ПРОЛОГ

Ты убил ее.Кровь стекает по связанным за спиной рукам и жирными каплями оставляет на земле следы, словно хлебные крошки, указывающие верный путь к жертве. Девушка останавливается около старой ели и, пытаясь перевести дыхание, выжидающе вглядывается в лесную темень. Плечи безжалостно заныли, отзываясь острой болью в районе связанных туго-натуго кистей. Паника, смешиваясь с металлическим вкусом крови, едким дымом разъедает судорожно работающие легкие. Тихо. Холодно. Страшно.Вместе с ледяным ветром до слуха донеслись рыки, повергающие в дикий ужас всякое живое существо. Девушка замешкалась на секунду, затем с новой силой рванула вперед, раздирая кожу на босых ногах об колючие ветви голых кустов. Перед ее синими глазами мелькали огромные белоснежные силуэты волков; они не нападали, а играючи то приближались, то отдалялись, как зверь, загнавший в ловушку свою добычу и теперь с наслаждением наблюдающий за ее тщетными попытками спасти себе жизнь. Девушка сдалась. Перед ней простиралось бескрайнее озеро, манившее своей загадочной гладью, которая, словно огромное зеркало, отражало холодное и безучастное полнолуние. —О Катáл! – горестно воскликнула девушка, глядя куда-то ввысь. – Теперь я понимаю! Прости! Прости!Горячие слезы потекли по нежным щекам, словно дождь, омывающий еще живое тело. Шелест волн и грозное рычание жемчужных волков – реквием по истерзанной женской душе. —Если мне суждено умереть, то уж точно не от его рук, — дева быстро окинула яростным взглядом хищников и, не раздумывая, бросилась в воду. —Нет! – послышался истошный мужской крик. В этом восклицании воедино слились осознание ошибок прошлого, безнадежность и боль утраты. Поздно. Она мертва, горестный незнакомец. И ее смерть на твоей совести...

«Санторум». Ветхий Завет