляд. Даже её губы слегка надулись, как у маленького ребёнка.

А не нужно было меня одного оставлять сегодня ночью.

– Как это не относится?

Энрика подскочила и неосознанно придвинулась ближе, хватая мою руку. Потянула меня к себе с нескрываемым недовольством. Но я не стал поддаваться на её попытки.

Правда так жаждала услышать мои секреты? Хотя я не лучше.

– Когда я узнаю подробности про твои синяки, расскажу, где был последние пару лет и чем же мне не угодила семейка. Секрет на секрет. Иначе не работает.

– Выставлю тебя вон из моей комнаты и посмотрим, кто будет о тебе так заботиться! – Энрика отсела подальше от меня.

Она сложила руки на груди и больше не хотела со мной разговаривать. Серьёзно обиделась? Я же рассказал всё, что обещал. Как свои секреты открывать-то не хочет, а моими заинтересовалась.

– Эй, колючка, правда выгонишь меня?

На этот раз я решил приблизиться к ней. Но резкая боль в плече отдала в руку. И, вставая, я чуть не упал.

– Что с тобой? Дай посмотрю, – она подползла за мою спину и стянула футболку. – Боже мой, Киллиан, тебе нужно к врачу. В рану какая-то инфекция попала. Ты разве не чувствуешь? Не болит? – её рука накрывала мой лоб, уже в сотый раз проверяя температуру. – Ты горишь. Видимо, я что-то занесла. Или не знаю. Тебе нужно к врачу!

– Успокойся, ты же хотела меня выставить, чего распереживалась? – не смог удержаться я.

Её рука всё ещё лежала на моём лбу. В этот раз она казалась холодной. Так приятно. Даже прикрыл глаза от наступающей прохлады. Видимо, у меня и правда состояние дерьмовое.

– Тебе нужно к врачу! Ты меня слышишь?!

– Не пойду я к твоим врачам. Пара дней и восстановлюсь, – холод соскользнул с лица, и меня это расстроило.

– Вообще сумасшедший? Хочешь умереть? Тебе в психушку нужно с таким отношением к собственному здоровью.

Её слова прозвучали, как выстрел в голову. Весь сладкий туман, который укутывал меня в этом месте, в секунду растворился, и я как будто прозрел.

Что я творю? Лежу в комнате убийцы и принимаю её нелепую заботу? Позволяю касаться себя? Зачем улыбаюсь ей? Для чего рассказываю свои секреты?

Понимаю, что она не знает ничего. Но менее неприятно от этого не становится. Меня не раз называли психом, и я не умел на подобное нормально реагировать. Жуткие образы всплывали в памяти. И одна-единственная фраза без остановки мелькала в голове: «Я не псих».

Отвращение к себе становилось всё сильнее. Снова слишком слабый, снова бесхребетный и жалкий. Попытался встать, чтобы уйти отсюда. Мне не хотелось больше задерживаться. Слишком расслабился, принимая всё её тепло.

– Стой ты! – Энрика ухватилась за мою вновь накинутую футболку. – Чего ты так разозлился? Дай хоть немного рану протереть и найти тебе лекарство. Пожалуйста, Киллиан. Позволь помочь.

Я стоял и не мог понять, что происходит. Почему она так добра ко мне? Почему переживает? Гнев за слова прошёл за секунду. Вот такой я. Готов растаять от любого проявления нежности и ласки. Противно, что каждый раз иду на поводу у эмоций.

– Почему ты заботишься обо мне? – сказал я, вновь садясь на кровать.

– Глупый вопрос. Я просто не хочу, чтобы ты умер. И больше ничего. Так что не надумывай лишнего, – её голос звучал спокойно. Она явно не врала. – Сними эту футболку, она мешает.

В руках Энрики снова оказалась аптечка. Она тяжело вздохнула и начала очередные поиски. Но в одном моя спасительница была права. Хоть в аптечке и были некоторые препараты, мне нужен был врач. Но у меня не было выбора. Брат обнаружит, если в больницу поступит человек с пулевыми ранениями в плечо. Он не оставит это просто так. И сейчас явно занят моими поисками.

– Потерпи, будет щипать, – её голос звучал так сладко, что я неосознанно стал расслабляться.

Зацепив вату длинными щипцами и смочив её спиртом, Энрика прикоснулась к воспалённому месту. Свободной рукой вновь обхватила моё плечо, придерживаясь за него. Её сбивчивое от нервов дыхание обдавало жаром спину.

Кажется, я подсаживаюсь на её тепло и заботу. Мне явно будет этого не хватать.

– Что будем говорить Эдвину, если он заметит твою пропажу? – Энрика продолжала аккуратно очищать мою рану.

