Глава 10

Я теперь точно не засну. Особенно прочитав эту запись из дневника Зака Тарнеда. И если я была намерена с помощью этого дневника ответить на свои вопросы. То теперь благодаря ему их стало еще больше, нежели было в начале.Хаос исчезла? И эти двое, Зак и его брат – владельцы частицы ее силы? Она завещала всю свою силу самому достойнейшему?– Вирт, я теперь еще больше ничего не понимаю, – шепчу в пустоту, положив раскрытый дневник на колени.«Я, кстати, тоже», – задумчиво отвечает Вирт.– Что значит самому достойнейшему? Это ведь ты? У тебя ведь эта сила?«Я не уверена. Мне папа рассказывал, – даже удивительно, что я это помню, – что многие веками пытались подчинить себе силу хаоса. Но, сила убивала их быстрее, чем они пытались начать ее контролировать».– Что значит, убивала их быстрее?«Это обыкновенное правило симбиоза. Что происходит, когда донор и реципиент несовместимы?»– Отторжение, – вот не зря я много часов сидела над биологией. Готовилась тогда к итоговому экзамену.«Вот именно. То же самое происходит, когда в тело духа попадает сила. Если эта сила предназначена для него, значит, со временем он начинает ее контролировать. А если нет…»– Тогда смерть, – заканчиваю за духа.«Совершенно верно. Они все умирали, не проходило и года после Распределения».– Стоп, – останавливаю рассказ девушки. – Зак что-то упоминал про Распределение. Что это еще такое?«Это особый ритуал, через который проходят все духи при наступлении пятисот лет».– Хорошо, и что тогда происходит?«Дело в том, что до того, как нам исполняется пятьсот лет, у нас есть только намеки на настоящую силу. Понимаешь, просто подсказки, какую силу нам выбрать».– Но многие выбирали не свою силу? Даже получив намеки.«Бывает. Это же происходит с силой Хаоса. То, что мы прочли в дневнике Зака, это что-то вроде легенды среди духов».– Аааа, – до меня дошло, почему все выбирали силу Хаоса, игнорируя намеки на свою настоящую силу. – Они считали, что они достойнейшие.«Верно. Каждый, кто когда-либо читал или слышал эту легенду, считали, что именно им предстоит стать владельцем всей силы Хаоса. Что именно они достойнейшие. И на Распределении выбирали стихию Хаоса».– А, не справившись с ней, погибали?«Да. Они умирали. Но это был исключительно их выбор. Каждый знает и не только духи, но и остальные существа, что выбрать стихию Хаоса на Распределении – это большой риск. Точнее огромный. Потому что здесь только два выхода – либо сила подчиниться тебе, либо она поглотит тебя и уничтожит».– И ты также проходила Распределение?«Конечно, когда мне стукнуло пятьсот лет, я отправилась в Храм Силы…»– Что еще за Храм Силы?«Это Храм в центре сверхъестественного мира. Место, где хранится вся возможная среди духов сила. Темная, светлая и нейтральная. Каждая ждет своего часа и настоящего владельца»– А что происходит, когда дух умирает? Ну, то есть, совсем? – в связи с тем, что на меня и Вирт охотятся оборотни и вампиры, я бы хотела знать, что будет с ее силой.«Его сила возвращается обратно в храм, что бы дождаться нового владельца»– А разве у вас сила не передается по наследству? – выгибаю бровь. Я почему-то думала, что у них сила передается по наследству. Может, перескакивает через поколения, а может передаваться от матери или отца к ребенку.«Нет, конечно, – смеется Вирт. – Это же не цвет волос или черты лица. Сила – это.… Ну, это совершенно другие вещи».– А у родителей с темной силой может родиться светлый ребенок?«Такого я не помню. У нас вообще принят закон о том, что каждый должен послужить родине и хотя бы один раз за всю жизнь связать себя узами брака с особой с противоположной силой».– То есть, темный дух со светлым? Очень похоже на браки по договору.«В принципе так и есть. Чаще всего у нас это первые браки. Все хотят как можно быстрее заделать наследника, а потом развлекаться с кем хочешь».– И какие дети рождаются в таких браках? Нейтральные?«Иногда нейтральные. Но, обычно, у ребенка проявляются склонности к силе со стороны отца или матери»– Ясно. А что еще ты можешь рассказать насчет этого Распределения? Вы тупо приходите в храм, когда вам наступает пятьсот лет, выбираете желательную силу, а затем уходите?«Что-то типа того»– Ясно, – потягиваюсь, зевая. – Ладно, пора спать, а то нам слишком много дел предстоит сделать.«Это точно. Спокойной ночи»– Спокойной ночи, – шепчу, спрятав дневник Зака под матрасом и укладываясь под одеялом.Спустя час мои мысли уносятся в царство Морфея.Проснувшись на следующее утро от оглушающего звонка будильника на ухо, я едва не падаю с кровати. Еще даже не открыв глаза, закрываю уши руками, морщась от невыносимого звука будильника.До сих пор морщась от громкости, одной рукой прикрывая ухо, второй дотягиваюсь до тумбочки и выключаю будильник, наконец, вздохнув с облегчением.