Глава 49

Тим🏈

Она узнала...И весь мой мир рухнул, я увидел ту боль в ее глазах, причиной которого был я! Моя гребанная ошибка! И теперь эта ошибка, превратилась в глобальную проблему. Я не иду за ней, не останавливаю ее, потому что знаю, что сделаю еще хуже, знаю, что сейчас я ей противен...Провожу ладонью по лицу и рычу, ударяя по каменной стене, так что костяшки пальцев краснеют и начинают гореть.– Как?! Как твою мать она забеременела?! Мы же...черт...Вынимаю телефон из кармана и набираю Зои.– Алло, — ее голос заплаканный, так как она шмыгает носом.– Зои...как...как ты узнала, что беременна? Может это ошибка, может...– Ошибка? Наш малыш ошибка?Чеееерт! Чувствую себя таким же говнюком и мразью как бывший парень Лил. Это нормально что я не рад этой новости? Конечно нормально, так как я не хотел ничего общего с этой девушкой.– Я не это хотел сказать...то есть как ты узнала, что беременна?– Я не важно чувствовала себя несколько дней, у меня не было аппетита и меня тошнило. Я сделала тест, так как у меня случилась и задержка...Тим, ты можешь приехать? Мне страшно. Мне нужна твоя поддержка.– Не думаю, что это хорошая идея Зои...твой отец...я не хочу его видеть.– Я уже сказала ему.Твою мать...– И что он сказал? Уже отдал приказ всем своим псам чтобы принесли ему мою голову?– Нет, — из нее вырывается смешок. – Он сказал, что хоть ты и чуток борз, но ты хороший парень...и будешь отличным отцом.Просто зашибись, уверен Хорхе уже раз десять расчленил меня, воскрес и снова оторвал все мои конечности.– Зои, ты хочешь этого ребенка? — не могу поверить, что говорю это.– Тим, конечно я хочу нашего ребенка.Сжимаю челюсть до скрежета зубов. Я ничего не чувствую, абсолютно ничего. Я, который предотвратил аборт своей сестры, хочу, чтобы мой ребенок исчез.– А ты?Нет...– Я приеду завтра, и мы поедим в клинику, одним тестом это не решается.Я помню, что Лил сдала анализы и лишь потом подтвердилась беременность.– В клинику? Я просто очень боюсь клиник, этот запах и все такое, он действует на меня плохо.Она что издевается?!– Ты беременна, Зои, по крайней мере ты так говоришь, и нам надо узнать наверняка.– Тим...я бы...я бы никогда не соврала тебе по этому поводу, я, когда приехала у меня с собой был тест...просто, когда ты сказал мне уехать...я не успела его тебе показать.– Тест, это не на сто процентов подтверждает беременность. Ты должна сдать анализы, что ли.– Да...да ты прав...я могу сделать это сама, тебе не обязательно если ты не сможешь.– Я смогу. Завтра утром я заеду за тобой, и мы поедим в клинику.– Хорошо. Если ты будешь рядом, то все будет хорошо, Тим. Я люблю тебя.Я ничего не чувствовал. Абсолютно. И я знаю, что это нормально, это должно быть так. Потому что мое сердце было лишь у одной, и я не собирался делиться этим, даже самую малость, даже частичку. Мое сердце, мое тело, мои мысли принадлежали Русалке. И если даже они ей не будут нужны после этого, я никому не собираюсь отдавать их. Я их сожгу, уничтожу, но не отдам другой.– Увидимся завтра, — я мудак, редкостный. Она беременна и говорит мне что любит меня, а не хочу иметь с ней ничего общего.

***

Утром я заезжаю за ней и Хорхе нет дома вроде, так как на мне пока ни единого синяка и мои конечности на месте.– Привет, — целует он меня в щеку как садится на пассажирское сиденье.– Привет, как ты? Как... — я киваю на ее плоский живот.– Малыш тоже себя чувствует хорошо, — она берет мою ладонь и прикладывает к своему животу, и я резко одергиваю руки, как будто ее живот горячая лава. – Я где-то читала что с первых недель малыши уже чувствуют своих родителей, — говорит она поникшим голосом.– Зои...просто порой я бываю бесчувствен, но это все для меня слишком спонтанно, я не знаю, что делать, как реагировать, — говорю я когда завожу мотор и мы двигаемся с места.– Все нормально Тим, это новые чувства и эмоции, для меня тоже, но мою душу согревает что у меня под сердцем есть частички именно тебя.Я опять ничего не чувствую, это нормально что я не хочу своего ребенка. Господи, я ничтожество.Мы паркуемся перед клиникой, и заходим через двери. Записавшись на прием врача, мы ожидаем несколько минут и заходим в кабинет ультразвукового исследование.Зои ложится, и я вижу, что она начинает расстегивать пуговицу на джинсах.– Я выйду, — говорю я поспешно.Но через пять минут врач зовет меня, я колеблюсь, но все же вхожу. Я стараюсь не смотреть в сторону Зои чтобы она не засмущалась, так как это осмотр снизу.– Так, во первых, поздравляю вас, у нас имеется беременность и срок у нас маленький четыре недели, — говорит она и смотрит в черно-белый экран, где только какие-то помехи и все движется. – Размеры шейки матки в норме, имеется легкий тонус, но это не проблема, мы уже имеем голову с глазными впадинами, крошечные зачатки рук и ног. Кровеносная система в четыре недели беременности примитивна, но все же она уже способна обеспечивать плод кислородом, — продолжает она улыбаться и говорить еще что-то что я не понимаю.Главное, что мне надо было узнать это то, что беременна она или нет, и это оказалось так...– Хотите услышать биение его сердце? — улыбаясь смотрит она на нас.– Да! Да! Конечно, — вскрикивает Зои.И мы слышим учащенное постукивание, как будто это сердце человека, вернувшегося с пробежки или после интенсивного спорта, а не маленького плода, у которого нет даже веса.– Боже мой...Тим...ты слышишь? — ее глаза слезятся. – Спасибо, — сжимает она руку врача и смахивает слезы.– Не за что, я лишь поспособствовала, чтобы вы услышали сердцебиение малыша.

***

– Не могу поверить... — уже пятнадцать минут мы стоим в пробке, и она пялится на черно-белое пятно в руках, фотографию УЗИ, что дала врач.Бросаю взгляд на фото и не могу понять своих чувств, они смешанные. Это моя плоть и кровь, мой ребенок, сердцебиение которого я услышал и ничего не почувствовал. Быть может это потому что его мне подарит не Русалка?Русалка...Как я мог так облажаться, я бы мог пасть на колени перед ней и умолять простить меня, я бы делал это днями и ночами, но ребенок, которого носит Зои, не пустит Бриану даже заговорить со мной.– Правда Тим? Как ты думаешь? — слышу я голос Зои.– Прости...я не слушал тебя.– Понимаю, ты тоже, как и я под впечатлением.Мы останавливаемся перед особняком Хорхе, и я замечаю его, его лицо, — чернее тучи, а глаза налились кровью и смотрят на меня взглядом дикого зверя.– Есть разговор, — говорит он и направляется в дом.Я следую за ним, он заходит в кабинет, садится за дорогой и массивный стол. Перед ним двое кресел, он кивает, и я сажусь в одно из них, Зои делает то же самое.– Выйди, Зои, — говорит он жестким тоном.– Нет!– Я сказал выйди!– Ее нельзя пугать в этом состоянии, — огрызаюсь я на него.– С тобой мы поговорим потом...выйди, — говорит он ей снова. И она, бросив на него ненавистный взгляд выходит из кабинета.– Значит ты обрюхатил мою дочь, Разрушитель, — утверждает он.– Никого я не обрюхатил, я даже не помню, как оказался в ее комнате.– Заткнись, щенок! — резко встав и вытащив пистолет, он нацеливает его на меня.В этот раз я точно уверен, что он меня не прикончит, закатываю глаза.– Ты не убьешь отца своего единственного внука, — как ненавистно это не звучало, это остается фактом, я отвожу взгляд игнорируя дуло пистолета.– Вы завтра же приступите подготовке к свадьбе! — рычит он вновь.Моя голова резко дергается в его сторону, и я прищурившись встаю с кресла.– Я не собираюсь жениться на Зои, я приму своего ребенка и дам ему свою фамилию, не более.– Что ты сказал?! — он обходит стол опять нацеливает на меня оружие.– Что слышал!– Ты мать твою женишься на ней! Будет так как я сказал.– Нет!– Да! Как раздвигать ее ноги, ты тут как тут, а жениться, видите ли он не хочет! Это не так работает парень!– Я не раздвигал ей ноги черт возьми!– Хватит! — врывается в кабинет Зои, держась за живот, — ее нижняя губа дрожит и глаза влажные от слез. Она плакала.– Зои! Дочка! Что случилось? — бросается к ней Хорхе, странный поступок для безжалостного монстра.– Ты не заставишь Тима жениться на мне! Никто не сможет заставить, — смотрит она на меня. – Если даже мы поженимся, я хочу, чтобы он сам этого захотел.– Si no lo presiono, no va a querer hacerlo. Nunca hija5, — что-то говорит он ей, вроде на испанском.– No quiero que lo presiones6, — отвечает ему Зои поникшим голосом.Но это тоже не заставляет меня чувствовать угрызения совести или вину.

***

Когда я отправляюсь домой, я чувствую, что истощен и мой мозг устал. Сегодня был очень насыщенный и тяжелый день. Я захожу домой и слышу детский плач, я уже думаю, что схожу с ума и просто готов бежать куда глаза гладят и вдруг из угла выходит Лил с малышом на руках.– Тим, все нормально? Ты выглядишь плохо, — сдвинув брови говорит она.– Я просто устал. Я в душ.– Я подожду тебя.Я киваю и направляюсь в ванную.Приняв душ, я выхожу к сестре и родителям.– Клэя нет?– Нет, у него дела, я приехала одна...Тим...мы можем поговорить?– Конечно.Мы выходим в сад и садимся на скамью, около дома.– Я говорила с Зои.Я прикрываю глаза на несколько секунд и вновь открываю.– И что она сказала?– Что ты будешь отцом.– Ура, — без эмоционально говорю я. – Не говори пока родителям.– Не скажу. Тим, хочешь поговорить об этом?– Лил, я ужасный человек, но я не хочу этого ребенка...чувствую себя последним негодяем, но ничего не могу поделать, — упираюсь локтями в бедра и закрываю лицо.Она притягивает меня к себе и обнимает.– Ты любишь другую...– Это уже не важно.– Зои говорила, что она причиняла тебе боль.– Это скорее я причинил ей боль.– Тим...никто тебя не заставляет влюбиться в Зои, но это твой ребенок и...– Я знаю, я не отказываюсь от него, но ничего больше я не могу ей обещать.– Помнишь ты говорил мне дать Клэю шанс, и я не пожалела ни на секунду.– Ты и Клэй, это другое.– Тим...я не хочу, чтобы ты изводил себя. Я люблю тебя.– Знаю, малышка Лило, — целую я ее в щеку. – И я тебя.

***

Я продолжал ходить в университет, как будто ничего не случилось и каждый день сталкивался с Русалкой, но она игнорировала даже простой мой «привет».– Пошли, Тим, — говорит Эрика и мы с ней направляемся на совместную пару, как видим Скотта, они как-то странно переглядываются с Рикой и Скотт кивает мне. Мы с ним пару раз играли в футбол вне университета до всей этой каши, когда моя жизнь еще не была так сложна.– Как жизнь, Ларсон?– Как видишь.– Я на пару, увидимся, Тим, — бросает мне Эрика и поспешно исчезает в аудитории.– Как идет футбол?– В последнее время, у меня как-то нет времени на него.– Ты самое главное не забрасывай, чует мое сердце что ты нам еще понадобишься, — хлопает он меня по плечу, и мы заходим в ту самую аудиторию, куда вошла Эрика.