Глава 16

— Ты как раз вовремя, — сказала мама Субин, когда та вернулась домой из школы, — Тебе звонят.Субин подошла к телефону. Они с Чаном только что разошлись, почему он уже звонит?— Алло, — удивленно сказала она в трубку.— Привет, Субин! Это Дженни.— Привет!— Ты занята? Сегодня хорошая погода, не хочешь сходить к маяку?Субин слышала об этой исторической достопримечательности.— О, давай, с удовольствием!— Отлично!— Уходишь с Чаном? — спросила мама, когда Субин повесила трубку.— Вообще-то с Дженни. Она хочет показать мне маяк. Можно?— Конечно, я только за. Здорово, что у тебя появляются новые друзья. Чан мне очень нравится, но надо и с другими людьми общаться. Это полезно.Субин подошла к холодильнику и взяла банку «Спрайта».— Сегодня пришли твои оценки за середину семестра.Субин чуть не подавилась содовой. До цветения дела в школе шли хорошо, но потом, когда ее жизнь перевернулась, Субин забыла об учебе.— Три пятерки, две четверки. Ты молодец, — с улыбкой сказала мама и, рассмеявшись, добавила: — Честно говоря, я горжусь собой. Неплохо я тебя выучила, а?Субин закатила глаза и взяла у мамы листок с оценками. Четверка по биологии ее не удивила, да и пятерка по английскому тоже. Продержаться бы так до конца семестра... Хорошо, что худшее позади.— Почему папина машина стоит у дома? — спросила Субин.Мама вздохнула.— Он заболел. Весь день страдает, даже на работу не пошел.— Ничего себе, — удивилась Субин. — Он сто лет не пропускал работу!— Да. Я уговорила его не вставать с постели. Завтра должен поправиться.С улицы донесся гудок автомобиля.— Вот и Дженни!Мама с улыбкой пожелала ей удачи. Субин села на заднее сиденье, и Дженни обернулась к ней.— Привет! Маяк у нас просто чудо, настоящая классика! Ты будешь в восторге.Мама Дженни высадила их на парковке.— Вернусь за вами через два часа.— Давай, пока! — Дженни помахала ей на прощание.— Куда теперь? — спросила Субин, посмотрев на океан.— Пойдем пешком, — ответила Дженни, показав на остров.— Пешком на остров? — удивилась Субин.— Ну, вообще-то во время отлива это перешеек.Прикрыв глаза от солнца, Субин прищурилась и взглянула на остров.— Не вижу там маяка.— Он не похож на маяки, какие рисуют на картинах. Это обычный дом с лампой на верхушке.Дженни повела ее к узкой полоске песка, соединявшей сушу с маленьким островом. Соленый ветер ласкал лицо. Удивительно, что Субин так нравился запах океана, ведь соленую воду она не выносила.Они подошли к острову и увидели гравийную Дорожку, которая поднималась на холм, а через несколько минут впереди показался маяк.— И правда, обычный дом!— Только с лампой, — указав наверх, ответила Дженни.Под пристальным взором охранников Дженни изображала из себя гида: водила Субин по небольшому дому и рассказывала историю маяка. Он играл важную роль во время цунами.— Они клевые! — заверила Дженни. — Ну, когда не слишком сильные.Субин не разделяла ее энтузиазма.Дженни вывела подругу во двор и показала багряные цветы, росшие на скалах по краям острова. «Такие милые», — восхитилась Субин, погладив пучок крошечных цветков.Дженни расстелила на траве покрывало. Девочки сели и несколько минут любовались океаном — Субин было очень спокойно на красивом скалистом острове. Потом Дженни достала из сумки батончик «Сникерса» и небольшой пластиковый контейнер.— Что это?— Клубника, — ответила Дженни и добавила: — Учти, экологически чистая.Субин улыбнулась и сняла крышку.— Спасибо! Выглядит обалденно. — В миллион раз лучше, чем шоколадный батончик, который с удовольствием жевала Дженни.— Ну, и что у вас с Чаном?Субин подавилась клубникой и закашляла.— В смысле?— Ну, вы встречаетесь?— Да уж, ты не ходишь вокруг да около... — сказала Субин скорее клубнике, чем Дженни.— Ты ему нравишься. — Дженни вздохнула. — Хотела бы я нравиться ему хотя бы вполовину так, как ты!Субин стала ковырять вилкой клубнику.— Он понравился мне в первый же день, как переехал. Мы с ним вместе были в футбольной команде, — с улыбкой пояснила Дженни.Субин представила себе десятилетнюю Дженни, такую же своевольную и откровенную, как сейчас, и оттого не очень ладящую с остальными ребятами. Конечно, добрый и открытый Чан ей понравился. Но...— Дженни, без обид, почему ты мне это рассказываешь?— Не знаю. — Они немного посидели в тишине. — Я не хочу, чтобы ты испытывала муки совести или еще что, — заверила ее Дженни. — Я не нравлюсь Чану как девушка. Но у него должна быть хорошая подруга, такая, как ты. Чтобы я с ней тоже дружила.— Хорошо... наверное.— Ну, так ты теперь его девушка? — еще раз спросила Дженни.— Не знаю. Может быть?— Это вопрос? — насмешливо уточнила Дженни.— Не знаю. — Субин покосилась на нее. — Ничего, если я тебе расскажу?— Ничего! Буду представлять себя на твоем месте.— Ты иногда говоришь очень странные вещи, — уныло пробормотала Субин.— Да, Чан тоже замечал. Мне кажется, люди редко говорят, что думают.— Это уж точно.— Ну, так вы встречаетесь или нет? — не отставала Дженни.Субин пожала плечами.— Я правда не знаю. Иногда мне этого хочется, но ведь у меня раньше не было парня. Даже близкого друга не было. Это так здорово... Я не хочу терять друга.— Может, не потеряешь.— А я не уверена.— У отношений масса дополнительных плюсов, — сказала Дженни.— Например?— Если вы уже целуетесь, то он будет делать за тебя домашку по биологии.— Заманчиво, — ответила Субин. — Я в биологии полный ноль.Дженни широко улыбнулась.— Так он и сказал!Субин удивленно выпучила глаза.— Что? Не может быть!— Ну, это не секрет. Ты каждый день плачешься за обедом, что ничего не понимаешь. Чан тебе пригодился бы.— Почему ты меня уговариваешь? Большинство девушек на твоем месте попытались бы нас рассорить.— А я не большинство, — обиженно ответила Дженни. — И к тому же, — смягчившись, добавила она, — ему будет с тобой хорошо. Я рада, когда Чану хорошо.