– Что это было? – спрашиваю у Вирт, пытаясь отдышаться от только что произошедшего.«Полнолуние».– В смысле? – при чем здесь полнолуние? А оно сегодня?«Такое происходит со всеми существами во время полнолуния. Мы более чувствительны ко всему, что происходит вокруг».– То есть ты хочешь сказать, что сегодня такое будет происходить постоянно?«В принципе, да. Я сама не очень люблю полнолуние. Та его в принципе никто не любит, потому что не любят терять контроль. Но я, если получиться, смогу тебе помочь».– Каким образом? – иронично выгибаю бровь.«Буду сдерживать свою силу. В день и ночь полнолуния, наши силы не подвергнуты нашему контролю».– То есть в любой момент у меня могут красным сиять глаза, появиться огонь на ладони или ускорение?«Можно сказать и так. Но я же сказала, что попытаюсь помочь, что бы день прошел более-менее нормально».– Ты переживаешь? – внезапно меня беспокоит эта мысль.«Ты о том, что если я не справлюсь то вампиры узнают о нас, а затем, не испытывая никаких угрызений совести, убьют нас? Та с чего мне переживать», – видимо Вирт хочет сказать это непринужденно, но на самом деле это звучит наигранно и саркастично. Как раз в духе Вирт.– Почему ты не рассказала мне об этом раньше?«По-твоему, если бы я сказала тебе что-то вроде этого «Катарина, слушай, у нас завтра полнолуние, во время которого мне трудно контролировать те крохи силы что у меня есть. Оу, и возможно, если я не справлюсь, и сила себя проявит, то у нас есть риск быть обнаруженными вампирами, а потом ими же убитыми», то ты бы спокойно на это отреагировала?».– Слишком много сарказма.«Прости, – в голосе духа звучит вина. – Это все это гребанное полнолуние».– Кстати, полнолуние ведь только ночью, почему это начинается сейчас?«Этого никто не знает. Но контроль теряют в течение всего дня и ночи. Точнее днем, это только знаешь, как маленькие вспышки приближающего пожара».– И ночью лес загорится.«Да. В Стронгхолде очень много существ, и все они сегодня отправятся в лес, где смогут обернуться, побегать и выпустить пар. И нам, к сожалению, тоже».– Подожди, но ты же говорила, что нам опасно выбираться в лес. Нас ведь могут вампиры обнаружить.«Я помню, что я говорила. Но у нас с тобой нет другого выхода. Если ты не хочешь, что бы мы навредили родителям, тогда вечером мы уходим в лес».– А как же вампиры и оборотни?«Мы будем держаться от них подальше. Есть в лесу одно место, где точно никого не будет. Мы там немного попрыгаем, побегаем, возможно, я зажгу куст, если у меня хватит сил, а потом вернемся домой».– Хорошо.«А теперь, тебе пора в школу».– Нам пора в школу, – выделяю слово «нам», и отбрасываю одеяло в сторону.Спустя полчаса, я, полностью готовая и собранная, иду по направлению к школе. Но, как всегда, мои мысли слишком далеки от школы и ее проблем. Я думаю о том, что прочла вчера с дневника Зака.В самой первой записи, которую я прочитала еще в библиотеке, он писал, что Перерождение – это не выдумка или легенда, а правда. Не значит ли это, что он сам через него прошел, а потом спрятал этот дневник для тех, кто также пройдет Перерождение? А его слова о том, что он и его брат появились благодаря собранным Хаосом чувствам с примесью ее силы. Это звучит нереально, и в другой бы ситуации я бы подумала, что он над нами издевается. Но, черт, это ведь именно эта ситуация, а он не издевается. Или то, что его брат – светлый и добрый, а сам Зак – темный и жестокий, оказались не только полными противоположностями друг друга, но и прямо противоположными тому, какими должны быть. Его брат оказался жадным до власти и силы, а он – добрым и благородным.Что-то эта информация меня совсем запутала. Неужели это и правда, так было? Светлый брат, который защищал людей и сражался со злом, сам им оказался. А тот, кто наводил на города и деревни пожары и обвалы, на самом деле был светом, спрятанным под маской тьмы. Да, это вам не детские сказки, где добро всегда побеждает зло. Ну, можно сказать, что в данном случае, зло победило еще большее зло.– Слушай, а с тобой тоже такое же, как из Заком? – спрашиваю шепотом, опустив голову, так что бы волосы прикрывали лицо от посторонних и никто не увидел, что я сама с собой разговариваю.«Что именно?»– Ну, я о том, что с виду вроде бы самое настоящее зло, а на самом деле нет?«Катарина, мы с тобой это уже обсуждали. Я не хочу тебя разочаровывать. Но я отвечу. Нет, я не такая как Зак»– Но…«Не надо. Я не хочу говорить с тобой о себе. Сейчас я могу тебе ответить только так. Я не помню своей жизни. Вообще. И не могу тебе сказать, я такая, как Зак или нет»– Ты ведь только что сказала, что нет.«Да, я так сказала. Потому что, пусть я и не помню, но что-то внутри меня подсказывает мне, что в прошлом я много чего плохого сделала»– Ясно, – если бы кто-то рядом услышал мой голос, то абсолютно точно услышал бы в нем разочарование.Я толком не знаю, кто такая Вирт, но я видела ее. И хоть это было у меня во сне, я видела ее глаза. В них была грусть, безразличие, волнение, но никак не тьма, зло или жестокость. Те вампиры просто уверены, что она само зло. Что она жестокое существо. Но я знаю ее лучше.– Привет, – шепчет мне на ухо хриплый голос и я подпрыгиваю от неожиданности, тут же разворачиваясь лицом к говорившему.– Привет, Демиен, – отвечаю, поднимая голову и смотря прямо в насмешливые серые глаза.– Сильно торопишься? – спрашивает парень, не переставая ухмыляться.– Ну, скоро звонок на урок, а у меня первым биология.– А ну да, снова противный мистер Лоуренс, – он упоминает директора с таким выражением лица, будто съел кучу лимонов.– Похвально, что не одна я так думаю о нашем директоре, – невольно у меня на лице появляется улыбка.– Он сам виноват, – пожимает Демиен плечами. – Ты что сегодня после школы делаешь?– Еще не знаю, – пытаюсь придать своему лицу гримасу безразличия. Но, черт, это сейчас так трудно. Именно в этот момент я чувствую как мой слух обостряется и я слышу каждый звук в округе, будто кто-то издает их рядом с моих ухом в громкоговоритель.– Значит, – начинает парень, задумчиво, и будто растягивает удовольствие, не переставая ухмыляться. – Ты не против со мной прогуляться? Или может быть пообедать?– Эмм, – такого я точно не ожидала. Ну почему именно сегодня?«Не забывай, он тоже вампир. Ну, древний вампир. И полнолуние на него влияет точно также, как и на нас с тобой. Он буквально может слышать твое настроение или эмоции», – говорит Вирт, как бы, между прочим.– Я даже не знаю, – надо как-то увильнуть от этого. Думай, Катарина. Ты должна придумать крутую отмазку. Ты же не можешь ему сказать, что после школы будешь стремглав бежать домой, а как только стемнеет, с помощью Вирт, будешь по лесу бегать на скорости и перепрыгивать с ветки на ветку, пока не станет легче? Ага, только в этом случае попрощайся с жизнью и всеми своими планами на ближайшее будущее.– Отлично, я буду ждать тебя после школы возле центрального входа, – неправильно понимает мое молчание Демиен, и, посмотрев на меня несколько секунд, все еще с ухмылкой идет в сторону школы.– Я подписала себе смертный приговор? – едва шепчу, надеясь, что Демиен подумает, будто это адресовано ему, а не Вирт, в моей голове.– Смотря, что именно для тебя значит обед, – остановившись и слегка повернув на меня голову, отвечает Демиен. – Некоторым это действительно смертный приговор, а другим – нет.И уходит.Только когда он оказывается достаточно далеко, я разворачиваюсь к нему спиной и шепчу Вирт.– О чем это он?«Для начала отвечу на твой первый вопрос; можно сказать и так. А вот второй. Скорее всего, он имеет в виду свою трапезу»– Свою? Ты про кровь?«Да. Знаешь, у древних вампиров есть одна фишка. Правда, она не очень хорошая для людей, но тебе нужно это знать. У этих вампиров абсолютно отсутствует стоп-сигнал»– Что еще за стоп-сигнал?«Короче, когда они пьют кровь из человека, у новых вампиров, – так мы называем тех вампиров, что появились только полторы тысячи лет назад, – в определенный момент есть сигнал, который говорит им, типа «Хватит пить кровь, твоя жертва сейчас умрет». Понимаешь, с помощью него они знают, когда им остановиться».– А у древних такого нет?«У них такого нет. Они не понимают, кого нужно оставить человека. Древние вампиры выпивают человека досуха. И вот именно это имел в виду Демиен. Для некоторых это смертная казнь, потому что вампиры выпивают их до конца, пока не останется ни одной капли крови».– А другие?«А это те, кто сознательно идет на это. Я тебя удивлю, но среди людей есть те, кто в курсе о древних вампирах, и они охотно продают им свою кровь за достаточно большую сумму»– Продают? Их не убивают?«Конечно, нет. Бывают иногда такие случаи, что вампир настолько голоден, что ему плевать на крики продавца, но это редкое явление. Многим вампирам проще купить у человека кровь в его теле за пару тысяч баксов, а не выслеживать ночью подходящего человека, что бы убить его на месте. С этим слишком много мороки»– Ну да, деть тело, а если его еще и искать будут?«Вот именно. Так что, сейчас вампирам лучше найти таких людей и просто купить кровь».– Ладно, надеюсь, что он не имел в виду именно эту трапезу, – шепчу, направляясь к школе.«Сомневаюсь, что он решиться пить твою кровь. Ему и Арнольду нужен Питер, а если твой друг узнает, что Демиен пил твою кровь и выдал их секрет, он не будет им помогать. Ему это невыгодно».Утешила, называется.