Глава 32

Время пришло.

Небо уже немного светлело.

В храме жрицы меня омыли из той самой центральной чаши, расплели мои чёрные волосы, накинули на тело чёрный балахон.

-Нам необходимо дойти до горы, там посвящение продолжится.

-Вы не дали мне обуви.

-Она тебе не нужна. Идём.

Мы вышли из храма, и сокол тут же снова сел мне на плечо. Я не могла не заметить то, как странно жрицы смотрят на него, я и сама была удивлена, но все мои чувства перекрывались радостью. У меня есть фамильяр! Я пережила эту ночь в храме! Мне открылось новое ощущение этого мира. А теперь я поднимаюсь на священную гору, куда все слетаются. Ведьмы летели на своих мётлах, а колдуны при помощи своих посохов. Вся гора напомнила мне рой пчёл.

Холод, усталость, боль - всё это я старалась игнорировать и всё это переродилось в раздражение. Жрицы не торопили меня, они вообще молчали всю дорогу, однако всем видом показывали, что останавливаться не собираются.

Гора была крутая, дорога резко уходила ввысь и хоть была хорошо вытоптанной, однако босиком по ней было идти невыносимо: холодно и камни постоянно кололись.

Птица, ощущая моё настроение стала злобно улюлюкать.

-Хватит! Давайте сделаем остановку! - Сил терпеть у меня больше не было.

-Нельзя. Нужно идти. -Равнодушно отвечали мне.

-Я не могу!

-Ты всё можешь, вопрос в желании. Ты хочешь забраться на гору или остановиться?

-Я хочу там очутиться, а не забираться. Почему все туда прилетают, а я не могу?

-Восхождение - часть обряда, посвящение ещё не окончено.

-Мы опоздаем, если будем идти так долго.

-Опоздаем? О нет, мы не можем опоздать. Дорога зачарована, мы можем подниматься хоть год.

-Что? Я не понимаю...

-Великая Мать властна и над временем, тут она создала временной вакуум. Идём мы хоть час, месяц или год, для тех, кто на горе мы придём вовремя.

Столько магии и силы, просто удивительно, что тут твориться.

Как бы я не припиралась, а идти нужно было дальше, и я шла. В конце концов так скорее всё это закончится. Чем ближе была я к вершине, тем громче били барабаны, задавая такт ударам сердца. Сумерки постепенно рассеивались, хотя мне казалось давно уже должен был бы настать день.

Наконец мы пришли. Дорога превращалась в каменную лестницу, пройдя по которой я окажусь на священном месте, где меня признают. На самом верху виднелись фигуры, которые больше напоминали тени. Их было двести, а может и триста. Сокол взлетел в небо с моего плеча рассекая воздух.

Пятьсот человек - дошла до меня информация.

Чёрные вороны в воздухе вдруг в страхе стали разлетаться от моего фамильяра. Гомон поднялся жуткий. Ветер подул с горы, и я уловила запах страха.

-Мы всегда боимся, когда чего-то не понимаем. -Напомнила мне жрица.

Бам. Бам. Бам.

Стучали барабаны всё громче, и я уже не понимала, бьются ли это сердца или звучит инструмент.

Бам! Бам! Бам!

Облако темноты окружило гору. Все замолчали. Птица сделала круг и села мне на плечо.

Бам! Бам! Бам!

Жрицы расступились. Последние шаги я должна делать сама и они становятся самыми тяжёлыми. Ветер усиливается и начинает играть на камнях древнюю мелодию. Как только я поднимаюсь с последней ступени, барабаны меняют бой.

Бам-бам! Бам-бам! Бам-бам!

Присутствующие заняли всё место: кто-то стоял, кто-то сидел на камнях и тем самым видел всё с высоты. Установилась поразительная тишина, словно никто и не дышал.

Оглядев всех испуганным взглядом, я только позже заметила лежащую перед мной дорогу, ведущую к широкому плоскому камню, у которого стояла моя мать и мой дед, вместо кровного отца. Оба в белом.

Босые ноги в конец онемели, и я уже перестала чувствовать ими боль. Медленно идя вперёд, по острым камням я смотрела в лица родственников и читала во всех одно и тоже.

Даже моя мать, которая мастерски носила всевозможные маски на любые эмоции не смогла скрыть своё удивление.

Постепенно я к ней приближалась - белой фигуре среди всей этой тьмы. Волосы её были распущены и как у русалки падали до колен. Руки её держали венок из веток липы, дуба, ивы, ели, глицинии. Слева от неё стоял мой дед. Лицо его было насторожено. Посохом из чёрного дерева он ударил о землю и запел древнюю песню, полнящуюся ритмами первых магов и ведьм, множество мужских голосов подхватили слова, сила единства и целостности пробежала волной, разрушая все мешающие для обряда оковы на своём пути. За тем вступили в песню и женщины. Они пели другие слова и казалось мелодию совсем другого мотива, но когда это переплеталось воедино, то создавалось поистине что-то необузданное, первобытное, непостижимое как сама природа.

Подойдя к матери, я встала на колени. Медленно, так чтобы все видели, она подняла венок высоко надо мной, а потом опустила его на мою голову.

В этот момент все чувства в миг обострились, я закрыла глаза и стала слышать тембр каждого голоса, его глубину, тональность, слышала биение каждого сердца, уловила движение крови в венах, шелест перьев птиц на ветру, кожей ощутила силу, исходившую от земли и каждого присутствующего.

Птица резко поднялась в небо, ловя потоки усиливающегося ветра. Медленно поднявшись я открыла глаза и взглянула на мать, мгновением спустя увидев в её лице нечто необычное - смесь удовлетворения, страха и интереса. Но это было неважно. По ступеням я поднялась на камень и окинула всех взглядом. Теперь я наконец-то увидела силу, окружающую всех языками пламени. Вокруг Хальфдана бушевал неистовый фиолетовый костёр, вокруг матери играла спокойная сила, но не менее масштабно.

Весь мир теперь погрузился для меня в чёрно-фиолетовые цвета. Взглянув на остальных, я разглядела как светились их глаза светло-фиолетовым свечением, как сила их скапливалась на кончиках пальцев, они молчали, но вместе с этим концентрировались и стали направлять энергию в мою сторону.

Посвящение - это испытание. Ты либо станешь частью всего этого, либо умрёшь.

Говорила мне мать.

И сейчас я поняла истинное значение этих слов. Либо я выживу сейчас, смогу совладать со всей этой силой, что обрушится на меня, либо умру будто от водопадного потока. Так отбираются сильные и погибают слабые.

Но меня ничему такому не учили, мне даже никто не говорил о таком. Ведь по правилам никто из посвящённых не имеет права.

Приближающийся фиолетовый поток пламени начинал обжигать, он летел на меня, но в эти секунды я решила, что не буду бороться, ведь я даже не знаю, как. Я уйду таким образом, чтобы всем это запомнилось. Я буду смотреть смерти в лицо без капли страха.

Пламя стало на столько концентрированным, что светилось белым, и было уже совсем близко, начиная жечься. Оно летело стремительно быстро, но вдруг замедлилось как и весь мир.

-Я дала тебе жизнь и только в моей власти её забрать.

Услышала я голос, это не было воспоминанием, она в самом деле говорила со мной прямо сейчас.

-Тебе дана такая сила, а ты испытываешь меня.

-Но я не знаю как.

-Я покажу тебе, но только сейчас, дальше ты сама.

Чьи-то тёплые и сильные руки взяли мои и стали направлять. Пальцы ощутили потоки окружающей силы всего мира, движение и изменение всей окружающей нас материи. Ухватив движущиеся пласты этой силы, руки быстро соединились, раздался взрыв, фиолетовое пламя лоскутами стало опадать вокруг.

-Хочешь мира, готовься к войне. Учись предвидеть.

Шептал голос у самого уха.

Руки мои погладили воздух, и силы до этого скрывающиеся в пространстве, словно легчайшее полотно запутались о мои пальцы. Движения рук, поймали поток и отправили его ввысь, до высот неба и огромный водоворот состоящий из мрака, окружил всю гору, а сила всех присутствующих стала поглощаться им и пронзила его фиолетовыми жилами. Ужас, страх, боль всё это стало наполнять этот ураган тьмы больше и больше.

-Достаточно.

Но отпускать было нельзя. Нужно закончить. Руки с трудом соединяются вместе, силы тянут их в разные стороны, но через боль пальцы рисуют в воздухе древний знак, без права на ошибку и погрешность. Когда символ создан, руки разъединяются, и древняя магия разрушает всю ту бурю, что неистовствовала вокруг. Обрывки материи и пепел летят из-под самых облаков чёрным снегом.

Я оборачиваюсь к востоку и вижу первый луч восходящего солнца.