Глава 32: Битва за вершину

Две команды вышли на поле, атмосфера была накалена от напряжения. Команда Исаги была одета в белую форму, а команда Рина в ярко-красную. Это было столкновение игроков № 1 и № 2 — битва за вершину.

Курона начал игру, выбив мяч в сторону Исаги, как сигнал к началу матча. Курона немедленно занял правый фланг, его скорость не имела себе равных, за исключением, возможно, еще одного игрока "Синей тюрьмы", в то время как Наги занял позицию у левого фланга, его присутствие излучало спокойную уверенность.

Исаги начал вести мяч по центру, мяч плавно двигался у его ног, пока он не оказался лицом к лицу с Рином. Без колебаний он предпочел стратегию интуиции, отправив резкий пас Куроне справа. Курона, известный своей скоростью движения с мячом и ловкостью в труднодоступных местах, пробежал по флангу, лавируя по полю с непринужденной точностью.

Арю шагнул вперед, чтобы перехватить продвижение Куроны, его длинные конечности создали почти непроницаемый барьер. Но Курона, сделал быстрый пас через поле на Наги слева, изменив ход игры прежде, чем Арю смог отреагировать.

Игра была в самом разгаре, и тактическое сражение только начиналось.

Наги двигался быстро, готовясь бить, но прежде чем он успел нанести удар, Токимицу бросился вперед с удивительной решимостью, преграждая ему путь. Это напоминало то, что Исаги и Райчи сделали с Наги в их предыдущем матче, пресекая его попытки забить на каждом шагу.

В этот мимолетный момент острый взгляд Наги уловил, как Исаги занял выгодную позицию рядом со штрафной.Наги выполнил изысканный навес, послав мяч по дуге в воздух в сторону Исаги.

Мяч опустился прямо перед Исаги, и не дожидаясь пока он упадет полностью, он нанес удар левой ногой. Удар был точным, мощным и нацеленным в правый верхний угол. Вратарь сделал рывок, но не смог даже зацепить мяч.

Сетка задрожала, когда мяч влетел в неё. Гол, команда Исаги вышла вперёд.

Динамики загудели, и на экране высветился счёт: 1:0. Курона и Наги обменялись быстрыми жестами, их волнение было заметно после хорошо скоординированного гола.

Тем временем Рин неподвижно стоял в центре поля, пристально глядя на Исаги. Он внимательно следил за каждым движением Исаги, но результат не произвёл на него впечатления.

С видом безразличия Рин направился к центру поля, его лицо было холодным.

«Посредственность»

Сказал он сухо, и его голос перекрыл короткие радостные возгласы. Слово повисло в воздухе, словно вызов, окутанный презрением.

Исаги встретил взгляд Рина, не дрогнув, и огонь в его глазах разгорелся ещё сильнее. Схватка была далека от завершения, и провокация Рина лишь усилила накал того, что должно было произойти.

Команда Белых быстро вернулась на свои позиции, подготавливаясь для продолжения. В центре поля Рин застыл над мячом, его взгляд был острым и непоколебимым. Когда прозвучал свисток судьи, Рин сделал незаметный шаг вперед, язык его тела выдавал его намерение — он будет бить.

Инстинкты Исаги тут же сработали.

«Он ударит»

Исаги понял, что его мысли лихорадочно проносятся. Прямой удар по воротам с центра поля — неслыханное дело в обычном матче, учитывая расстояние и требуемую точность. Но это было не обычное поле. Уменьшенные размеры поля делали, казалось бы, невозможное не только вероятным, но и опасно достижимым.

Без колебаний Рин отвёл ногу назад и ударил по мячу с невероятной силой и точностью. Все взгляды следили за его траекторией, напряжение нарастало по мере того, как мяч взмывал в воздух, словно ракета, направляясь прямо к воротам.

Явная дерзость удара Рин заставила команду Белых на мгновение застыть, их удивление было очевидным. Но в эту долю секунды колебания один игрок инстинктивно отреагировал — Исаги.

Он предвидел смелую игру Рина, его острый ум просчитал траекторию еще до того, как мяч полностью окозался в воздухе. В отличие от кого-то вроде Джулиана Локи, Исаги не мог полагаться на грубую скорость, чтобы догнать мяч. Вместо этого он принял обдуманное решение перехватить его в полете.

В порыве решимости Исаги взмыл в воздух, акробатически изгибая свое тело, чтобы встретить мяч под нужным углом. Удар был перехвачен, ему удалось остановить опасный удар Рина. Но Исаги еще не закончил.

Тем же движением он точным пасом перенаправил мяч Куроне, который уже встал на позицию. Исаги мгновенно превратил защиту в нападение.

В комнате наблюдения глаза Эго на мгновение расширились, что было редкой трещиной в его стоическом поведении. Анри, стоявшая рядом с ним, громко ахнула и инстинктивно прикрыла рот рукой. От великолепия того, чему они только что стали свидетелями, они на мгновение оцепенели.

На поле реакция была такой же. Все игроки застыли в изумлении, на их лицах читались недоверие и удивление. Даже Рин, обычно невозмутимый, был ошеломлён. Он не просто недооценил способность Исаги предугадывать его действия — он и представить себе не мог, что Исаги не только перехватит удар, но и так легко превратит начнёт контратаку.

Курона, который, пожалуй, был удивлён больше всех акробатическим перехватом Исаги, быстро вернулся к действию. Сохраняя темп, он продолжил свой бег по правому флангу, инстинкты вели его вперед.

