Глава 10

Приятная терпкость пряного виски обожгла язык, прокатилась по горлу и отозвалась теплом где-то в груди, заставив на мгновение зажмуриться и дернуть уголком губ, и я медленно откинулась на высокую спинку барного стула, вертя в руках пузатый граненый бокал. Вокруг шумел никогда не спящий бар, через два места от меня методично надиралась парочка патрульных, завершивших свою смену и решивших эффектно превратить вечер пятницы в утро субботы, а я, устроившись в самом неприметном уголке, пыталась хоть как-то расслабиться и помочь гудящей от напряжения голове.

Работа буквально сводила с ума, о сне и отдыхе я уже давным-давно успела забыть, вездесущая, оскорбленная моим длительным отсутствием в семейном особняке maman то и дело обрывала мой телефон, стремясь найти блудную дочь, а любимый шеф, с которым я сегодня столкнулась в лифте и на которого едва не вылила свой n-ный кофе, велел мне убираться с глаз его долой и как следует отдохнуть, потому что «лицо твое страшное, как война». Спорить с Азвилом было глупо, тем более, что организм мне всячески напоминал, что неплохо бы иногда прерываться на сон, и поэтому я, сложив свои документы и отсортировав их по степени важности, покинула Управление.

Мысли постоянно вертелись вокруг нашего дела, общее напряжение не давало покоя, поэтому я решила заглянуть в местный бар перед тем, как отправиться домой. Общий шум не позволял сосредоточиться на каких-то деталях, царящая в помещении прокуренная духота путала мысли, заставляя каждую клеточку тела медленно расслабляться, а прибавьте к этому старый добрый виски со льдом, и вечер пятницы получится не таким уж плохим.

— И что такие люди делают в гордом одиночестве? — послышался насмешливый мужской голос, а вскинув удивленный взгляд, я заметила присевшего на соседний стул улыбчивого шатена. Кан Со был напарником Чеен, их группа последние две недели работала над делом какого-то чокнутого мага-экспериментатора, разгребая последствия учиненного им беспорядка, ребята зашивались, как и мы, и я совсем не удивилась, что в эту пятницу не только мне захотелось выпить. — Где напарника потеряла?

— Кажется, он еще оставался где-то в Управлении, — пожала я плечами, отсалютовав мужчине полупустым бокалом, после чего в пару глотков прикончила его, даже не поморщившись. На ведьм алкоголь действовал совсем не так, как на остальных, пьянели мы очень медленно, а алкоголя нам требовалось куда больше, поэтому пара бокалов для меня большой проблемой не была.

— В последнее время вас редко можно увидеть порознь, — подметил полицейский, заказав себе выпить. Равнодушный бармен сноровисто поставил перед мужчиной бокал с бренди, моментально ретировавшись к другому концу барной стойки, а Со довольно цокнул языком, пригубив поданный ему алкоголь. — Кажется, отношения у вас стали лучше?

Губы шатена изогнула хитрая улыбка, заметив которую, я лишь закатила глаза, покачав головой. То, что наши с Чонгуком отношения немного улучшились в связи с проводимым расследованием, не заметил бы только слепой, громкие вопли привычных ссор уже давно перестали привлекать всеобщее внимание, а Азвил пару дней назад поинтересовался, не заболели ли мы случайно. Кажется, тот факт, что мы с брюнетом не пытаемся вцепиться друг другу в глотку, как обычно, здорово пошатнул всеобщую веру в незыблемость некоторых вещей.

Впрочем, если так подумать, и я сама была не совсем уверена в том, что происходит.

Казалось бы, прошло уже два года с тех пор, как мы начали работать вместе, но еще никогда все это не было так просто. Я уже не помнила, когда привычные ссоры сменились размеренными, чуть усталыми разговорами, я не помнила, когда испепеляющие взгляды сменились согласными, молчаливыми кивками по тем или иным вопросам, и не помнила, когда язвительные оскорбления и мелкие подлянки превратились в подбадривающие слова и неосознанно приносимые друг другу стаканчики с кофе. Работая круглые сутки над делом и света белого вокруг не видя, мы оба нуждались в поддержке, и в такие моменты совсем не казалось странным, что эта самая поддержка исходит от человека, которого всего пару дней назад на этом месте и представить было невозможно.

