Глава 20. Тусклая, мрачная, злая

Все-таки я решила, что мне нужна новая сумка. Не люблю лишние траты, но моя основная большая сумка порвалась уже давно, а забрать ноутбук стоит, так что выбора, кроме как купить обновку, не было. Время по осмотру удалось перенести на пораньше. Поэтому, как только закончила с бумажной волокитой, выдвинулась в путь к торговому центру. Заморачиваться с выбором я точно не буду, так что торопиться, чтобы успеть еще к риелтору не стоит.

В середине дня дорога была более пустая, поэтому я несмешно продвигалась в пути и обдумывала всё то, что успела узнать. Никак не укладывалось, как они все связаны между собой. Последнее рабочее месте Грейв в каком-то салоне красоты обычным администратором без особых привилегий. Однако, СПА-центр, который она посещала вряд ли подходят людям с таким малым доходом. Потому, вероятно, ее предыдущая работа во многом помогла сколотить сбережения, а салон просто стал последним прибоещем для души. Иначе я не могу назвать такое стечение обстоятельство в жизни Грейв. Тогда, наверное, работой, где она нажила денег, была какая-то должность в компании Лидмана. Но как здесь оказался Глэйм? И даже если она работала у Лидмана в то время, когда произошла авария у Глэйма, то вряд ли они хоть как-то могли встретиться. Если правильно помню даты по статье и фотографии, то Лидман купил «Боуэн» позже, то есть уже после аварии. Долбанные загадки!

Ладно, я обязательно найду связь этих четверых, но нужно еще немного времени. Ощущение, что решение уже близко, подпитывает стараться и дальше. Каждая маленькая деталь становится катализатором в этом не простом деле. И кажется, дело не просто в Укольщике, а в целой системе. Только, кто именно главная мразь, мне еще предстоит узнать. Но обещаю самой себе, что каждый участвующий будет наказан.

Теперь это единственные мысли, занимающие мою голову последние дни. Я так много времени потратила на личные дела... Хотя, если так подумать, если бы не машина, которая следила за мной, то я не вышла бы на Лидмана, а он, вероятнее всего, приложил руку к этой истории тоже.

Однако связь личного и рабочего пугает сильнее.

Припарковавшись у заднего входа в ТЦ, я закурила. Все равно можно сильно не торопиться. По магазинам ходить я не люблю и сумку выберу одним махом, мне же просто ноутбук перевезти.

Любимый запах гадкого табака, и дым, от которого слезятся глаза. Мне это нравилось. Когда я впервые из пачки какого-то одноклассника вытащила сигарету, по его разрешению, подумала, какая мерзость, но стоило попробовать второй, третий, четвертый, пятый раз, и я ощутила, как мне нравится. Легально сигареты мне бы никто не продал в тринадцать лет, нарушать закон как-то не хотелось, так что приходилось просто радоваться чьей-то случайно оставленной пачке. А иногда друзья Майкла, если мы сталкивались в коридоре, предлагали сами, и Майкл, конечно же, был против, но разве я его слушалась? Попрошайничать я не собиралась, но пока дают, надо брать.

А теперь он и сам курит. Я пыталась бороться тоже с ним, однако Майкл всё скидывал на тяжелую работу и нервы из-за нее, противостоять этому я не могла. Это правда трудная профессия, поэтому смирилась, что он медленно убивает себя и меня заодно.

Всё, хватит рефлексии, я по делу приехала. Народу именно внутри было больше, чем ожидалось. Никто не работает, что ли? Середина буднего дня так-то.

Опережая слишком медленных граждан, словно мы в парке на прогулке, дошла до рандомного магазина с чемоданами, сумками и подобными аксессуарами. Ко мне с порога подошла консультант, я, чтобы сократить время, попросила показать два дешевых варианта. Она тут же спохватилась и достала с нижнего ряда сумки с самым заурядным видом. В целом, подойдет любая.

– Из больших сумок эти, наверное, дешевле всех, – девушка поставила их на чемоданы передо мной, – но при этом они правда хорошего качества.

– Есть какая-то разница?

– Только в количестве карманов. У этой, – черная с одной лямкой сумка была бесформенной, хотя должна по виду держаться, – только один карман внутри, а так она пустая. Вот эта, – серая, с двумя лямками, словно сумка фокусника, выглядела лучше, – имеет большее количество дополнительных карманов.

– Тогда её.