– Ну, уж если он вспомнит про брата, то скажи, что видела меня последний раз пьяным на улице. Упомяни, что послал тебя. Эд поверит, – я напряг челюсть и сжал зубы, чтобы не вырвались звуки боли.

– Всё, я сделала, что смогла. Выпей таблетки и ложись спать. Но лучше бы ты согласился на врача.

– У меня есть личная медсестра, так что обойдусь без доктора, – сказал я с усмешкой, вновь укладываясь под одеяло.

– Закрой-ка рот и спи, пока я тебя не выгнала по-настоящему, – губы Энрики слегка дрогнули в улыбке.

В очередной раз её рука коснулась моего лба. Я следил за каждым движением, за каждым жестом. Мне не хотелось упустить ни капли этой заботы, запомнить каждый момент. Зелёные глаза наблюдали за мной, не моргая. Тепло в её взгляде заставило моё сердце замереть на секунду.

Боже, останови время.

Мне начало нравиться, что мои фразочки не раздражали её, а вызывали усмешку. Может, у меня какое-то помутнение?

***

Энрика

Признаться честно, уже начала вспоминать, почему перешла на домашнее обучение. Каждый раз происходило одно и то же: косые взгляды, очередные записки и оскорбления, брошенные в спину. С Флином теперь мне нельзя было даже взглядом встретиться, иначе донесут. Не хотелось очередных слухов.

Постоянно успокаивала себя фразой: «Скоро всё изменится». Пройдёт операция Лив, и мы сбежим. Если будет нужно, я сама прикончу дядю. Но сейчас не время. Он единственный знает, где сестра. Так что рисковать было бы глупо.

Киллиан всё ещё живёт в моей комнате. Иногда он начинает мне надоедать, но я не хочу вновь оказаться убийцей. Я виновата перед ним, если это можно так назвать. Его девушку никак не смогу воскресить, но сделаю всё возможное, чтобы он не отправился к ней раньше положенного. Конечно, мне не нравится врать Флину, точнее, не говорить всей правды. Он до сих пор не знает, что у меня появился непредвиденный сосед. Знаю, что этой информацией только заставлю его переживать и создам проблем. Я не впервые недоговариваю ему что-то. Но внутри было противное чувство, как будто предаю его.

Но с другой стороны, иногда мне весело с этим недоумком. Я по чуть-чуть раскрываю его тайны. Однако ощущение, что чем больше узнаю, тем больше у меня возникает новых вопросов.

Сегодня домой удалось вернуться только под вечер. Заходя в комнату, заметила, что Киллиан лежал в той же позе, как и перед моим уходом.

– Ты жив? – спросила я шёпотом.

Ответа не последовало. Умер! Точно умер! Я убила человека! Снова! Подлетела к нему, как угорелая, кладя два пальца на шею. Пульс есть. Слава богу. Я скоро во все религии уверую с таким стрессом. Громко выдохнула и решила проверить температуру. На улице было прохладно, поэтому мои руки слегка замёрзли. И я никак не могла понять. Разогреть руки не помогло. Ладно, Киллиан всё равно спит. Если бы не спал, убил бы, наверное. Придерживая волосы руками, чтобы случайно не разбудить больного, я поцеловала его в лоб. Ещё в детстве мама так проверяла мою температуру. Немного повышена, но лучше, чем утром. Когда отдалилась от него, заметила, что Киллиан лежал, широко распахнув глаза.

Пиздец.

– Ты не подумай ничего. Я просто температуру проверила, – мой голос запинался. Казалось, что я сгорю от стыда.

– Ладно, я не против, – хрипло сказал он, продолжая следить за мной взглядом.

Что? Я уже не раз замечала, что пока он болен, то более дружелюбен со мной. Это непривычно и странно. Но я старалась не обращать на такое поведение внимания.

– И какая у меня температура? – его голос вывел из бредовых мыслей.

– Н-немного повышена, но уже не так плохо.

Мне всё ещё было дико неловко.

– Как день? – Киллиан привстал, опираясь на изголовье кровати. – Что нового?

– Благодаря тебе всё стабильно, – я не хотела обсуждать школу и вспоминать все издевательства.

– Что ты имеешь в виду?

– Тебе вроде не в голову пули прилетели, а в плечо. Неужели забыл, как меня шлюхой назвал? Да и за другой случай тоже есть пара оскорблений.

Хоть он и извинился передо мной, но в школе об этом никто не знал. Об этом вообще никто не знал, кроме меня и его. Всем нравилось, что появилась новая цель для травли. Думаю, до моего возвращения эта роль принадлежала кому-то другому.

– Понял. Улажу, – тихо сказал Киллиан.

