Глава 30

«Как это произошло? – думала я, помешивая похлебку, стоящую на плите. – И что будет дальше?»

Я нарезала хлеб, делала соус, а сама все думала о наших объятиях.

«Пусть он и темный маг, но ведь живой человек, ему, как и всем, нужны объятия. Он соскучился по теплу и общению, хоть вида и не подает. Студенты не считаются, со студентами не пооткровенничаешь. Каково каждый вечер приходить в пустой дом, а в мире нет никого, кому ты дорог… Хотя я ничего не знаю о его родителях. Где они, видятся ли с ним? С друзьями все понятно, Чонгук сказал, что у него был единственный друг, но и того он потерял. Видно, друг не выдержал паршивенького характера темного мага, и они рассорились».

Я подала на стол. Луксур Чон ел молча и не смотрел в мою сторону. Я, конечно, не ждала оживленной беседы, но сделалось немного обидно. Хотя чего я дуюсь, ему сейчас не до разговоров – руки болят, и на душе скребут кошки.

Маг, как и обещал, после позднего обеда или раннего ужина – не знаю, как правильнее назвать – отправился отдохнуть в свою спальню, а я взялась за уборку: когда занята делом, грустные мысли не задерживаются в голове.

Тихонько напевая, чтобы не потревожить сон луксура Чона, я прошлась по комнатам второго этажа, убрала пыль с мебели, подоконников и портьер – давненько здесь не наводили порядок! – возвратила цвет выцветшему ворсу ковров и блеск лакированным поверхностям. В комнатушке в конце коридора я нашла настоящий спортивный зал с гантелями,штангами и настенным турником. Не думала, что маги-некроманты любят спортивные упражнения, но, судя по натренированным мышцам луксура Чона, он частенько посещал эту комнату.Я так увлеклась работой, что чуть не проворонила бегство моего темного мага. Услышала краем уха звук шагов, следом взвыла дверь – спасибо ей за сигнал! Бежать следом не имело смысла, все равно не успею, поэтому я распахнула окно, выходящее в сад, и крикнула вдогонку удаляющейся прямой спине:

– Куда это вы собрались?

Вышло довольно дерзко, но я на самом деле кипела от негодования: чуть только пришел в себя, куда-то снова понесся.

Луксур Чон обернулся с каменным лицом, будто и не было наших нежных объятий.

– Я не должен перед тобой отчитываться! – отрезал он.

Вот, мол, девушка, знайте свое место и не забывайте, кто вы: студентка, муза, а попросту говоря, служанка.

– Съезжу в управление, – все же снизошел он до объяснения. – Информация, которую мы добыли, скорее всего, ничего не значит, но я поставлю в известность кэммина Ригана.

– Ясно, – вздохнула я, понимая, что спорить бесполезно.

И пусть на улице уже сгущались сумерки, а организм луксура Чона после встряски нуждался в отдыхе, разве он меня послушает? Он не из тех, кто слушает кого бы то ни было.

Я спустилась в гостиную, зажгла магические светильники, нашла на полке учебник для магов-призывателей первой ступени, полистала, пришла к выводу, что это довольно увлекательное чтиво, и, примостившись в кресле, занялась изучением заклинаний. Особенно меня привлекал раздел с многообещающим названием «Первые беседы с душами. Учитесь верно задавать вопросы».

«Важно помнить, что беседа с душой может быть непредсказуемой и ответы могут быть не всегда понятными или полезными. Однако, задавая правильные вопросы, можно получить ценную информацию», – с этих слов начинался раздел.

«Так-так, интересненько! А если чего-то не пойму, всегда можно уточнить у Чонгука, в конце концов, не у каждого студента под рукой собственный преподаватель-призыватель», – подумала я и углубилась в чтение.

Автор учебника подробно разжевывал каждую тему. Например, теме «Постарайтесь узнать имя» был отведен целый параграф. Оказывается, собственное имя действовало на душу самым благотворным образом, она становилась более разговорчивой и доброжелательной и излагала мысли не так сбивчиво.

«Ладненько, в следующий раз первым делом узнаю имя!» – обрадовалась я.

Но не тут-то было.

«К сожалению, души очень неохотно называют свои имена, будто понимают, что имя дает в руки призывателя больше власти над ними».

Ну снова-здорово! Как же трудно быть магом-призывателем! И это еще не учитывая множества трудоемких заклинаний со сложными формулами.

Взвыла дверь, оповещая о возвращении хозяина. Луксур Чон прошел сразу в гостиную, увидел меня с учебником в руках, приподнял бровь. Выглядел он неплохо, и я обрадовалась, что мертвенная бледность ушла со щек, а после прогулки на свежем воздухе на них даже вернулся легкий румянец. Впрочем, вместе с румянцем вернулись и все прелести характера темного мага.

– Кто тебе разрешал брать книгу? – спросил он.

– Ну здравствуйте, – опешила я. – Они под запретом? Не знала! Между прочим, я ради вас стараюсь! Вы не удосужились меня научить азам бесед с душами, а ведь именно мне приходится с ними разговаривать.

Луксур Чон прищурился и кивнул.– Ты права, займемся этим, – коротко пообещал он. – Сейчас, если ты не против, я бы хотел поговорить. Ты готова?

Поговорить о Розэ? Я положила книгу на подлокотник и приготовилась слушать. В фигуре и лице темного мага сквозило столько напряжения, что сразу становилось ясно: ему непросто дается это решение, но он пообещал и сдержит слово.

Луксур Чон молча пошел вперед, я за ним. Ни слова не говоря, мы поднялись на второй этаж, потом – на третий. Чем ближе я подходила к запретному третьему этажу, тем сильнее меня колотила дрожь.

Он повел меня не направо, к заброшенной лаборатории, а налево, к одной из комнат. Толкнул дверь и встал рядом.

– Зажги светильник у входа.

Я исполнила просьбу – комната наполнилась тусклым сиянием, в его отблесках можно было разглядеть спальню, когда-то принадлежавшую Розэ. Кровать с разбросанными по ней вышитыми подушечками, шаль, брошенную на спинку стула, мягкие домашние тапочки с меховыми помпонами, вазочку с высохшими цветами, чьи лепестки давно опали на стол и истлели. Судя по всему, луксур Чон ничего не трогал в комнате с тех пор, как девушка пропала.

Сейчас он с видимым усилием переступил порог и сразу направился к полке, не глядя по сторонам.

– Подойди, – попросил он.