Девушка уже начала раскрывать сумку, чтобы дать мне посмотреть, но плевать. Хочется уже покинуть это место, кишащее людьми.

– Конечно. Наша скидочная карта есть?

– Нет. Заводить не буду. Пакет не нужен, оплата по карте, – предвидя все возможные вопросы, я ответила сразу.

Она сомнительно улыбнулась, быстро пробила, что я выбрала и протянула товар. Попрощавшись, я вышла из магазина, направляясь быстрее к выходу из самого ТЦ. Свежий воздух сразу ударил в лицо, стало лучше. Я люблю осень, особенно серую, в некой степени она олицетворяет всю мою жизнь: тусклая, мрачная, злая.

Выкурив еще одну сигарету, я пошла на парковку к арендованной машине. Сколько денег уже слила сюда, уму не постижимо. Я могла бы спокойно кататься хоть на метро, но продолжала каждый день арендовать себе каршеринг. Зато сегодня я заберу свой автомобиль, не могу поверить, что я смогла без него почти неделю!

Часы показывали двадцать минут четвертого. И как раз остается время, чтобы неспеша доехать, постоять, а потом дойти от ворот пешком. Я застегнула ремень, повернула ключ и подняла голову, чтобы рассмотреть окружение, но я увидела совсем не то, что хотела. Если быть точнее, не того.

Майкл... Он стоял почти что передо мной. Или мне так кажется, потому что расстояние между машиной и входом в центр было нормальное. Однако я заметила. Он меня не видит, зато я прекрасно вижу, что Майкл с большим пакетов продуктов направляется к машине с другой стороны парковки.

Сердце бешено колотилось, заглушая мотор. Силы, наполняющие после обнаружения деталей по делу, по мановению волшебной палочки иссякли. Я смотрела и понимала, насколько, оказывается, соскучилась. Меня не терзало жадное желание окунуться в объятия, хотя тоже было бы неплохо, однако мне хватило бы просто быть рядом с ним.

Еще когда я в школе поняла, что влюбилась в него, какое-то время после игнорировала Майкла, старалась уйти, убежать, скрыться. В общем делала всё, чтобы с ним не видеться. Ведь было стыдно, что такая побитая, жалкая девчонка, как я, влюбилась в парня, у которого есть всё лучшее. Семья, друзья, ум, внешность, какие-то интересы. А я что? Закрытая, угрюмая, нелюдимая и бойкая при этом. Но он почему-то находил в каждом закутке школы меня заново, говоря при этом: «Викки, я испугался, что потерял тебя. Погуляем после уроков в сквере?»

Каждый раз одно и то же... Так что я проглотила со вкусом боли свою влюбленности и продолжала делать вид, что мы просто друзья. Неважно, что потом мы всё же пытались что-то построить, когда закончили школу и стали меньше видеться, ведь итог плохой – у нас не получилось. Я сразу знала, что всё зря, однако больно было не меньше.

Наблюдать, как он садится в машину, не замечая со спины, что я на самом деле очень близко, невыносимо. Просто сижу на противоположной стороне, просто во вшивой арендованной машине, просто скучаю.

Под ложечкой засосало, пальцы задрожали, отчего я схватила руль, чтобы сдержать тремор, но только это не помогло. Я продолжала чувствовать внутри огонь, его нескрываемая мощь заставляла глаза слезиться. Во рту пересохло, мне захотелось пить, даже желательно, опустить голову в ледяную воду, чтобы выбросить всё лишнее. Однако в глубине души я уже знала для себя, что непременно приму Майкла обратно, но сама звать не стану. Ибо это противоречиво. Оттолкнуть, а потом позвать. Если он сам придет, даже пусть слова мне не говорит, я сразу приму его. Всё снова будет хорошо.

Машина выехала с парковки и скрылась за углом в лучах промелькнувшего среди туч на минутку солнца. Вот и всё. Майкл не заметил меня, а я слишком бурно отреагировала на случайную встречу. Настолько ярко и бешено, что ощутила, как намокли щеки от слез.

Нет, ехать за рулем под шквалом таких эмоций мне лучше не стоит. Кроме того, так будет, наверное, даже удобнее. Зачем мне теперь чужая машина? Я же смогу уехать оттуда уже на своей. Знала бы тогда, что после ресторана Аманды не вернусь в свой дом, предложила бы Майклу поехать каждому на своей машине. Но что сейчас думать об этом. Главное, вернуть транспорт, а потом и жилье сменю.

