Глава 10

Ужин прошел очень даже хорошо, без напряжения, но в тишине, без единого разговора, без какой-либо дежурной фразы. После приема пищи все разошлись по комнатам, хотя не все. Суворов стоял напротив двери в комнату сводной сестры и намеревался войти даже без стука. Но уже коснувшись до ручки, он отвлекся на звук сзади себя и повернулся. Парень увидел своего отца, который немного пьяно прищуривал глаза и покачивался со сторону в сторону.- Чего ты здесь, Володь? - поинтересовался мужчина, подойдя немного ближе. - Да хотел к Фиске сходить, мне спросить просто нужно кое-что, - оправдался выдуманной причиной русый, нервно сглотнув. - Пойдем-ка на кухню, поболтаем.Кирилл Суворов привел его на кухню и посадил ровно напротив себя, наливая ему и себе по рюмке водки. Он долго смотрел и разглядывал своего сына, пытаясь разузнать, что же такое происходит, и получалось это хорошо. - Знаешь, у меня один работник Анфиску видел сегодня, а она целовалась с кем-то, говорит он, что был тот в военной форме, - начал мужчина после долгой паузы, пристально глядя на Вову. - А кто у нас сегодня из дома выходил в военной форме, Володь? - Я, - опустив взгляд на рюмку, еле-еле сглотнул парень. - Но все же не я один...- Нет, Володь, ты один, как там говорится, на районе  воевал, нет у нас таких придурков, дорогой, - яростно запыхтел Кирилл. - А теперь скажи, зачем? Она ж сестра твоя и дочь моя.- Отец, мы оба знаем, что она мне не сестра и тем более не твоя дочь, - зло ответил Адидас, встав со стула. - Тем более после того, как ты избил ее ремнем. - Это она тебе рассказала, да? Так она ж крыса, вся в отца своего, - крикнул тот. - Нет, это Марат рассказал, а она в тряпочку все это время молчит, ему даже не рассказала, - вскрикнул русый. - И ты про нее не говори такое, она совсем другая, не как тот подонок, который Диляру бросил, понял? - Успокойся и сядь, - мужчина с трудом усадил своего сына на место и, подождав, пока он успокоится, сел сам. - Ты мне лучше скажи, Володь, чего между вами? - А тебе дело есть? - процедил Вова, сжимая зубы до скрипа. - Конечно, есть, - начал он. - Ты мой сын, меня должно волновать, что у тебя с кем. - Ничего у меня нету с Фисой, - сказал Суворов, а потом тихо добавил для себя. - Пока что.- Ну и хорошо, - улыбнувшись, мужчина хлебнул алкоголя из рюмки и громко поставил ее обратно. Кирилл вскоре ушел, оставив сына одного с напротив вас стоящей его рюмкой. Володе почему-то сразу же захотелось разузнать, почему же отец все таки побил ее. По его мнению, не могла Анфиска грохнуться так, сломав самое ценное, она всегда была аккуратна в гололедицу. Вова даже сказать не сможет, когда же она вообще падала, в далеком детстве даже такого не было, когда была совсем крохой. Но размышлениям помешала сама тема, которая, присев на краешек стола, прямо перед сводным братом, взяла нетронутую рюмку и вылила всю жидкость в себя, даже не морщившись. - Маленькая еще, - сказал он, печально посмотрев на нее, и, положив свою ладонь ей на колено, сжал его. - А ты уже не молод, чтоб отца бояться, - ответила девчонка, немного прищурив свои глазки. - И к тому мне восемнадцать. - Вот это да, какая взрослая, - ухмыльнулся парень, встав со стула. Он остановился перед ней и, положив руки по обе ее стороны на стол, начал разглядывать ее личико. В немного освещенном помещении не было видно каждой части, что расстраивало мужчину. - Чего такой грустный? - с понимающей ухмылкой поинтересовалась брюнетка и, положив свою ладошку на его затылок, начала поглаживать его. - Я тебя люблю, - ответил он и прильнул к губам девчонки.Анфиса вмиг ответила на поцелуй. Их губы сминались все быстрее. К волосам Вовы добавилась и вторая рука, ласкающе сжимая их. Все же это было недолго, ведь Салтыкова отстранилась. Она, оставшись на близком расстоянии, взглянула ему в глаза. - Я тоже тебя люблю, - с паузами через каждое слово произнесла Анфиска, сильно румянясь.Володя мгновенно заулыбался, прижав ее ближе к себе. Брюнетка же крепко обняла его, садясь на стол и утыкаясь ему в плечо. Мужчина, немного нагнувшись, с улыбкой поцеловал девчонку в шею, а потом совсем положил свою голову на ее хрупкое плечико, удобнее уместив свои руки на ее талии. - Что здесь, блядь, происходит? - послышался встревоженный юношеский голос. Старшие оторвались друг от друга и с волнением поглядели в сторону их прерывания. На входе в кухню стоял напряженный Марат, в глазах которого читались полное недоумение и разочарование. - Не может быть такого, вообще, - начал отрицать парнишка, отходя немного назад. - Вы ж родные друг другу, вы же мои старшие брат и сестра. - Мы не родные, Марат, - тихо произнес Володя, опустив взгляд на ноги.- Нет, это просто инцест какой-то, - возмутился тот, махая руками. - Маратик, послушай, - сказала Анфиса, хотев подойти к младшему брату. - Мы правда не родные, пойми, ты же взрослый. - Я не взрослый! - будто в истерике вскрикнул он и убежал в свою комнату.Салтыкова села на ближайший стул и закрыла свое лицо руками. - Не переживай, слышишь? - перед ней на коленях приземлился Володя, взяв одну из ее рук, одновременно расцеловывая ее. - Я разберусь с ним, все объясню. - Он упрямый, как бык, даже не постарается понять, - грустно улыбнулась парню девчонка, положив свою ручку ему на голову. - Может все таки не надо?Вова грустно посмотрел на нее и, окончательно сев на пол, уткнулся носом в ее колени. - Я всю жизнь этого ждал, - жалобно произнес мужчина, сильнее прижавшись к ее ножкам. - Я не могу уже жить без тебя.- Слушай, ну я ж с тобой могу быть всегда, - сказала она, нежно поглаживая русые волосы. - Только не так близко, как сейчас. - Ты серьезно? - Володя поднял голову с ее колен, нахмурившись. - То есть ты говоришь мне это, признавшись мне в любви?- Это ради Марата, Вов, - отвела взгляд девчонка. - Он не простит и не поймет все это. А Суворов смотрел на нее с такой горечью в глазах, что было трудно смотреть в них. Поэтому Салтыкова убрала руки с волос сводного брата, уперевшись ими о стул.- Прости, Володя, - сказав это, быстро ушла с кухни, при этом оставив мужчину, который до сих пор стоял на коленях, одного на полу.