И то, как для других это могло выглядеть со стороны...

Сейчас думать об этом не хотелось.

— Кажется, это не должно тебя касаться, — тем же тоном ответила я, приняв из рук бармена новую порцию виски и сделав большой глоток. Терпкая вязкость вновь оплела язык, заставив шумно выдохнуть, и я растерянно скользнула взглядом по забитому полицейскими помещению. Из-за густого сигаретного смога, клубящегося в воздухе, неприятно резало глаза, от чего они начинали слезиться, а веки притягивались, как разноименные полюса магнита. Меня отчаянно клонило в сон, и я с приглушенным стоном выровнялась на своем стуле, чувствуя, как неприятно ноет спина. От долгого сидения в неудобном кресле все мышцы казались просто каменными, и безумно болели.

— Да брось, я рад, что вы не пытаетесь убить друг друга, как это было раньше, — Со, ничуть не смущенный моим резким выпадом, в несколько глотков прикончил свой бренди, легким движением взъерошив и так растрепанные волосы. — Ну, знаешь, как в тот раз, когда он чуть не отравил тебя полынью, а ты в ответ прокляла его так, что он целый месяц не мог нормально спать из-за кошмаров, в которых его пытались придушить.

— Между прочим, следы на горле каждое утро были вполне реальными, — послышался за спиной хмурый голос, а по другую сторону от меня на пустующий стул опустился Чонгук. Темные волосы были взъерошены, под глазами залегли тени, а в свете приглушенных ламп смутно блеснуло старое обручальное кольцо, когда мужчина жестом подозвал к себе бармена, потребовав бутылку пива. — Я так и знал, что это ты меня прокляла.

— Не прокляла, а подговорила баечника, — отмахнулась я, пожав плечами в ответ и вспоминая старые времена. Тогда это казалось мне очень даже забавным, а в памяти еще свежими были воспоминания о том, как меня несколько дней рвало желчью и кровью после чертовой полыни. — Это еще ерунда по сравнению с тем травяным чаем, которым ты меня отравил.

— Я не знал, что полынь так воздействует на ведьм, — ответил Чонгук, даже не глядя на меня. Устало потер лицо руками, будто бы пытаясь взбодриться, и я невольно посочувствовала мужчине, прекрасно зная, в каком состоянии он сейчас находится. Как и я, он не спал несколько суток, но, в отличии от меня, решительно отказывался от бодрящих отваров и заклинаний, которые я предлагала в качестве помощи. — Ты тогда заболела, и я просто хотел помочь.

Только выпитый виски после этих слов попал не в то горло, заставив подавиться на вздохе, и я закашлялась, чувствуя, как от напряжения выступили на глазах слезы. Добродушный Со легко постучал меня по спине, заставив едва ли не ткнуться лицом в столешницу, а я с удивлением уставилась на сидящего рядом Чонгука, совсем не зная, как нужно реагировать на совсем невинную фразу, произнесенную словно про между прочим. Ник всегда делал мне подлянки, и я никогда даже не сомневалась в том, что все, что он делает, он делает мне назло, я затаила детскую обиду за все эти мелкие неприятности, которые мужчина мне устраивал, но сейчас почему-то была уверена, что он мне не врет.

Если так подумать, я ведь действительно тогда немного приболела...

— Ты же собирался еще поработать, — уточнила я, пытаясь избавиться от ненужных мыслей и сменить тему. В ответ на мои слова Чонгук лишь пожал плечами, откинувшись на спинку стула и лениво постукивая пальцами по гладкой столешнице.

— Как и тебя, Азвил отправил меня домой, сказал, что не хочет, чтобы меня вырубило прямо за рабочим столом, — брюнет равнодушно скользнул по мне взглядом и сделал большой глоток. Мимо продефилировала улыбчивая официантка в короткой юбке, с любопытством засмотревшись на моего напарника, однако тот не обращал внимания ни на что вокруг, наслаждаясь краткими минутами отдыха, которого у нас не было очень давно. — Я решил пропустить бутылочку пива перед тем, как уехать.