От торгового центра можно доехать на автобусе с небольшим увеличением дороги по времени, но это не особо страшно, я все равно успеваю. Посмотрев место, доступное для оставления арендованного автомобиля, я оставила машину и пошла пешком до остановки, где должна сесть на автобус до дома.

Теперь я вспоминаю, почему взяла кредит и купила машину. В сторону моего поселка почти что не ездят новые автобусы, из-за чего пришлось ехать на старом, продуваемом и вонючем драндулете. Я не стала даже садиться, поскольку рваные, где-то облитые, в лучшем случае, просто грязные сиденья заставляли ощущать в горле ком рвоты. Несмотря на то, что здесь и так дуло из всех возможных щелей, я встала у окна, приоткрыла еще и его, чтобы была возможность дышат чем-то, что не убьет меня своей вонью.

Поездка заняла около получаса, даже есть время на легкую прогулку до ворот. Сразу подходить к дому не буду, пусть лучше сначала приедет риелтор. Мой дом находился не так далеко от заезда на территорию, так что есть возможность отследить у ворот.

В ожидании Адама я в который раз закурила, стена за спиной служила опорой, так что я могла опереться, прикрыть глаза и окунуться в никотиновую дымку. Но внутри я чувствовала, как быстро колотится сердце от скорой встречи с родными стенами. Я купила дом, как только смогла продать дом матери после ее смерти, но мне все равно пришлось долго копить, чтобы поиметь хотя бы тридцать процентов нужной мебели. Локация, где я купила себе жилье была дорогой, поэтому, чтобы не брать кредит на доплату, я продала жилище матери со всей мебелью, которую сначала хотела забрать. Но словно бы так вышло даже лучше. Жутко обидно, что лишаюсь своего прибежища, но безопасность дороже.

Спустя минут семь, наверное, с другого угла улицы к воротам подъехало и завернуло такси. Думаю, Адам приехал. Я аккуратно заглянула за ворота, автомобиль остановился как раз у моего дома. Теперь мой выход.

Выкинув окурок, который начинал тлеть уже рядом с пальцами, обжигая, направилась к риелтору. Такси с завидной скоростью проехало мимо, Адам смотрел на экран телефона. Это хорошо, ненавижу это чувство во время встречи, когда вы видите друг друга и просто с неловким чувством ждете, пока встанете рядом.

– Добрый день.

– Привет, Виктория! Вы быстро. Предлагаю скорее отсмотреть дом, а после обсудим детали по продаже.

– Пройдемте.

Лампочка до сих пор горела, хотя мигнула пару раз при этом.

– Забыли выключить свет? – Адам с улыбкой вошел и посмотрел на люстру.

– Можно и так сказать.

– Хм, понятно. Что ж, покажите, где у вас что. Мне нужно оценить состояние изнутри, а затем снаружи.

Он вежливо надел бахилы, хотя, честно говоря, тут так грязно, что мог бы и не заморачиваться. Сначала я провела его на кухню, из которой был выход к туалету и ванной. Эта часть дома была в хорошем состоянии и могла сыграть на руку при выставлении цены. Дальше мы прошли в гостиную, а оттуда в спальню. Здесь уже были потрепаны обои и мебель, но какая разница. Мне оставалось показать единственную комнату, точнее не обращать на нее внимание, чтобы просто обмолвиться о ней, когда я уже вывезу все вещи. Если я лишусь из-за сокрытия какой-то суммы от продажи, то ничего не случится, по крайней мере в сравнении с тем, что всё же может случиться, если риелтор увидит внутрянку спрятанной комнаты.

Однако Адам сам обратил на нее внимание:

– А здесь что за комната? Могу осмотреть? – почти что Адам повернул ручку, как я резко перекрыла вход вытянутой рукой.

Чтобы не выглядеть сильно грозно, я улыбнулась:

– Сюда заходить не надо. Не сейчас.

Он сжал губы в сплошную линию и недоверчиво, с некой опаской, посмотрел на меня.

– А там есть что-то противоречащее закону? Лучше мне знать об этом заранее.

– Я сама закон, поэтому, конечно же, нет.

Кажется, он слегка выдохнул. Хотя опрометчиво на слово всем верить.