Чего? Что он собрался уладить? Я вновь впала в ступор, не понимая, что за слова вылетали из его рта. Может, он так благодарен мне за помощь? Иначе я не знала, как это объяснить.

– В каком смысле? – я не верила собственным ушам. Наверное, мне послышалось.

– В прямом, – Киллиан встал, слегка потягиваясь. Видимо, и правда стало лучше. – Я это начал, сам и закончу. Отблагодарю тебя за помощь.

– Спасибо, конечно. Но мне плевать на их слова. Так что сама справлюсь.

– Почему из твоего рта так часто вылетает эта фраза? Я виноват, поэтому мне и исправлять. Не неси чушь.

Очередной ступор. Я его не понимала. Ничего не понимала. Хочет сказать, что, пожив со мной пару дней, простил за смерть любимой? Да ни в жизнь. Уверена, что за этим что-то кроется. Сейчас отвернусь, и он прирежет меня. Или хочет посмеяться, посмотрев на мою реакцию. Из транса вырвал звонок телефона. Это был Флин. Я попыталась ускользнуть в ванную, чтобы спокойно поговорить, но меня остановили.

– Эй, ты рассказала ему про то, что я здесь и вообще обо всём? – даже взгляд Киллиана изменился. Было видно, что он напряжён и не будет сейчас шутить.

– Нет, ничего не говорила, – я стояла со звонившим телефоном в руках.

– Говори здесь, чтобы я убедился. В этой ситуации не могу поверить тебе на слово. Если ты что-то и рассказала, малыш Флин ненароком тебя сдаст.

Вот и вернулась его прежняя натура. Головой я понимала переживания Киллиана и повела бы себя так же, но было слегка обидно, что вся добрая и милая атмосфера разом испарилась.

Мне пришлось вернуться на кровать и, наконец, ответить на не замолкающий телефон.

– Чего ты так долго не отвечала? – голос Флина звучал радостно.

Сегодня я вновь обещала ему, что смогу сбежать из дома Блейнов. Поэтому, вероятно, он хотел уточнить, во сколько приеду к нему.

– В ванной была, вот только выбежала, чтобы ответить, – мне было не сосредоточиться под пристальным взглядом Киллиана. Было ужасно некомфортно говорить в его присутствии.

– Я так соскучился. В школе к тебе даже не подойти. Когда ты сможешь выбраться из своего заточения?

Киллиан прекрасно всё слышал и строил пантомимы, рисуя в воздухе решётку и делая вид, что не может из неё выбраться. Идиот.

– Прости, сегодня не получится. Мне нужно на работу, – я осознавала, что сейчас Флин может спалить меня перед моим мучителем, поэтому сразу добавила. – Только давай не будем её обсуждать. И так тошно.

– Что с тобой? Кто-то рядом, и ты не можешь говорить? – Флин сразу почувствовал, что что-то не так.

– Нет, я одна, – я прикрыла веки, пытаясь вернуть крупицы самообладания. – Всё хорошо, просто тема неприятная.

– Мне тоже надоело, что не могу быть рядом с тобой всегда. Что приходится скрываться. Устал от твоей ужасной работы, но я понимаю, что выхода нет, – Флин громко выдохнул и продолжил. – Этот придурок Киллиан меня тоже достал. Когда он от тебя отвяжется? Честно, каждый раз, когда этот ублюдок открывает на тебя рот, так и хочется ударить его.

Сидящий рядом Киллиан откинул голову назад и начал смеяться. Весь разговор и так улыбался, смотря на меня. Я ещё не привыкла к его смеху и улыбке. Обычно он говорил, что хочет меня задушить или что-то подобное, и на его лице нет ни намёка на радость. А теперь эти сумасшедшие улыбочки.

– Давай исполним его мечту. Может, в первый раз в жизни постоит за тебя, – прошептал весёлый Киллиан, приближаясь ко мне.

– Что это за голос? – Флин напрягся и уловил подвох.

Блядь! Блядь! Блядь!

– Это телевизор. Чего ты так переживаешь? – все внутренности трясло от противной лжи.

– Рика, ты живёшь в доме, наполненном мужчинами. Как я могу не нервничать?

– Сомневаешься во мне и моих чувствах? – я перевела взгляд на Киллиана и задержалась на его глазах. – Ты для меня единственный, Флин. Других не будет.

– Не сомневаюсь. Рика, я очень тебя люблю.

– И я.

Киллиан так же внимательно всматривался в мои глаза. Он уже не смеялся. Просто смотрел не отрываясь. Странное чувство и странный момент. Но мне не хотелось отводить взгляд.

– Малыш Флин уже отключился, – подметил парень, от которого я до сих пор не оторвала глаз.

