Глава 1. «Выгодное» предложение

Энрика

– Да, давай увидимся завтра. Я попробую выбраться через окно, – мой голос звучал так радостно впервые за день.

Я шла по ночной набережной и болтала по телефону с человеком, который приносил счастье в мою мрачную жизнь.

Ветер, то и дело, запутывал распущенные волосы. Сейчас лишь лёгкая ветровка дарила ощущение тепла. Жаль, что это были не руки любимого Флина. Сентябрь выдался довольно прохладным, из-за чего осенняя хандра ощущалась всё сильнее.

– Не ходи так поздно одна. Чёрт знает, на кого можешь наткнуться. А я сегодня всю ночь на смене. Даже не смогу помочь, если что-то случится, – мой парень всегда переживал за меня в такие вылазки.

Мне было всё равно на безопасность. Хоть ненадолго покинуть этот дом и вздохнуть полной грудью, забыв обо всех проблемах и сложностях. Сегодня мне так хотелось расслабиться в руках любимого и уснуть, уткнувшись в его грудь. Но его чёртова работа появилась очень не вовремя.

– Хорошо, Флин. Ещё немного прогуляюсь и вернусь домой.

– Люблю тебя, Рика, – голос звучал так нежно, что я прикрыла глаза.

Его любовь и тепло помогали мне держаться на плаву и не сходить с ума. Он один был рядом в тяжёлое время и успокаивал меня. Каждый раз забирая часть боли себе. Я чувствовала это каждой клеточкой своей кожи.

– И я тебя.

Мой телефон коснулся кармана, а в наушниках уже играла одна и та же песня. Я любила постоянство. Слушая каждый звук, я знала, что будет дальше. От этого было так легко, так понятно, что можно ожидать. Всё было привычно: маршрут от дома к набережной, музыка, накинутый капюшон и спрятанные от ветра волосы. Мне не хотелось сейчас видеть людей. Хотелось побыть одной и, наконец, выдохнуть.

Мои мысли часто возвращались в тот день. Я совершила ошибку. Огромнейшую ошибку в своей жизни. До сих пор бросало в дрожь, когда вспоминала те серые глаза, которые со жгучей ненавистью прожигали меня. А я могла только ронять слёзы.

Как бы ужасно это ни звучало, сейчас меня заботило только одно дело, ради которого мне приходилось трудиться вновь и вновь, падая всё ниже.

Моя двоюродная сестрёнка. Я всё сделаю ради тебя.

Опять, что ли? Наушники стали работать всё хуже. Один из них постоянно отключался. Как же достало. Зарабатываю достаточно, а на себя практически не трачу. Хоть бы это всё быстрее закончилось.

– Ты можешь говорить быстрее? – грубый мужской голос раздался неподалёку.

Ух, блядь, зачем я сюда пришла? Не хочу никого видеть.

– Где он? Отвечай, сука!

– Я правда не знаю. Он пропал, клянусь вам, – дрожащий голос парня заставил меня повернуть голову.

Нет, я не собиралась никого спасать. Мне плевать на тех, кто не входит в мой близкий круг. Я сразу догадалась, что здесь очередные разборки семей. Но это была северная часть города, то есть наша. Так что бояться мне нечего. Я дочь бывшего главы семьи. Так что пусть хоть убьют. Главное, чтобы убрали за собой.

Наш город делился на секторы. Основным был центр. Он обладал большей властью и независимостью, чем другие. Север и юг шли после него. У нас вечно шла борьба за лидерство и расположение к нам центра. Как раз в такой войне я и лишилась родителей, попав под опеку дяди.

В темноте было трудно разглядеть кого-то. Я видела лишь четыре мужских силуэта. Два громилы, явно охранники. В центре стоял весь из себя главный крутыш и рядом жертва. Всё происходило в укромном месте нашей территории, на неосвещенной улице.

Я случайно наступила на какой-то мусор. Шуршащий звук привлёк внимание амбалов. И кто-то двинулся на меня.

– Я Энрика Грейс. Остановитесь, пока не стало ху...

Один из придурков вытянул руку с пистолетом и прострелил мою ногу.

Сука. Гандон.