— Я дома! — крикнула Субин, бросив рюкзак на пол и заходя в кладовку за персиками.Ее мама подошла через несколько минут, когда Субин уже лопала фрукты прямо из банки, поленившись достать тарелку. Мама не одарила дочь своим фирменным осуждающим взглядом, а только вздохнула, устало улыбнувшись.— Ничего, если я не приготовлю ужин? Перекусишь чем-нибудь?— Конечно, а что такое?— Папе хуже. У него болит живот, а теперь еще и температура поднялась. Пока не очень высокая, тридцать семь и семь, но я не могу ее сбить. Ни холодными компрессами, ни прохладной ванной, ни капсулами с иссопом и солодкой.— Да ладно? — удивилась Субин.У мамы были травы на все случаи жизни, и они творили чудеса. Друзья нередко обращались к ней за помощью, когда традиционная медицина уже не помогала.— А отвар эхинацеи пробовала? — Мама часто поила ее этим отваром.— Да, сделала целую кастрюлю, со льдом. Ему трудно глотать, так что пьет он мало. Вряд ли такое количество поможет.— Наверное, съел что-нибудь, — предположила Субин.— Может быть, — рассеянно и не слишком уверенно ответила мама. — Как только ты ушла, ему сразу стало хуже. В общем, — добавила она, поднимая глаза на дочь, — я весь вечер проведу с ним, попробую что-нибудь сделать.— Конечно, за меня не волнуйся. У меня есть банка персиков и гора домашки.— Что ж, увлекательного вечера нам обеим.— Ага. — Субин вздохнула и посмотрела на стопку учебников, ждавших ее на столе.

———————