5 глава

Смерть Филиппа стала для меня полной неожиданностью, как и моё искреннее облегчение. Мне не было стыдно за то, что я испытывала радость от его кончины. Он совершил множество ужасных поступков, был настоящим монстром, и его аура была настолько зловещей, что даже цветы увядали в его присутствии.

Прошло уже три дня, и сегодня должны были состояться его похороны. Только сейчас я осознала, какую ошибку совершила. Ведь сегодня был день конкурса, и я колебалась, выбирая между ним и своей подругой. Жизнь в этом городе разрушила мой внутренний мир, и теперь я не знала, как рассказать Эстер о том, что её отец убийца и насильник. Внутренний конфликт пожирал меня изнутри. На этот раз он не будет давать ей дорогие таблетки, которые могут стереть воспоминания. Я кусала губы, не зная, как поступить. И тут мне в голову пришла мысль: нужно дождаться, пока она сама всё вспомнит. Я не знала, как повлиять на её воспоминания, хотя у меня были доказательства со скрытой записи. Она должна, она должна мне поверить.

Я сообщила ребятам, что пойду на похороны. За эти дни Эстер мне не звонила, она сейчас оплакивает монстра, о котором были стерты плохие воспоминания. Меня не покидали ощущение, что смерть её отца была слишком неожиданной. Как так случилось? Может быть, господь устал смотреть на это всё со стороны и забрал его душу, отправив в ад?

На пороге дома меня встретила Кристин, одетая в черное, с покрытой чёрным платком головой. Её глаза опухли от слёз, сосуды в глазницах полопались от количества пролитых слёз. Было видно, что она не спала. Я обняла её, а она обняла меня слишком крепко, как будто я её потерянная дочь.

Я отстранилась, не зная, как могу смотреть ей в глаза. Ведь за мной остались доказательства и только правда об ужасном монстре.

— Соболезную, — пыталась выдавить я.Кристин кивнула мне, опустив взгляд. Вытирая платком слёзы. — Где Эстер? — тихо спросила я.

— У бассейна, — сказала она.

Я подошла туда. Задний двор дома был украшен ярко окрашенными алыми розами, пионами и гортензиями. Зеленая трава здесь была слишком наполнена краской. Лил дождь, и я увидела Эстер, стоящую у края бассейна и смотрящую вниз. Одета она была во всё чёрное, руки её были опущены как у куклы и не двигались. Казалось, ей нужен был лишь шаг, чтобы оказаться на дне бассейна.

Мне стало её жаль. Прости меня, Эстер, я всё тебе расскажу, всё обязательно расскажу.

Я подошла и окликнула подругу. Она обернулась, её взгляд был опустошён. Увидев меня, тени карих глаз сменились ещё большей мрачностью, в них заигралось разочарование.

Я обняла её и старалась посочувствовать, хоть и не могла. У меня не играла эмпатия в жилах.

Дождь продолжал капать, по лбу спускались капли. Эстер отстранилась и посмотрела на меня так беспомощно. Я не знала, что мне делать, всё казалось сложной геометрической задачей. Страшное это чувство, когда внутри столько противоречивых чувств, негатив пожирает изнутри, не оставляя сердцу выход.

— Всё будет хорошо, Эстер, — сказала я чуть тише, не знаю зачем я это сказала. Возможно, в этой фразе я искала торжество, потому что всё действительно закончилось, моя паранойя и долгий кошмар удушающий меня словно питон.

— Возможно, — сказала она хриплым голосом, в нём слышалась усталость, боль и непринятие.

— Не будь так пессимистична, — сказала я, и осеклась, зачем же я это сказала. Тут же пожалела об этом, я хотела сказать ей правду, всю правду, чтобы наш долгий кошмар закончился, чтобы Эстер жила, чтобы я тоже...

— Пессимистичной? — возмутилась она. — Эль, у меня умер отец, как я могу быть не пессимистичной сейчас? Я даже плакать не могу, внутри пустота... Всё будто бы исчезло.

