Батюшка

«Христе Боже распети и светиСрпска земля в облака летиЛети преко небеских висинаКрыла су йой, Морава и ДринаЗбогом мой први нерочени синеЗбогом ружо, збогом рузмаринеЗбогом лето, йесени и зимоОдлазимо да се не вратимо!»С

ербская народная песня

В тот пасмурный весенний день семья Соколовых приехала на Каргалинское кладбище, как и множество других людей. Это был Родительский день, когда принято вспоминать ушедших родственников, прибрать могилы и зажечь свечи в память о тех, кто уже не с нами.Они неспешно шли между рядами, неся с собой сумки с лампадками, цветами и водой. Проходя мимо старых захоронений, Елена, младшая из семьи, вдруг остановилась у одной неприметной могилы. Каменная плита, покрытая мхом, была скромной и безыскусной. На ней значилось лишь имя: "Монахиня Вера". Ни даты рождения, ни фотографии — только это имя.

— Как странно, здесь даже год смерти не указан. — сказала Лена

Отец, Пётр Соколов, покачал головой:

— Видимо, человек был одинокий… Бывает.

Они задержались у этой могилы, но затем продолжили свой путь. Через некоторое время на соседней аллее они встретили дальних родственников, которые, как оказалось, ожидали приезда священника. Разговорившись, узнали, что этот батюшка — человек непростой. Ходили слухи, что он прибыл из Республики Сербской.

— Говорят, у него необычная судьба, И он многое знает о здешних местах. — прибавил один из родственников Валентин Иванов

Священник прибыл к вечеру. Высокий, пухлый, с короткой бородой, он окинул кладбище цепким взглядом. Взяв благословение, Соколовы решились задать ему вопрос о могиле монахини Веры. Когда он увидел её, то замер, словно встретил старого друга. В его глазах промелькнула печаль.

— Вы хотите знать её историю? — спросил тот.

Все кивнули

Священник медленно провёл рукой по холодному камню могильной плиты и начал рассказывать…