Я упала на колени. Ткань джинс перетягивала ногу, выдавливая кровь с ещё большей силой. Как же больно! Руками я пыталась зажать рану и даже не думала поднять глаза на толпу мужиков.

– Пропусти, – раздался тот же грубый голос.

– Твои ублюдки выстрелили в будущую главу. Кто вы, блядь? – меня распирала злость.

Я не любила кичиться своим положением, потому что от этого имени было одно название. Пока что прав и руководящей роли я не имела. Кто даст управление восемнадцатилетней девчонке? Я дожидалась своих девятнадцати, чтобы отомстить всем козлам. Ведь именно с этого возраста, по нашим идиотским правилам, можно было встать во главе семьи. Считалось, что совершеннолетия мало, что наследник должен окрепнуть в статусе взрослого. Хотя я не думаю, что этот год что-то поменяет в моей голове. Это всего лишь потраченное время, не более.

– А я думал, мне послышалось. Энрика, мама с папой не учили, что поздно гулять нельзя?

Мои глаза метнулись к наглому идиоту, который думал, что сможет выкрутиться из подобных обстоятельств. От шока, кажется, даже приоткрыла рот. Передо мной стоял глава южной семьи. Эдвин Блейн.

– Что вы тут забыли? Если узнают, что вы были зде...

Мой рот накрыла ладонь одного из амбалов.

– Что с ней делать? – спросил у босса мужчина за моей спиной. – Сразу пристрелить?

– Не торопись. Отвезём её к нам и решим.

Прекрасно. Меня увозят в другую часть города. Никто из наших не знает, где я. Флин на работе, да и мало чем смог бы помочь. Мой парень не принадлежит к основным семьям, а к так называемым косвенным.

Основных семей три. В центральной части «правит» семья Ноэль. В северной – Грейс. А южных ублюдков возглавляет Блейн. Косвенными называют семьи, входящие в определённый территориальный сектор. Они подчиняются приказам одной из основных семей и выполняют мелкие поручения. И есть обычные люди, которые не подозревают о существовании деления. Живут, не зная, что главы многих корпораций занимаются не только бизнесом, считая нас простой элитой.

Меня закинули в багажник и закрыли его. Идиоты, вы ещё не знаете меня. Моё детство проходило в кругу приближённых нашей семьи. Отец учил основам самообороны, а после его смерти многие, кто уважал и любил отца, не отвернулись от нас. Были и те, кто продолжил моё обучение. Отец с матерью обладали нерушимым авторитетом и уважением.

Наконец машина остановилась, и я увидела проблески света. Глаза заболели от долгого пребывания в темноте.

– Доброе утро, красавица, – амбал вытащил меня из багажника и на руках понёс в дом.

Огромный участок, куча камер и персонала. Наш дом в разы отличался. Но я не особо осматривала местность. Жгучая боль в ноге заставляла меня прикрывать глаза и в моменте лишь следить за дыханием. Наконец меня занесли внутрь и закрыли в комнате с медоборудованием, посадив на кушетку.

– Подожди здесь. Скоро приедет наш врач. Он залечит твою ногу, а мы пока решим, что с тобой делать, – сказал Эдвин, захлопывая за собой дверь.

Эдвин Блейн – действующий глава южной семьи, двадцатипятилетний мужчина, который совсем недавно взял на себя бразды правления. Высокий и коренастый брюнет с тёмными глазами. Мечта многих девушек из моего окружения, но уж явно не моя. Вечно сомкнутые густые брови делали его вид всё менее доброжелательным. Лёгкая ухоженная щетина тоже придавала свой шарм. Типичный весь из себя красавец, но такой ублюдок.

Я знала его. Прекрасно знала. Видела множество раз за свою недолгую жизнь. Ведь несколько раз в месяц проходят встречи в центре. Туда съезжаются как основные, так и косвенные семьи, в зависимости от значимости. Поэтому я не раз встречала там семейство Блейн.

Но он куда-то исчез. С того случая прошло два года, и я не знала, где пропадает Киллиан. После того, как брат вырубил его и вытянул мёртвую девушку из рук, Киллиана увезли. И больше я его не видела. И слава Богу. Думаю, он придушил бы меня, не задумываясь.

– Идиот, зачем ты это сделал? Ты хочешь проблем? Наше положение и так шаткое, – послышался из-за стены женский крик.

– Простите, я не подумал. Действовал опрометчиво, – это был голос амбала, подстрелившего меня.

Конченый придурок. Мне пришлось прислониться к стене, чтобы услышать их разговоры. В отличие от женщины, больше никто не кричал.

– Мама, тише. Я разберусь, – Эдвин был на взводе, хоть и пытался таким не казаться.

Вечно спокойный и педантичный. Тот самый сын маминой подруги. Идеал, которого вечно ставят в пример. Вот такой Эдвин Блейн. И он всегда был таким. С самого детства – только классическая одежда, даже за пределами собраний центра. Идеально выглаженные рубашки, на которых не должно попасть ни капли крови. Хотя сейчас он всё чаще носил тёмные вещи, может, как раз для того, чтобы скрывать подобную грязь.

Так о чём же я?

Разбирайтесь, ребятки, а у меня расслабляться времени нет. Я начала крутить головой и поняла, что единственный выход – через окно. Мне нельзя умирать. Не сейчас. Я ещё не всё сделала. Моя двоюродная сестрёнка нуждается во мне. И ради неё я пойду на всё.

Окно было узкое. Хотя его даже окном было трудно назвать. Маленькое окошко близь потолка. Пришлось подвинуть кушетку и оторвать часть ткани, лежавшей на ней, чтобы перетянуть рану. Хорошо, что это был первый этаж. Руками я подтянула тело, высовывая голову наружу. Толчок ногами – и я уже летела на землю.

Блядь, как же больно! Из ноги с новой силой хлынула надоедливая кровь. Кажется, я ещё её и подвернула. Комбо. Молодец, Энрика, так держать! Нужно скорее убираться отсюда. Но как? Высокий забор мне не перелезть.

О нет. Ну только не это. Чёртовы камеры.

– Она сбежала! – послышались голоса на улице.

Чёрт, чёрт, чёрт. Что мне теперь делать? Меня пристрелят прямо на месте? Я так жалко умру? Это кара за мои грехи?

– Стой, – руки Эдвина подхватили меня. – Ты делаешь всё ещё хуже. Мы тоже в затруднительном положении.

– Не тебе прострелили ногу, сукин сын! – я пыталась брыкаться, но выходило плохо.

– Я не убью тебя. Это создаст ещё больше проблем. У меня есть предложение, – мужчина смотрел на меня с усталостью.

Как и ожидалось, меня вернули в эту чёртову комнату. На этот раз со мной остался Эдвин. Следить, чтобы я опять что-нибудь не выкинула.

– Прости, я не хотел, чтобы подобное произошло. Это случайность.

– Я случайно не простреливаю ноги прохожим, – злость и боль смешались воедино.

– А теперь скажи мне, что ты слышала из разговора в том переулке? – он сел в кресло напротив кушетки и сложил руки на груди.

– Ничего. Мне нет смысла врать. Единственное, я поняла, что ты кого-то ищешь. Ни имён, ни описаний. Я ничего не знаю, – как бы мне ни хотелось врезать ему, сейчас моё положение ужасно.

Руки мне связали за спиной. А нога настолько сильно болела, что ей было тяжело пошевелить, не то что снова пытаться сбежать.

– Я тебе не верю, – бросил Эдвин, прикрывая рукой уставшие глаза.

– Круто. А что мне сделать? Поклясться? Покреститься? В ноги тебе броситься? Что? – я закипала внутри, несмотря на необходимость заткнуться. – Клянусь, господин, сказала вам правду. Покреститься не могу, руки связаны. В ноги броситься тоже, ведь вы мои прострелили, и мне не встать даже.

– Замолкни!

Наверное, я перегнула с язвительными комментариями.

– Молчу, молчу, – лучше бы мне ещё язык связали. Он вообще не слушался.

– Не в твоём положении открывать рот, – Эдвин подорвался и схватил меня за челюсть. – Жди врача.

После этих слов он вновь вышел, захлопывая дверь.

– А что там за предложение-то? – крикнула я вдогонку.

Кажется, я облажалась. Попытка побега привела к подвёрнутой ноге. А мой болтливый язык – к тому, что теперь мне не скажут какое-то предложение, благодаря которому я бы могла спастись.

Психуя, я легла на спину и стала ждать. Голова кружилась, видимо, от потери крови. Неужели я тут умру? Так глупо и бездарно? Но что-то свыше было против моей смерти, поэтому долго ожидание не продлилось. Врач приехал быстро и выполнил свою работу: вытащил остатки пули, зашил дыру в ноге.

Плюс шрам, круто. Ублюдки.

– Успокоилась? Теперь можешь говорить нормально? – Эдвин вернулся и осмотрел зашитую ногу. Часть джинсы пришлось срезать, чтобы доктору было удобнее. – Отлично, жить будешь.

– Что за предложение?

Сил на споры не было. Их вообще ни на что не осталось. Хотелось заснуть и забыть об этом сумасшедшем вечере.

– Не пойми превратно. Ты мне к чертям собачьим не сдалась, – он медлил и добавлял всякий бред к словам, продолжая тянуть с сутью предложения.

– Ну, давай уже. Что ты мямлишь?

– Отрезать бы тебе язык!

– Не первый раз слышу. Можешь его прострелить. Это же твоё хобби, – кажется, я соврала, силы язвить остались.

Эдвин поджал губы и замолчал на несколько секунд, проглатывая мои очередные комментарии.

– Сегодня останешься тут. А завтра я еду к твоему дяде и выкупаю тебя.

– Чего? – я резко подняла корпус и вытаращилась на этого идиота.

– Я выкуплю тебя не потому, что ты мне нужна. Мне кажется, ты слышала наш разговор, и я не могу быть уверен, что ты не лжёшь. Поэтому выкуплю в качестве невесты. Ты ещё мелкая, для брака не годишься. Так что просто поживёшь в нашем доме. Я тебя и пальцем не трону. Уж поверь. Вот когда тебе исполнится девятнадцать и ты получишь свой статус в нашем мире, тогда и назначим дату свадьбы, – казалось, что ему ужасно мерзко говорить мне такое. – Да и дяде тебя просто так вернуть не могу, с простреленной ногой.

– Кто-то хочет укрепить своё положение через завидную невесту? Свататься так просто не мог прийти, потому что получил бы от ворот поворот, да? А тут такая возможность подвернулась. Как славно всё это выходит, – у меня даже глаз стал дёргаться от наступающей ярости. – А мне что взамен, кроме жениха-придурка?

– Жизнь, – отрезал он. – Иначе мне придётся застрелить тебя. Я не могу позволить, чтобы наши секреты утекли к вам.

– Ты понимаешь, что я потеряю место главы своей семьи, если перейду в вашу? Мне остался год, и я смо...

– Ты согласна или нет? Мне не нужны лишние разговоры, – Эдвин был на взводе. Мои комментарии довели его.

– Но...

– Ты согласна или нет? Повторяю в последний раз? – его рука потянулась за спину, предполагаю, что там был пистолет.

– Согласна, – с позором ответила я.

Меня загнали в угол. На этом всё. Я в его руках. Мне не спастись. Но, кажется, у меня остался последний аргумент.

– Тебе не кажется, что если я попаду к вам, то узнаю ещё больше секретов? И это сыграет мне на руку, – я попыталась сделать уверенный голос.

– Нет, за тобой будут следить. Ни к чему важному не подпустят. Да и нам же лучше, если ты потеряешь положение. Северная часть ослабнет. Думаешь, я не знаю, что многие ждали тебя как главу из-за успеха твоих родителей? – Эдвин присел рядом со мной и улыбнулся. – Ты же хотела нам отомстить, я прав? За их смерть. Конечно же, ты винишь нас. И первым делом развязала бы войну. Мне это не нужно. Никому это не нужно. Оставь в прошлом и живи, как зверушка в нашем доме.

Ублюдок. Они все ублюдки. Твари, загубившие мою семью. А теперь и я по их просьбам должна буду исполнять приказы и сидеть тихо.

Они ещё узнают, кто такая Энрика Грейс. Я не дам им спокойной жизни. Отомщу за родителей и сживу придурков рода Блейн со свету. Хорошо, что Киллиан куда-то пропал. Он бы создал ещё больше проблем.

Но, кажется, я начала рано радоваться.