— Как и твоя милая напарница, — подметил Кан, широко улыбнувшись и мечтательно уставившись вслед отошедшей официантке. Он-то, в отличии от Чонгука, был совсем не прочь продолжить приятный вечер в хорошей компании. — Кажется, Чеен была не так уж и неправа, — словно про между прочим бросил Со, тщательно пытаясь скрыть тихий смешок за приглушенным кашлем, и я тут же смерила мужчину испепеляющим взглядом, прекрасно зная, что он имеет ввиду. О вполне определенных видах подруги касаемо наших с Чонгуком отношений я прекрасно знала, и развивать эту тему мне не хотелось.

Чонгуку, сидящему рядом с буквально каменным лицом и крепко сжатыми на бутылке пальцами — тоже.

— Ладно, ностальгия — это совсем не мое, — тяжело вздохнула я, чувствуя, что усталость берет верх. Глаза отчаянно слипались, рот раздирала зевота, и я, залпом опрокинув в себя остатки виски, спрыгнула с высокого стула на пол, одновременно с этим поправляя сбившийся на спине пиджак. — Вы, мальчики, общайтесь, а мне пора домой. Босс просил выспаться, а не упиться до бессознательности.

— Тебя подбросить? — спросил Ник, привлекая мое внимание, и тут же, кажется, разозлился на себя, отчаянно нахмурившись и поджав губы. Глянув на то, как заиграли на скулах желваки и почувствовав себя крайне неловко, я тут же покачала головой, старательно пытаясь игнорировать насмешливый взгляд Со, тщательно делающего вид, что его заботит только выпивка и декольте официантки.

— Нет, я доберусь сама, — сняв со спинки стула свою сумку, я вытащила несколько смятых купюр, бросив их на барную стойку. Откинула упавшие на глаза волосы, недовольно покосившись на проходящего мимо незнакомца, дохнувшего мне в лицо перегаром, после чего похлопала по плечу Кана. — Не перестарайтесь, вам еще завтра на утреннее собрание у босса. А вы сами знаете, какая реакция у него на спиртное и похмельных людей. Не мне вам об этом рассказывать.

— Выпьем же за старину-Бобби, — скорбно проговорил в ответ Кан, протянув бокал моему напарнику. Звучно столкнулось стекло, а я лишь тихо фыркнула, вспомнив несчастного патрульного, которому не повезло явиться на работу после шумной вечеринки. О том, что делал с беднягой Азвил, никто не знал, но то, что с тех пор Бобби на алкоголь даже не смотрит, было фактом.

Решив, что коллегам весело и без моей компании, я бросила им пару слов на прощание, развернулась к двери, прикидывая маршрут через наполненный пьяными копами бар, однако не успела больше ничего сделать, как в ушах поднялся звон.

В следующее мгновение сильнейшая вспышка боли раскаленным обручем сжала голову, заставив пошатнуться, а с губ сорвался громкий вскрик.

— Лалиса!

Совсем рядом послышались встревоженные голоса и скрежет деревянных ножек по полу, чья-то сильная рука крепко сжалась на моем плече, помогая удержаться на ногах, а волосы взъерошило горячее дыхание. С трудом выровнявшись и чувствуя, как все еще громко звенит в ушах, я сморгнула выступившие на глазах слезы и смогла разглядеть испуганное лицо Кана, склонившегося надо мной и беззвучно шевелящего губами. Кажется, он что-то спрашивал, а я все никак не могла услышать его голоса, пытаясь справиться с головной болью, но прежде, чем мне это удалось, резкий рывок заставил мир смазаться, сильные пальцы еще крепче сжались на плечах, подавляя холодную дрожь, а прямо напротив оказалось знакомое лицо.

Теплые ореховые глаза заставили глубоко вздохнуть, сердце застучало где-то в горле, от чего на мгновение стало трудно дышать, а взгляд невольно скользнул на тонкие губы, шевельнувшиеся в тихом вопросе:

— Что случилось?

Звон отступал, дыхание выравнивалось, а рядом с Чонгуком мне удавалось чувствовать себя уверенней, и я пыталась как можно быстрее взять себя в руки. Понемногу становилось легче, окружающие меня звуки и шум возвращались, заставляя вновь оказаться в прокуренном маленьком баре, и прошло несколько мгновений прежде, чем я осознала, что по-прежнему стою у высокой барной стойки, что мои пальцы судорожно сжимают плотную ткань черной рубашки Чонгука, что мой напарник даже не обращает на это внимания, удерживая возле себя и пытаясь достучаться до затуманенного разума, и что явно испуганный Кан требует у приблизившегося бармена бокал с водой.