Я подскочила с кровати, сгорая от стыда. Просто задумалась и смотрела в одну точку. Я не виновата, что этой точкой оказались его глаза. Уж простите. Пусть поскорее свалит из моей комнаты, и я вернусь к нормальной жизни, более-менее стабильной.

– Сегодня ложись на пол. Приду поздно, – я начала закидывать нужные вещи в большую сумку.

– Ты снова пойдёшь на эту работу?

– Я должна. Давай закроем тему, – мне хотелось поскорее сбежать из дома. Щёки, наверное, до сих пор красные от такого позора.

***

Киллиан

Проблемы со сном стали уже чем-то привычным. Ещё со времён психбольницы мне прописали снотворное. Без него я уже не мог. Когда смог сбежать, всё стало ещё хуже. Во снах ко мне приходила не только Люси, но и снилась сама больница с её ужасами. Каждый раз я подскакивал от этих образов и не мог нормально уснуть. Только когда выпивал таблетки, вырубался и не видел никого, и ничего.

Вот и сейчас лежал и смотрел в потолок. Дурацкая бесконечная бессонница. Как надоело.

Очередной шум раздался со стороны окна. Точно Энрика лезет домой. Не знаю зачем, но притворился спящим. Прищурив глаза, смог увидеть еле живой силуэт. Девушка прошла внутрь и села на кровать, закрывая лицо ладонями. Я не слышал всхлипов или чего-то похожего на плач.

– Чёрт. Чёрт, – прошептала она себе под нос.

Её рука стала сжимать и выворачивать кожу на другом предплечье. Совсем ненормальная? Что она творит? Я уже открыл глаза и хотел подать знак, что не сплю. Но Энрика подскочила и закрылась в ванной. Что происходит?

Какое-то время я ждал, пытаясь что-то осознать. И кажется, понял. Пришлось встать рядом с выключателем и подождать, чтобы убедиться. Спустя пару минут она вышла, и я в ту же секунду включил свет.

– Что ты делаешь? – возмутилась она.

Но помимо возмущения на её лице отражался страх. Дикий страх. А я, кажется, рот открыл от этой картины. Энрика стояла в шортах и короткой майке. Практически всё её тело можно было рассмотреть. Ком образовался в горле. Новые синяки. Это, блядь, свежие удары.

– Кто с тобой это делает? – я поднял взгляд к её глазам и мигом подошёл ближе, хватая за подбородок и слегка поворачивая его. – Теперь даже на лице? Блядь, кто это? Флин твой? – на её скуле красовался свежий синяк.

– Это неважно, – она оттолкнула мою руку и улеглась на кровать, с головой накрываясь одеялом.

– Зачем ты терпишь этот пиздец? Кто это сделал? Флин?

– Нет, – доносился тихий голос.

– Дядя твой?

– Нет.

– Эд? – у меня уже заканчивались предположения.

– Можешь не пытаться, я всё равно не отвечу. Это бессмысленно, – Энрика выглянула из-под одеяла. Её лицо не выражало эмоций.

Пустые, безжизненные глаза. Казалось, что страх прошёл, осталось только принятие ситуации.

– Хотя бы за то, что ты спасла меня, я хочу отплатить. Ты же понимаешь, что я могу тихо убить ублюдка. Могу помучить его. Просто скажи, кто?

За время совместного проживания я часто стал забывать о прошлом. Да, даже вспомнив сейчас, понимал, что такое с девушкой может сотворить только животное. Которое я в состоянии застрелить.

– Киллиан, я очень устала. Давай спать. У меня правда нет сил.

Энрика мне не расскажет. Как бы я ни пытался. Сейчас мы рядом, потому что так сложились обстоятельства. Но через пару дней всё вернётся на круги своя. Я тоже не рассказал ей свой секрет. Продолжал стоять, глядя на эту картину. Сказать, что я в шоке – это промолчать. Чтобы она ни сотворила в прошлом, такого не заслуживает ни один человек.

Мне пришлось выключить свет и лечь на пол. Я пытался всё осмыслить, но не получалось. Почему она это терпит? Почему продолжает работать в том месте? Почему не соглашается на помощь? Я же обратился к ней, когда не знал, куда пойти. Но, кажется, стал забывать основную истину. Не все такие идиоты, как я, которые растеряли всех друзей и близких. У Энрики явно кто-то есть, тот же самый Флин. Поэтому ей и не нужна моя помощь.

Резкий звук отвлёк от самокопания. На телефон Энрики пришло сообщение. Пришлось подождать пару секунд, чтобы убедиться, что она уснула. Честно сказать, уже успел подглядеть её пароль. Кто виноват, что она вводила его рядом с моим лицом? Понимаю, что поступаю неправильно.

Но вдруг там будет разгадка хоть на один мой вопрос.