Глава 12. В поисках Ларисы Валерьяновны

Утром в субботу Александра Павловна и впрямь собралась на работу, пообещав вернуться не позднее четырех часов. Но Даша знала, в лучшем случае мама вернется часам к шести. Она обрадовалась. И вышла проводить маму до лифта. Тут же открылась дверь квартиры Смирниных, и отец Стаса, Кирилл Юрьевич, тоже направился к лифту.

— С добрым утром, дамы! — приветствовал он Дашу и ее маму. — Куда это вы, Саша, в такую рань в выходной день?

— На работу, Кирилл, на работу!

— И я на работу! — вздохнул Кирилл Юрьевич. — Покой нам только снится!

И они вместе уехали в лифте. Даша тут же бросилась к Стасу.

— Стасик, мы пойдем?

— Конечно! Повезло нам, что родители сегодня работают, а то замучили бы вопросами.

Через четверть часа они уже шагали к метро. Начать они решили с самого дальнего адреса. Ясенево, Литовский бульвар.

— Стасик, а ты придумал, что говорить? — спросила по дороге Дата.

— В общих чертах! Я буду всем про историю Братушева талдычить... Только имей в виду, я свою фамилию называть не стану! Она может насторожить эту крысу Ларису!

— Ой, правильно!

— И еще — для всех мы брат и сестра!

— Отлично, братишка!

Они доехали до метро Беляево и там пересели на автобус.

— Откуда ты знаешь, как туда ехать? — удивилась Дата. — А я вчера еще по справочнику все маршруты составил, чтобы не терять зря время!

— Ну, ты даешь!

Нужный дом они нашли без труда. Он был огромный, занимал чуть не полквартала. Дверь в подъезд была открыта. Они поднялись на четвертый этаж. Позвонили в Квартиру 209.

— Кто там? — раздалось из-за двери.

— Извините, пожалуйста, — начала Даша, — мы к Ларисе Валерьяновне.

— К какой? — донесся голос из-за двери.

— К Артемьевой!

— По какому вопросу?

— Скажите, Лариса Валерьяновна училась в Братушевской школе?

— В какой школе?

— В Братушевский!

— А что это такое?

Стас пожал плечами.

— Обычная школа в городе Братушеве!

— Ну и что?

— Так училась там Лариса Валерьяновна или нет? — уже с раздражением осведомился Стас.

— Ну, допустим, училась, и что дальше?

Даша радостно глянула на Стаса. Тот тоже приободрился.

— Вы нам не откроете? — спросила Даша.

— И не подумаю! Мало ли кто вы такие!

— А вы посмотрите в глазок! — посоветовал Стас.

— Да уж сто раз посмотрела. Парень и девчонка, такие вполне могут и убить, и ограбить! Говорите через дверь!

— Мы привезли из Братушева приглашение Ларисе Валерьяновне на сбор учеников Братушевской школы! Лариса Валерьяновна — это вы?

— А вам какое дело? Бросьте приглашение в почтовый ящик!

— Но мы же не уверены, что вы — та самая Лариса Валерьяновна. У нас целых четыре адреса!

— Четыре? И везде живет Лариса Валерьяновна Артемьева?

— Да! Но вообще-то у нас больше таких адресов, мы просто выбрали наиболее подходящие по возрасту...

— И какой же возраст для вас подходящий?

— Лет шестьдесят!

— А ну, убирайтесь отсюда, нахалы!

Ишь чего вздумали! Оскорблять женщину! Катитесь подобру-поздорову, а то милицию вызову! Вона что выдумали — шестьдесят лет! И кто это вам позволил оскорбления наносить! Наглые морды! — с каждой фразой женщина за дверью все больше заводилась. — Вон, падлы, чего делают! Приходят в дом и всякие гадости говорят!

— Идем отсюда! — громко произнес Стас.

— Вот-вот! Убирайтесь!

Тут из соседней квартиры выглянул старичок.

— Молодые люди, вам чего?

— Да мы хотели... — начала Даша и глазами показала на дверь квартиры 209.

— Понятно! Не связывайтесь с нею, если можете, она... — И старик покрутил пальцем у виска. — Вы случайно про возраст ей ничего не говорили?

— Я сказал, что ищу Ларису Валерьяновну Артемьеву, лет шестидесяти, а она...

— Вон! Вон! Убирайтесь! А ты, Пашка, у меня еще получишь! Снюхался с этими иродами! — снова заорала Лариса Валерьяновна.

— Ладно, мы пошли, похоже, ошибка вышла, — сказал Стас.

— А что вы хотели от нее?

— Вы случайно не знаете, она жила когда-нибудь в Братушеве? — тихо спросила Даша.

— В Братушеве? Точно нет! Она родилась в Чернигове и вот уже лет тридцать живет в Москве. Тут и ума последнего лишилась! — шепотом сообщил старик.

— Вот спасибо, тогда мы пойдем!

— Идите, идите! А то она еще долго голосить будет.

Они бросились к лифту, а вслед им неслось:

— Сволочи, живоглоты! Людям покою не дают! Паразиты проклятые! Христопродавцы!

— Да, облом, — вздохнул Стас, когда они уже вышли на улицу. — Что нас еще сегодня ждет!

— А главное, она же сначала нормальные вопросы задавала. Понятно, люди боятся незнакомых в квартиру пускать, — рассуждала Даша, — а потом пошло-поехало!

— Ничего, трудности закаляют характер! — усмехнулся Стас.

— Куда теперь? — осведомилась Даша.

— Профсоюзная улица, у метро «Новые Черемушки»!

— Стасик, это ты неплохо про школу придумал, но только...

— Что?

Это годиться для... ну, для ненастоящих Ларис...

— Почему?

— А вдруг, она и вправду захочет поехать на такой сбор? Что тогда?

— Я как-то об этом не подумал... Но почему-то мне кажется, она не захочет. Она же, судя по словам сестры, большая стерва, а такие сборы... это для людей с чувствительной душой. Так, по-моему. И потом, сестренка, по закону мирового свинства настоящая Лариса окажется последней. Помяни мое слово!

— Почему?

— А вдруг, она и вправду захочет поехать на такой сбор? Что тогда?

— Я как-то об этом не подумал... Но почему-то мне кажется, она не захочет. Она же, судя по словам сестры, большая стерва, а такие сборы... это для людей с чувствительной душой. Так, по-моему. И потом, сестренка, по закону мирового свинства настоящая Лариса окажется последней. Помяни мое слово!

От метро «Новые Черемушки» они шли минут десять. Вторая по счету Артемьева жила в обычной пятиэтажке, обшарпанной и замызганной, на втором этаже. Они позвонили в квартиру 67.

— Кто там? — отозвался детский голос.

— Лариса Валерьяновна здесь живет?

— Ага.

— