Глава 25

Место Падения было не таким, как они ожидали.

Ни развалин, ни пыли веков. Только пустота.Гладкая, белая. Без теней. Без времени.В самом центре — зеркало. Но оно не отражало тела. Только души.

Феликс подошёл ближе.И увидел себя — не сгоревшего, не павшего. А... огненного.С крыльями, сотканными из света и боли. Они пульсировали, как пламя. Как сердце.

— Это... не я, — прошептал он.

— Это ты, — сказал Хёнджин рядом. — То, кем ты стал.Ты не просто пал.Ты — прошёл сквозь любовь. Сквозь запрет. Сквозь выбор.И остался... живым.

В зеркале появилось пламя.

Мелодия.

Она вспыхнула, как напоминание.Это не Песня Верховного. Это было его чувство к тебе, Феликс.Твоя боль.Твоя любовь.Твоё падение.

— Ты можешь переписать песню, — прошептал голос Песочника, раздавшийся ниоткуда. —Но она должна быть исполнена тебя прежнего.Ты должен... сгореть. И стать тем, кто поёт заново.

Феликс понял.

Он закрыл глаза.Протянул руку — и дотронулся до света.Огонь охватил его мгновенно. Хёнджин закричал, бросившись вперёд, но пламя оттолкнуло его, как щит.

— Феликс!— Я вернусь... — услышал он в сердце. — Но не как падший.

И вдруг — мир замер.

Песня родилась в пепле.

Мир услышал её первой.Свет — вторым.А потом... Верховный.