Адам на каблуках туфель прокрутился в сторону и, пройдя обратно в гостиную, добавил:

– Тогда осмотр изнутри, можно считать, завершен. Могу сказать, что очень даже неплохо. Видно, ремонт не свежий, зато помещение большое и раздельный как раз санузел. Ремонт каждый под себя сам делает.

– Я рада.

Понятное дело, что мне хотелось получить больше, чем было бы возможно, от этого дома. Так что приятно слышать, что продать можно за хорошую сумму.

– Пройдемте на улицу.

Пока Адам шел к выходу, я забрала из спальни свой ноутбук и зарядный шнур, закинув их в новую сумку. Осталось всего-то осмотреть маленькую территорию с газоном у дома. Не то чтобы я прям запустила это дело с травой, но, когда покупала дом, не ожидала, что надо так много времени и сил тратить на скос газона. Адам, видимо, не обратил изначально внимания, какой здесь неаккуратный двор.

– Ладно, – мужчина обошел вокруг дома несколько раз, – мы можем накинуть цену за хороший двор, если вы здесь приведете всё в порядок за пару дней. Идет?

– Вполне, – обычно я нанимала кого-то, чтобы мне покосили газон и подмели дорожку, но сейчас режим экономии, так что придется одолжить косилку у кого-то из соседей. Единственное, что плохо, мне придется находится здесь одной, пока прибираюсь, но при этом чувство безопасности даже снаружи покидает меня.

– Тогда договорились, – Адам с улыбкой наклонил голову и достал мобильник. – Теперь нужно несколько минут на фотографии, а затем составить объявление и после согласования с вами выложить на свой сайт. Так что не уходите.

Риелтор ушел, я осталась снаружи. У ворот не было ни одной машины, однако я настолько загналась после той слежки, что мне дурно каждый раз. Снова и снова моя безопасность рушится как карточный домик. Нет ни одного места, где я бы чувствовала себя спокойно. Как будто. Хотя, это самообман. У Майкла дома, да и просто рядом с ним я чувствую себя хорошо.

Адам появился довольно быстро:

– Так, теперь готово. Сегодня-завтра я пришлю вам драфт объявления, если одобряете, выкладываем.

– Договорились. Хотела задать только один вопрос.

– Внимательно слушаю.

– Вы можете ответно помочь с поиском жилья? Не хочу покупать, скорее снимать, и не дом, а квартиру.

– Хм, съемное жилье меньше по моей части, однако раз вы от Боба, а он когда-то хорошо меня выручил, я помогу. Район, площадь, цена?

– Район желательно на севере, площадь не волнует, однушка сойдет. По цене смогу сориентировать, когда буду понимать стоимость собственной продажи.

– Понял, понял. Животные, дети?

– Нет, конечно.

Неужели по мне не видно, что ни одно существо со мной не уживется?

– А планируете?

– Нет.

– Отлично, мы точно что-то сможем подобрать для вас. Пришлю сразу всю информацию.

– Хорошо.

Новый этап неловкости – закончить диалог, уходя.

– Вы на такси? – увидела, что у него было открыто приложение для вызова машины.

– Да, хотите на вас точку поставлю?

– Нет, спасибо. Я на машине, – ключи от машины с наслаждением для моих ушей издали сигнал открытия автомобиля.

– Оу, извиняюсь, – он искусственно посмеялся, – не заметил что-то.

Не буду предлагать подбросить его, хотя, вероятно, стоило бы, но мне так хочется побыть в своей машине одной, что нет.

– До скорой встречи, – ответила я, открывая дверь переднего сидения.

– До свидания, Виктория.

Почти готово. Я вернула себе транспорт, и скоро же верну нормальное место для жилья.

Сев в машину, я ощутила настоящее наслаждение и радость от родных сидений, руля и даже ненавистного запаха лимона от автомобильной вонючки. Пора ехать в отель.

***

Продолжая ворочаться в постели, я не могла уснуть и просто лежала с открытыми глазами. Передо мной с неподдельной реальность продолжал стоять тот образ Майкла с парковки, тогда сердце начинало биться еще быстрее. И не думала, что настолько тяжело будет мне после случайной встречи. Интересно, а каково ему? Я взяла в руки телефон, открыла диалог с ним. Всё такое стандартное, пустое, но родное.

Но меня прервало уведомление о входящем звонке от Спроуса. Я приняла звонок и первое, что он сказал: «Виктория, не очень доброй ночи. Снова труп. На юго-западе».

Почему не на юге!?