— Лиса, — вновь предпринял попытку мой напарник, легонько меня тряхнув, и тут же нахмурился, когда я вскинула на него горящий, абсолютно ясный взгляд.

— Охранка сработала.

Когда стало понятно, что единственной связью между нашими жертвами является маленькая, затхлая лавочка причудливого старика-ювелира, мы сразу же вцепились в эту версию, разрабатывая ее и пытаясь найти ответы. Слежка за мистером Ча не дала ничего полезного, он почти все время проводил в своем магазинчике, где, кажется, и жил, и творил, и, приставив к нему пару патрульных, мы вплотную занялись списком, который старик нам щедро предоставил. Всего за четыре дня абсолютно все клиенты-женщины были посещены, опрошены и предупреждены, однако лично мне этого показалось мало, поэтому я по собственной инициативе набросила на каждую потенциальную жертву магическую охранку.

Эти заклинания были довольно энергоемкими, не говоря уже о сложности общего рисунка плетения — заклинание можно было видоизменять в зависимости от того, на какое именно событие оно должно было среагировать, я запрограммировала каждое на любое физическое повреждение серьезнее обычного ушиба или пореза, и теперь была уверена, что заклинание полностью оправдывало свою необходимость.

Другое дело, что испытанная мною боль была почти полностью сопоставима с болью, причиненной нашей потенциальной жертве, и я даже не сомневалась в том, что произошло что-то серьезное.

— Нужно спешить, — решительно произнесла я, чувствуя, как быстро возвращаются силы и проясняется сознание. — Что-то произошло.

— Я за машиной, — кивнул в ответ Чонгук, даже не пытаясь со мной спорить, однако прежде, чем он успел куда-то умчаться, я перехватила его за руку, удерживая рядом с собой. От прикосновения по коже словно пробежались электрические разряды, удивленный взгляд мужчины пересекся с моим, и я упрямо поджала губы, чувствуя прокатившуюся по телу дрожь.

— Это будет слишком долго, — от волнения голос сорвался на едва слышный хрип, однако бороться с собой времени не было, невидимая нить тянула меня к точке заклинания, и я, подавив собственный страх, махнула рукой.

Пространство в паре шагов от меня подернулось дымкой и засияло ярким золотом портала, под ложечкой засосало от глупого, совсем детского ужаса, справиться с которым я не могла до сих пор, однако дело не терпело отлагательств, и нам нужно было как можно быстрее оказаться на месте происшествия. Ради этого можно было потерпеть, я сделала неуверенный шаг к порталу, заворожено наблюдая за мерцанием магического полотна, и даже не поняла, в какой момент рука Чонгука сжалась на моей чуть крепче.

Теплые пальцы мужчины переплелись с холодными моими, исходящее от брюнета тепло, кажется, прогрело до самого сердца, а в следующее мгновение портал набросился на нас, словно хищный зверь, и на несколько просто бесконечных мгновений все вокруг поглотила тьма. Не было ни пространства, ни времени, только сильная фигура Чонгука, находящегося рядом, и в какой-то момент я порывисто прижалась к его груди, пытаясь ощутить столь необходимое мне тепло. Что меня невероятно удивило — мужчина не отстранился, лишь обнял меня покрепче, зарываясь лицом в мои спутанные волосы.

А в следующее мгновение я натолкнулась на что-то спиной, откуда-то сверху рухнула тяжелая коробка, а совсем рядом истошно заорал чей-то кот.

Резко распахнув глаза, я поняла, что оказалась почти в полнейшей темноте. Вокруг высились стены чьей-то уютной гостиной, негромко работал телевизор, транслирующий вечерние новости, а из распахнутого окна веяло приятной прохладой, играющей с легкой занавеской. Из небольшой комнаты вело две двери, где-то за пределами дома громко лаяла соседская собака, а на густом ковре совсем рядом старательно вылизывался белоснежный пушистый кот, сверкающими зелеными глазами. И только одного взгляда хватило мне, чтобы узнать этого кота и этот дом.

— Сабрина Канг, — шумно выдохнула я, вскинув взгляд на а, все еще нависающего надо мной. Мужчина коротко кивнул, так же окинув взглядом помещение, а после замер подобно ищейке, услышав неясный шум где-то на втором этаже.

В руках полицейского моментально появился пистолет, взгляд изменился, став абсолютно хищным, будто у дикого зверя, и даже черты лица неуловимо заострились. Медленно, беззвучно ступая по густому ковру, Чонгук двинулся к выходу из гостиной, держа пистолет опущенным, но на всякий случай сняв его с предохранителя. Я, не отставая от напарника ни на шаг, последовала за ним, чувствуя, как пробегаются по пальцам искры требующей выхода магии. Швыряться боевыми заклинаниями в таком ограниченном помещении было чревато последствиями не только для возможного убийцы, но и для нас с Чонгуком, поэтому ему я и предоставила право идти первым.

Все так же беззвучно мы поднялись по деревянной лестнице на второй этаж и остановились у последней ступеньки. Лунный свет из окна заливал длинный коридор, расходящийся в обе стороны от лестницы, неясные тени от покачивающихся за окном веток дерева делали атмосферу совсем уж гнетущей, меня невольно передернуло, а Чонгук, окинув быстрым взглядом помещение, оглянулся ко мне. В ответ я лишь кивнула в сторону, указывая на неприметную деревянную дверь, к которой меня тянула нить заклинания. Полицейский кивнул, все тем же бесшумным шагом направившись вперед, на мгновение замер возле двери, прислушиваясь, словно настороженный хищник, а в следующее мгновение, услышав тихий стон, сильным ударом выбил дверь.

Яркая вспышка на мгновение ослепила, заставив вскинуть руку в защитном жесте, совсем рядом прогремело несколько выстрелов, надавивших на обострившийся слух, а почувствовав в паре шагов чужеродное колебание силы, я наотмашь махнула рукой, выстраивая прямо перед нами мощный щит от физического и магического воздействия.С громким звоном разбилось стекло, затрещали сухие ветки, а над ухом громко заорал Ник:

— Он убегает!

Едва сумев распахнуть слезящиеся глаза, я вновь махнула рукой, зажигая несколько магических светлячков, мгновенно разорвавших приглушенную темноту. Мой напарник, еще пару мгновений назад стоявший рядом, рванул к разбитому окну, запросто перемахнув через подоконник и скрывшись где-то в густой кроне растущего рядом дерева, а мой взгляд зацепился за тело, лежащее на полу посреди комнаты. Миловидная, уже увиденная мною однажды блондинка была с ног до головы покрыта густой кровью, которой пропиталась разорванная одежда, спутанные волосы светлым ореолом раскинулись вокруг головы, и я тяжело вздохнула, не в силах смотреть на знакомую картину, как тут до моего слуха донесся едва слышный стон.

Окровавленная грудь медленно поднялась и опустилась, привлекая мое внимание.

— Ты жива! — не в силах поверить в подобное, я бросилась к Сабрине, чувствуя, как быстро заколотилось от волнения сердце.

Упав рядом с девушкой на колени, я крепко сжала дрожащую руку, беспомощно наблюдая за тем, как с каждым вздохом из глубоких ран выплескивается темная кровь. Испуганный, какой-то рассеянный взгляд равнодушно скользнул по мне, от чего под ложечкой засосало, и я попыталась говорить как можно уверенней, чувствуя, как дрожит собственный голос:

— Все будет в порядке, теперь все будет в порядке, я обещаю.

Руки заскользили по хрупкому телу, касаясь страшных ран, губы беззвучно зашевелились, выплетая нить целительного заклинания, а ладонь охватил теплый, белый свет, в котором повреждения Сабрины выглядели еще хуже. Хорошим медиком я никогда не была, ведьмы по природе своей не лечили, лишь проклинали, но зная, где мне придется работать, я старательно развивала эту ветвь силы, прекрасно понимая, что в такие моменты от меня зависело слишком многое. Жизнь этой юной девушки была в моих руках, я не могла ошибиться и не могла разорвать нить плетения, прекрасно зная, что этим сделаю только хуже, а слишком энергоемкое заклинание понемногу вытягивало из меня силы. Мой резерв был большой, я постоянно работала над ним, к тому же, пользовалась накопителями в виде множества браслетов на тонких запястьях и нескольких амулетов, гроздьями висящих на шее, и была уверена, что мне удастся поддерживать заклинание столько, сколько нужно, однако Сабрина нуждалась в настоящих медиках, а вызвать их я просто не могла.

Взгляд отчаянно скользнул к разбитому окну, в котором исчез мой напарник и наш неизвестный убийца, а в сознании отчаянно билась единственная мысль.

Ник, где же ты, когда ты так нужен?!

Где-то внизу грохнула дверь, заставив меня вздрогнуть, я испуганно оглянулась, не прекращая шептать заклинание и поддерживать бьющуюся в раненом теле жизнь, гулко сглотнула, прекрасно зная, что мне не удастся и защищаться от возможного убийцы, и плести заклинание одновременно, однако прежде, чем я успела что-то для себя решить, по лестнице простучали шаги, а в комнату ворвался взъерошенный, тяжело дышащий Чонгук.

— Ушел в телепорте, гад! — прорычал мужчина, в сердцах грохнув кулаком по дверному косяку, а его взгляд мгновением позже пересекся с моим. Я смогла лишь беспомощно пожать плечами, чувствуя, как руки становятся липкими от крови, которая, кажется, была абсолютно везде. — Она жива? — кажется, такого поворота мой напарник не ожидал. Подошел ближе, словно желая убедиться в том, что это правда, после чего порывистым движением потянулся к передатчику в ухе, вызывая диспетчера. — Это офице Чон , группа 086. Срочно требуется команда медиков на Бейл-айленд, 43. Жертва Сабрина Канг, двадцать два года, многочисленные ножевые ранения, обильная потеря крови.

Что ответили Чонгуку, я не слышала, больше сосредоточенная на заклинании, однако спустя всего лишь пару мгновений задрожал в комнате воздух, словно бы сгустившись, и одна за другой замелькали вспышки телепортов. Не успев даже оглянуться, я почувствовала рядом чье-то присутствие, а после краем глаза заметила, как опустились на корточки возле тела двое парамедиков, мужчина и женщина в рабочей алой форме.

— Ничего, девочка, мы тебя вытащим, — уверенно произнесла женщина, цепким взглядом окинув раненую девушку. Кровь уже не текла, заклинание помогало блокировать жизненные процессы и искусственно замедляло сердце, позволяя поддерживать стремительно угасающую жизнь, оно забирало боль, позволяя несчастной жертве хоть немного расслабиться, и взглянув в бледное, покрытое алыми разводами лицо, я увидела, как медленно закатились серые глаза. Кажется, Сабрина потеряла сознание.

— Я перехвачу плетение, — теплые руки мужчины опустились поверх моих ладоней, горячее дыхание защекотало ухо и щеку, от чего по телу пробежались мурашки, и я буквально почувствовала, как зашевелились чужие губы, двигаясь в такт с моими. Воздух заколебался от магического резонанса, плетение опасливо задрожало, готовясь вот-вот сорваться, однако в следующее мгновение медик ловко перехватил тонкую нить, и я шумно выдохнула, едва не застонав от моментально схлынувшего напряжения.

Болью прострелило спину и колени, заставляя вспомнить о том, в какой неудобной позе я находилась эти несколько минут, судорогой свело напряженные запястья, и я даже не смогла сопротивляться, когда сильные руки подхватили меня, как маленького ребенка, оттаскивая подальше от жертвы и помогая принять вертикальное положение. На помощь работающим парамедикам бросилось еще двое, где-то на улице заорали полицейские сирены и замелькали вспышки телепортов, и я лишь устало прикрыла глаза, обмякнув в чужих руках, когда Ник негромко произнес у меня над головой:

— Молодец, ты справилась.

Дом медленно оживал, наполнялся светом и шумом, и как-то мимо моего сознания прошел тот факт, что вокруг замелькали многочисленные полицейские и криминалисты со своим оборудованием. На улице спешно устанавливались мобильные прожекторы, оборотни-ищейки обыскивали окрестности, пытаясь взять след нашего неуловимого убийцы, магическая группа работала над изменением ауры в том месте, где сработал портал, а медики, оперативно стабилизировав состояние несчастной жертвы, левитацией подняли девушку с пола и спешно соорудили портал, в котором и исчезли, растворившись яркой вспышкой. Один из парамедиков, задержавшись на мгновение, нашел меня взглядом, впервые позволив себе коротко улыбнуться.

— Хорошая работа, девочка. Ты ее спасла.

Сердце лишь быстрее заколотилось в ответ, по телу пробежалась теплая дрожь, и даже снисходительное обращение не показалось мне таким обидным.

Темное пятно крови на светлом ковре привлекало внимание, воздух был наполнен тяжелым металлическим запахом, от которого кружилась голова, пространство то и дело колебалось от постоянных вспышек чужеродных заклинаний, и прошло несколько мгновений перед тем, как я почувствовала себя лучше. Резерв медленно заполнялся, черпая силу из позвякивающих на запястьях накопителей, в ушах переставало звенеть, и в скором времени я даже смогла стоять без посторонней помощи, благодарно кивнув Чонгуку, который все это время, не выражая недовольства, предусмотрительно придерживал меня под руку.

— Кажется, в этот раз мы успели вовремя, — все еще немного хрипло подметила я, растерянно оглядываясь по сторонам и пытаясь решить, за что следует браться первым делом. Мы спугнули убийцу до того, как он успел закончить начатое и замести следы, а это значило, что мы в любом случае должны найти хоть что-нибудь.

— Я приказал патрульным отправляться за Ча, — сообщил мне напарник, пройдясь по комнате и осматривая окружающую нас обстановку. Спальня, как и остальная часть дома, была маленькой, почти крошечной, тут царил почти идеальный порядок, и пятно крови казалось чем-то странным, будто бы не из этой реальности. О том, что в этом месте что-то произошло, напоминали лишь выбитая дверь, пятна на ковре и хмурые полицейские, скрупулезно изучающие комнату, и я могла лишь с ужасом представлять, что было бы, если бы я тогда не настояла на своем и не поставила бы охранное заклинание...

— Думаешь, этот безумный старик и есть наш убийца? — я вопросительно изогнула бровь, взглянув на нависающего надо мной Чонгука, который в ответ лишь закатил глаза, недовольно поджав губы.

— Даже если он и не убийца, то он с ним точно связан, — уверенно заявил Чон, подойдя к небольшому туалетному столику Сабрины Канг и рассматривая целую батарею скляночек, тюбиков и коробочек. Стул был отодвинут, на самом краю столешницы лежала расческа, и почему-то я невольно подумала о том, что девушка, должно быть, готовилась отправиться ко сну, когда на нее напали. — Этот старик мне не понравился еще тогда, когда ты о нем рассказала.

— Но мы ведь так ничего и не нашли на этого сумасшедшего ювелира, — пожала я плечами, совсем не горя желанием спорить. Этот старик мне тоже не нравился, и я была целиком и полностью согласна с Чонгуком, что он может быть причастен к нашим преступлениям.

— Зато теперь его не упустим, — раздраженно отозвался Чонгук, даже не поворачиваясь ко мне. На мгновение замер, рассматривая что-то на низком столике, после чего приглушенно, как-то зло фыркнул, привлекая мое внимание. — А вот и чертово кольцо.

Вытащив из стоящего рядом чемоданчика одного из криминалистов тонкую латексную перчатку, мужчина надел ее на правую руку, а после оглянулся на меня, подняв найденный им предмет на уровень своего лица. Отлепившись от дверного косяка, на который до этого момента опиралась, я подошла поближе, пытаясь рассмотреть украшение, находящееся в пальцах напарника. Яркий свет отбился бликом от затейливой гравировки на червленом серебре, а после заиграл на большом изумруде.

В груди все буквально перевернулось, и я почувствовала, как от неожиданности закружилась голова.

Чертово украшение было мне отлично знакомо.

— Это не кольцо Сабрины, — покачала я головой, чувствуя, как предательски дрожит голос. Словно почувствовав что-то, Чонгук нахмурился, не совсем понимая, что я имею ввиду. Дернув уголком губ в злой улыбке, я постаралась говорить как можно равнодушней. — Его Ча приберег для меня...