Поле гудело от нетерпения, когда обе команды приходили в себя, меняя позиции, чтобы приспособиться к внезапному изменению игры. Рассчитанными движениями Наги побежал к левому флангу, привлекая внимание как Куроны, так и Токимицу. Его присутствие было невозможно игнорировать, и он использовал его, чтобы незаметно нарушить защиту команды Красных, слегка сдвинув Токимицу с позиции и создав больше пространства для действий Куроны.

Синергия между тремя игроками команды Белых начала обретать форму — тактический танец, который намекал на нечто гораздо более опасное, чем индивидуальное мастерство — сплочённость.

Курона оказался лицом к лицу с Арю, но на этот раз он не стал сразу пасовать, как раньше. Вместо этого он положился на свою ловкость и невысокий рост, совершив серию небольших финтов. Каждое движение было просчитано, чтобы вывести Арю из равновесия ровно настолько, чтобы Курона мог без труда проскользнуть мимо него.

В середине поля Рин занял стратегическую позицию между Наги и Куроной, готовый перехватывать любые передачи, которые могли встретиться на его пути. Однако решение Куроны было не тем, чего Рин ожидал. Вместо того чтобы отдать пас, Курона рванул вперед, взяв игру в свои руки.

Тем временем Исаги, только что продемонстрировавший невероятную игру в защите, уже бежал к штрафной площадке. Его взгляд был прикован к разворачивающейся ситуации, он просчитывал свой следующий шаг. Вторая причина, по которой Рин оставался в центре, стала ясна — он опасался Исаги. Но даже с его острым чутьём, Рин не мог предусмотреть все варианты, и команда Белых начала извлекать выгоду из этой непредсказуемости.

Курона бежал вперед, его скорость и контроль приближали его к штрафной площадке на правом фланге. Ворта были в поле зрения, но путь к ним был далеко не ясен. Арю, после поражения несколькими минутами ранее, начал резко возвращаться по диагонали, используя своё тело, чтобы закрыть брешь и заблокировать любой потенциальный удар.

Два игрока сошлись в безмолвной схватке — ловкость и скорость Куроны против тела и позиции Арю. Возможности Куроны сужались, и напряжение на поле нарастало, пока все ждали его следующего хода.

Витавшее в воздухе предвкушение рассеялось, когда Курона, поняв, что его путь фактически заблокирован, сделал умный пас на Исаги, который находился примерно в 23 метрах от ворот. Это был просчитанный ход, отдавший игру тому, кто мог переломить ход атаки.

Большинство игроков на поле отвергли идею прямого удара с такого расстояния, такую дерзость они могли бы приписать только кому-то вроде Рина. Конечно, Исаги не стал бы пытаться сделать что-то настолько безрассудное.

По крайней мере, так все думали.

Рин, как всегда, предвидел ход Исаги и позиционировал себя с непоколебимой уверенностью. Он уже изучил ситуацию, полагая, что разгадал каждое намерение Исаги.

Исаги, однако, не растерялся. Спокойно ударив левой ногой, он отправил мяч в левый верхний угол ворот. Это было смелое и невероятное решение, которое должно было проверить не только способность Рина предугадывать, но и его рефлексы.

«Я был прав, я сразу понял твою игру»

Подумал Рин, внимательно наблюдая за Исаги.

Рин почувствовал прилив уверенности, как только Исаги нанес удар. Он предвидел этот удар, предсказывая, что Исаги будет целиться в левый верхний угол. С довольной ухмылкой Рин занял идеальную позицию для перехвата мяча, готовый отбить его со своей стороны.

Когда мяч полетел в его сторону, Рин прыгнул, вытянул ногу, готовый сделать блок, и был уверен, что это его шанс проявить себя, пока не случилось неожиданное.

Как раз в тот момент, когда Рин прыгнул, рассчитывая заблокировать мяч, произошло нечто неожиданное. Мяч, вместо того чтобы оставаться на своей первоначальной траектории, изменил путь в середине полета. Это был не просто сильный удар — Исаги немного закрутил мяч, чтобы обойти тот Рина.

Мяч пролетел мимо него, скользнув по краю его вытянутых ног, и попал в правый верхний угол ворот. Рин, который едва успел подбежать к воротам, с недоверием наблюдал, как мяч описал идеальную дугу и ударился в угол ворот.

Это был мастерский удар, которого Рин не ожидал, и он застыл на месте, всё ещё протягивая ноги к мячу, который уже был в сетке.

Рин рухнул на землю, его тело и разум в тумане реагировали на неудачу. Его неудачная попытка блокировать удар Исаги, казалось, бесконечно повторялась в его сознании, и каждый кадр напоминал о том, как быстро всё пошло наперекосяк. Он даже не заметил, когда всё изменилось — когда он начал выкладываться по полной против команды Белых, когда давление возросло и когда он начал сопротивляться. Всё произошло как в тумане, слишком быстро, чтобы он мог это отследить.

Затем, во внезапном, пронзительном осознании, его осенило.

«Исаги сделал это специально»

Исаги своими спокойными, рассчитанными движениями намеренно поставил Рина в такое положение. Каждое решение, каждый пас, каждое действие — все это было подстроено так, чтобы вывести Рина из равновесия, подтолкнуть его к перенапряжению и, в конечном итоге, к поражению. Рина обыграли. И Исаги, с его растущим талантом, справился с этой задачей.