Её голос дрожал так, что казалось, сейчас страховка ответственная за жизнь оборвётся, и она столкнётся со скалой. Мне было больно смотреть на неё, но я не могла сказать ничего больше, потому что она должна была узнать правду о монстре.

Но всё пошло не по плану.

— Извини лишнего сболтнула.

В ту секунду я поняла, сейчас не время и не место рассказать всю правду.

И как по стечению обстоятельств, Эстер презрительно посмотрела на меня. Капли дождя прошлись по её лбу, волосы промокли.

— Сегодня начался конкурс, — сказала я, и поняла, что снова сказала не то.

— Предлагаешь мне пойти на конкурс в день похорон отца? — с иронией произнесла она.

— Я тоже никуда не пошла, следующий конкурс будет через полгода, эта организация раз в полгода проводит такие мероприятия и...

— Эль! — перебила она меня. — Мне сейчас на это всё равно! В день перед его кончиной я поругалась с отцом, он назвал меня шлюхой и отвесил мне пощёчину. Я мысленно пожелала, чтобы его не стало, и... — грустно усмехнувшись, нижняя губа подруги нервно дернулась, — его не стало

Его не стало. Эстер, если бы ты знала, как я этого хотела! Если бы ты только могла представить, как я жила всё это время, каждую секунду опасаясь за свою жизнь. Как я хотела уберечь тебя от монстра, который не был твоим отцом, но жестоко убил твою мать, которую ты всегда презирала. А она даже не смогла защитить себя, и это было очень больно.

Но этот монстр сломал две жизни и ушёл на тот свет безнаказанным, так легко и просто. А теперь ты смотришь на меня с презрением, и я не могу сказать ни слова, потому что пока действуют эти таблетки, которые заглушают всю правду о твоём сломанном детстве, ты мне не поверишь. Никто не поверит, хотя у меня есть доказательства, но их недостаточно. Ты и есть самое доказательство.

— А ты? Как моя анкета оказалась у отца в руках? — спросила она.

— О чём ты? — попыталась я сделать недоумевающий вид, хотя прекрасно знала, о чём она.

— Это не ответ! — раздражённо вскрикнула она.

— Эстер, скажи прямо! — мой голос предательски дрогнул. Пока подруга пристально смотрела на меня, я поняла, что всё идёт к тупику. Сейчас не время, и нам обоим нужно остыть. Я решила солгать, когда атмосфера во дворе стала ещё более напряжённой, а негатив поглощал всё вокруг, словно капли дождя, падающие с неба.

— Хочешь знать правду? — тихо сказала я, и на моём лице появилась нервная улыбка, похожая на улыбку Чеширского кота. Это была улыбка не от радости, а от боли, которая накопилась за все два года моей никчёмной жизни. — Я СДЕЛАЛА. ЭТО. ЧТОБЫ. ТЫ. НЕ. ПОБЕДИЛА.

Тишина… Эстер посмотрела на меня, как на человека, которого видит впервые. Я сжала кулаки, ногти безжалостно впились мне в кожу. Я солгала, меня не было на конкурсе, я не пошла, выбрав её, потому что она была мне не просто подругой, а сестрой. Но я сделала это, предала её, чего бы никогда не хотела сделать.

Я сдерживала ком, который душил меня изнутри, сжигая совесть.

— Зачем ты это сделала? — дрожащим шепотом спросила она.

Чтобы потом, когда настанет время, я снова спасла тебя от кошмаров.

Деваться уже было некуда. И спустя столько наигранных колкостей, я уже стала уходить, как за спиной раздался голос Эстер, её ненавистный взгляд, словно пуля, ударил по сердцу, но я не переменилась в лице, оставаясь снаружи всё такой же холодной.

— Это ещё не конец, — в её голосе звучала неуверенность, злость, обида и предательство.

— Кстати, я с конкурса, — сказала я, хотя конкурс должен был закончиться через час, ведь он начинался с десяти утра до шести вечера. — И я в списке победителей.

Я ушла, и на пороге меня встретил Энтони. Я обняла его, а его маленькие мальчишеские руки крепко обняли меня за талию. Его невинный взгляд голубых глаз пронзил моё сердце, и оно окончательно разбилось.

— Присматривай за сестрой, Тони, защищай её, — сказала я чуть тише, в тот момент, когда из двора вышла Эстер, и наши взгляды снова встретились.

— Ты больше не вернёшься? — с надеждой посмотрел он на меня.

— Вернусь, монстра больше нет... — попыталась улыбнуться я. — Но пока не время, вернусь, когда оно настанет. Обещай, что будешь её защищать? — погладила я его по волосам.

— Обещаю. — гордо кивнул он.

Когда я выходила, меня охватила тошнота, я ненавидела себя за то, что сделала, и за то, что пришлось оставить всё так.

Всё оказалось не так просто. Дэни подъехал за мной на своей машине, и я села в неё. Дождь не прекращался, и я, вся мокрая, задрожала от холода, безысходности и боли. Не в силах больше быть сильной, я начала горько реветь. Дэни обнял меня крепко, целуя в висок и вытирая мои слёзы.

— Всё закончилось, солнце, всё будет хорошо! — сказал он.

— Я предала Эстер... Я её предала... — рыдала я.

— Настанет время, и вы всё обсудите, сейчас тебе нужно восстановиться, и я помогу тебе.

— Я солгала ей, что была на том конкурсе и что победила, солгала, что отдала анкету, чтобы она не победила, какой же я тварью себя чувствую — буря эмоций внутри меня, словно вихрь, вырвалась наружу.

— Всё, что не делается, всё к лучшему. Я помогу тебе, мы справимся, он мёртв, а это значит, что одна проблема решена.

Не зная, что ещё сделать, от бури эмоций, вместе со слезами, я поцеловала его. Мои губы тут же заболели от наслаждения, горячее дыхание обдало всё моё тело, по спине пробежали мурашки, к щекам прильнула кровь. Он аккуратно целовал мою нижнюю губу, так нежно, что холод отступил. Он коснулся руками моих мокрых волос, и пульс вновь сменил градус ударов, сердце моё колотилось так быстро, что негативные эмоции тут же испарились. Мягкие губы касались моих, он не старался сделать поцелуй глубже, он осторожно и нежно дотрагивался до моих, а мне хотелось большего, хотелось утонуть в этом поцелуе и раствориться. Я сама не могла понять, почему так тянет к нему, его запах, горячие руки — всё, абсолютно всё сделало меня защищённой от всего цунами вокруг. Мы целовались долго, а когда отстранились, он посмотрел на меня так туманно, что в горле пересохло.

— Может... — закусив губу, я осеклась. — Ладно нет. Думаю, не время для этого.

Мысленно отругала себя. Сейчас не время для любви, сейчас время как раз таки бороться за неё, и пока моей подруге плохо, я не стану счастливой.

Дэни понял меня и не стал настаивать. Он отвёз меня к себе домой, где мы лежали в кровати в обнимку, стараясь обдумать наше будущее, как идти дальше по оборванному канату. Мысли об Эстер оставляли желать лучшего. Я предательница, предала самого близкого мне человека. Мне всего лишь нужно время, чтобы всё исправить, но простит ли она меня, даже если узнает правду, этого я не могу знать. Она хороший человек, а хорошие люди всегда прощают, даже быстрее, чем попросишь прощения; но ситуация иная, возможно, мне придётся побороться, чтобы моя подруга снова стала для меня всем.

*********

В школе всё казалось черно-белым, словно погруженным во мрак.

Я видела, как Эстер поникла, и моё сердце разрывалось от боли. Я хотела подойти к ней, обнять и извиниться, но останавливала мысль о том, что она ничего не помнит и сейчас не время для этого. Это причиняло мне ещё больше страданий. Мне казалось, что я жалею о том, что тот человек, который причинил ей столько боли, ушёл из жизни раньше, чем я могла бы отомстить за неё.

Я лгала всем, пытаясь казаться стервозной перед Эстер, чтобы оттолкнуть её от себя. Я хотела, чтобы она ненавидела меня, считала предательницей. И хотя я не была на том конкурсе, я говорила всем, что победила и скоро меня ждёт нечто большее.

Пока я пыталась притворяться, что всё хорошо, Эстер сидела за первой партой у окна, а за ним бушевал ливень. Под её глазами появились мешки, сосуды в глазницах полопались, и было очевидно, что она постоянно плачет. Её губы были сухими и бледными, а каштановые волосы завязаны в небрежный пучок. Казалось, что она не мыла их с тех пор, как ушла с похорон. Это было невыносимое зрелище, но я не знала, что могу сделать.

Однажды, когда я шла в спортивный зал, где должны были пройти репетиции по чарлидингу для поддержки нашей баскетбольной школьной команды, я столкнулась с ней лицом к лицу. Наши взгляды встретились, и в её мрачном бледном взгляде ничего не выражалось. Я поняла, что в её жизни наступила чёрная полоса, она ни с кем не разговаривает и всё время сидит молча, даже перестала отвечать на уроках или записывать что-то в тетрадь.

Прости меня, подруга, ненавидь меня сейчас сколько хочешь, ты имеешь на это право.

Через день мне позвонил Дерек и предложил встретиться. В тот же день мы встретились в парке «Реки Гудзон». Этот парк представляет собой оазис спокойствия и красоты, где сочетаются дикая природа и ухоженные зоны отдыха. Дерек стоял у реки, смотря вдаль о чём-то задумавшись.

— О чём ты хотел поговорить? — без приветствия начала я. Низкий голос Дерека ещё по телефону заставил меня понять, что ему важно со мной поговорить.

Он обернулся ко мне, внимательно глядя.

— Эстер ничего не знает о том, что ты соврала про конкурс, а у меня есть предложение.

— И какое же? — неуверенно спросила я.

— У меня есть связи с Аолтоном Федериком, продюсером, у него много связей в сфере шоу-бизнеса. Он может тебя продвинуть.

— Погоди, ты предлагаешь мне карьеру? — удивилась я не на шутку.

Дерек легонько кивнул, всё так же внимательно смотря мне в глаза.

— Зачем тебе это? — спросила я тут же, это выглядело странно.

— Я хочу помочь тебе, и пока с Эстер ситуацию нужно замять, пока я не найду её отца.

— Ты всё ещё хочешь его найти?

— Не просто хочу, поиски минимальны.

— Что это значит? — не поняла я.

— Он в этом городе. Я ещё раз связался с той женщиной, которая рассказывала нам о Монике. Она сказала, что до знакомства с Филиппом, она встречалась с мужчиной старше её на пару лет после того, как вышла из интерната для сирот. Они встречались недолго, а после она встретила Филиппа, и, по словам Оливии, сразу в него влюбилась, и он предложил ей выйти за него.

— Какая трогательная история — съязвила я. Нервная усмешка выпала из моих губ.

Я отвела взгляд на реку, чтобы переварить информацию.

— Но почему ты предлагаешь мне это, почему я не могу остаться и помочь?

— Ради твоей безопасности, пока Эстер ничего не знает, а я ищу её отца, всё должно остаться в тишине. Ты же наговорила ей о конкурсе, так пусть эта идея вранья держится до того момента, пока не придёт нужное время.

— А когда это время должно прийти? — закусила я губу, скрестив руки, я вновь направила свои глаза на Дерека.

— С тобой будут мои люди, там ты будешь в безопасности, ты построишь свою карьеру, заживёшь нормально, пройдёт время и тебе станет легче, я же вижу как тебе плохо.

— Ты такой проницательный. — вздохнула я, и слёзы начали щипать глаза.

— Я понимаю тебя Эль, но ты должна набраться терпения, нам всем нужно набраться терпения. Филипп мёртв, одна проблема решена, осталась собрать тебя и Эстер по кусочкам заново.

Я уставилась на реку, по которой шумно спускалась прозрачная вода под ласкание солнца. В словах Дерека звучала логичный ход событий, подумав, я сделала выбор.

Но кивнув, я почувствовала удушающую боль в груди, теперь мне придётся исчезнуть на некоторое время, продвигаться как медийная личность.

— Ты позаботишься о ней? — с надеждой спросила я, не знаю, что увидел в моих глазах Дерек, но на его лице без сомнения заиграли краски обещания, которое он точно сдержит.

— И не забывай обо мне, понял! — ткнула я его в плечо.

— Ты мне как младшая сестрёнка, я буду заботиться о тебе — вдруг сказал он.

— Пожалуйста, будь с ней рядом, знай, что она не любит острое, любит корейскую еду, любит пить кофе по утрам, читать классику и детективы, любит танцевать, любит рисовать на полях, обожает сладкое, пьет из газировки только колу, у неё плохое зрение, она подкармливает бездомных животных по выходным, любит делать подарки, играть в детские игры, мастерить, любит смотреть футбол, обожает физику, обожает дождь, под ливень и гром засыпает быстрее, укрывается тёплым одеялом даже жарким летом, носит кроссовки и никогда туфли, её любимый цвет синий, время года — зима, и пожалуйста... — не сдержала я и так уже поступающих слёз отчаяния и разбитого сердца — поскорее спаси её от кошмара, которого она не помнит.

Выслушав мой речевой монолог, он ничего не сказал, а лишь крепко обнял меня, прижал к себе словно потерявшего ребёнка, погладив по голове. Мои слёзы скатывались по щекам, я уткнулась ему в плечо, и всхлипывала надрывисто.

*********

Два года спустя

Я не знала, как реагировать, когда увидела Эстер на сцене. Её яркий наряд словно излучал элегантность и пластичность, а каждое движение было исполнено грации. Я узнала её сразу, но смогла притвориться, что удивлена.

Я зашла в гримерку не для того, чтобы снова поссориться, а чтобы увидеть её. Она не изменилась: её каштановые волосы были так же прекрасно уложены, а карие глаза по-прежнему излучали невинность. Я поняла, что она всё ещё страдает от утраты, и при упоминании об отце её лицо искажалось от боли. Я скучала по ней.

Спустя два года я осознала, что она ничего не помнит. Я не могла понять, как таблетки могут действовать так долго, и не могла представить, что она не закончила их приём. Я думала, что на время исчезну, как предложил Дерек, но мы всё время были на связи. Он поступил в тот же университет, что и она, и следил за ней на каждой лекции, даже вне колледжа. Всё в её жизни, казалось, было стабильно.

Что касается Дэни, я была рада вернуться сюда, ведь я не видела его с тех пор, как попрощалась с этим городом. Мы переписывались и поддерживали связь, и мои чувства к нему с каждым днём становились всё сильнее. Я даже не знаю, чувствовал ли он то же самое, но я могла предположить, что у него до сих пор нет девушки, а значит, что-то есть.

Два года я усердно работала над продвижением своей карьеры как популярная танцовщица, и меня ждали все. Мои аккаунты в социальных сетях били рекорды, я участвовала в турах знаменитостей, коллабах и даже снималась в многочисленных клипах. Меня называли Королевой Эль, и мой прайм был в самом разгаре.

Я вернулась не просто так, а потому что устала ждать. Я знала, где учится Эстер, и была в курсе, что она бросила свою мечту и поступила в медицинский. Я не могла понять, почему она так быстро оступилась и зачем сдала назад. Причина была в том, что она винила себя в смерти отца.

За эти два года у неё появилась новая лучшая подруга, и я была рада, что хоть кто-то близкий сейчас был рядом с ней. Эта красивая миниатюрная азиатка увела мою бывшую подругу из гримерки, гордо приподняв подбородок, оставив меня с моими мыслями. Я поняла, что сделала ей больно, и попросила прощения за это.

Я специально договорилась с директором этого университета заранее, чтобы фестиваль прошёл именно здесь. Я хотела, чтобы мой план точно сработал. Эстер попала на крючок мгновенно, и я знала, что это сработает. Видимо, для неё мотивацией было доказать мне, кто она и на что способна. Я гордилась ею.

После фестиваля я связалась с Дереком, но он не брал трубку, и я не знала, где он и когда ответит. На следующий день он всё же перезвонил, и мы встретились в клубе в вип-зоне. Играла громкая попсовая музыка, диджей на первом этаже держал танцпол с молодёжью, пока те выпивали и танцевали. Неоновая фиолетовая подсветка создавала атмосферу.

— Есть какие-нибудь новости? — спросила я, глядя на Дерека. Его лицо было разбито, и я поняла, что он снова дрался.

Ну как же это не впервые! Дерек рассказывал о своих семейных проблемах. Репутация его отца сейчас под угрозой, репортеры постоянно стояли у компании, расспрашивая, куда же делся старший наследник. Проблему всячески скрывали, но одна беда привела к другой. Даже за спиной отца Дерек пытался спасти своих родных: начиная с спасения старшего брата, который сбежал далеко и не выходит на связь, и заканчивая тем, что главарь крупной банды заставляет Дерека участвовать в нелегальных боях, где он получает крупные суммы в обмен на то, чтобы эти упыри отвязались от брата.

Дело в том, что отец Дерека постоянно занят на работе, спасая горящие акции крупной компании. Сейчас ему нужно спасать земли, которые пытаются сгрести конкуренты. Брат Дерека ввязался в азартные бои без правил и неудачно провалился, поставив на кон репутацию семьи. Дерек сейчас активно борется с главарем, но тем не менее оставил поиски отца Эстер. Надежда умирает последней, а в этом случае уже и нет надежды отыскать его.

У отца Дерека свои проблемы, и поэтому младший сын не хочет ввязывать отца в эту проблему. Для семьи Хантеров это будет позором, что старший наследник ввязался в азартные игры для развлечения и попал по полной программе. Конечно, если ситуация разрешится, и Отец узнает правду, будет больше шансов, что весь этот беспредел закончится.

— Ты снова был на боях? — вздохнула разочарованно я. — Когда это всё закончится?

— Нужно ещё время, у отца проблемы, надо подождать до лучших времён. — наливая виски, сказал Дерек и устало откинулся на спинку дивана.

— Надеюсь, всё решится, — зажмурилась я от громкой битом музыки.

— Увиделась с Эстер?

— Да, — пожала плечами я, попивая мохито.

— И как?

— Она меня ненавидит.

— Ещё бы, — усмехнулся Дерек, — с твоим актёрским талантом, тебя бы возненавидели все. Хорошо играешь.

— Хватит шутить, — буркнула я, ударив его по руке, от чего тот изобразил театральные таланты. Я закатила глаза, и Дерека снова что-то рассмешило.

— Ну вот видишь, после двух лет отсутствия тебе уже лучше.

— Не совсем, — прошептала я, но Дерек всё равно услышал.

— Нужно время, ты зря приехала.

— Ты прав, но два года — это немалый срок. Я чувствую себя словно в клетке и хочу поскорее выбраться из этого кошмара, пока не стало слишком поздно.

— Я узнал кое-что, но это не даёт много информации.

— И что же это?

— После предполагаемой смерти Моники Филипп посадил за решётку её любовника. Он отсидел 12 лет и вышел на свободу, когда Эстер уже исполнилось семнадцать.

— Это хорошая зацепка. Не думаешь, что он сел из-за Филиппа?

— Вы правы, возможно, он хотел избавиться от него, возложив на него уголовное дело об убийстве. Ему не нужны были свидетели, возможно, он опасался, что любовник Моники будет искать её и поймёт, что с ней произошло.

Как выяснилось, её любовника звали Дамиан Фернан, и после выхода из тюрьмы он сменил имя. Я так и не смог найти информацию о том, кто он такой. Даже полиция и бывшие заключённые, с которыми он хорошо общался, не знают его адрес. Дело зашло в тупик, но поиски продолжаются.

— Как же всё это сложно... — Я потерла глаза, эта незаканчивающаяся рутина угнетала меня.

— О чём болтаете? — раздался до боли знакомый голос. Этот мужской тембр был так притягателен, что моё сердце замерло. Как же я скучала по Дэниэлу!

Он был всё тот же: карие пронзительные глаза, те же татуировки на лице, слегка изменившаяся причёска, но улыбка всё та же. Мой прекрасный принц с шипами роз.

Дэни смотрел на меня с нарастающей тоской. Он тоже скучал по мне, его глаза ясно говорили об этом. Хорошо, что здесь шумно и играют неоновые цвета, и никто не видит, как к моим щекам прилипает кровь, как она пульсирует по венам, как руки потеют, а сердце бьётся сильнее обычного человеческого ритма.

Я встала и подошла к нему, не зная, что сказать в первую очередь.

— При.. — Не успела я договорить, как парень обнял меня так, словно хотел обнять самого милого на свете котёнка. Его горячие руки оказались на моей спине, и по позвоночнику тут же пробежала холодная дрожь от его прикосновений. Я боялась, что пока он обнимает меня, через нашу плоть будет слышно биение моего сердца. Я была в коротком розовом платье, без намёка на высокие каблуки, и, утыкаясь носом ему в плечо, я почувствовала аромат его одеколона — мята и апельсин.

— Я скучала по тебе, — прошептала я возле его уха, не зная, услышал ли он меня. Но чуть отстранившись, я увидела искреннюю кошачью улыбку на его лице.

— Я тоже, — ласково сказал он, убирая прядку розовых волос с моего лица.

— Эй, голубки, прекратите, я всё ещё здесь, — проворчал Дерек, крича нам в спину.

— куда ты вчера уехал с Эстер? — внезапно поинтересовался Дэни, я удивлённо взглянула на Дерека, который устало вздохнул.

— Смысле? Вы были вместе и ты мне ничего не рассказал? — нахмурилась я.

— Тут нечего говорить — Пожал плечами он — ты даже нес спрашивала.

— Ну теперь рассказывай!

Села я на диван и Дэни сел рядом. Мы внимательно уставились на Дерека. Тот молчал, почесывая лоб. — ты будешь молчать? — злюсь я.

— А что мне говорить? — усмехнулся Дерек — Ладно, она пришла в бар зевс, где частенько я бываю на боях

— а что она там делала? — посмотрела я на Дэни

— Я не знаю, я предупреждал ее чтобы она уходила, но намеков она не поняла — смеется Дэни.

— И что.. Было дальше? — посмотрела я на Дерека, который и вовсе ничего не хотел рассказывать.

— Ох.. Пришла на бой, ее увидел тот старый придурок, оценил ее взглядом сверху вниз, мне это не понравилось увел ее оттуда, а дальше и до общежития добирались, по ее словам она просто хотела где нибудь отдохнуть, не лучшее место однако — посмеялся Дерек, о чем то задумавшись, его взгляд изменился стал таким щенячьим.

— И что дальше? — допытывала я.

— Эстер есть характер — снова усмехнулся он, качая головой — всю дорогу со мной спорила, да я даже был готов поверить в то, что я сам виноват в ее присутствии.

— Надо же как продуктивно развиваются ваши отношения. — шучу я

Мы втроем посмеялись. Немного поговорив, Дэни отвез меня в отель в котором я остановилась, через пару дней я собиралась уехать, и на последний день должен был пройти анонимный вопрос с участием студентов Колумбийского университета, я просто надеялась что мероприятие закончится быстро.

— зайдешь ко мне? — спросила я парня, когда тот припарковал свою машину у отеля. Глаза парня засверкали таинственным огоньком, я прищурилась вглядываясь в них.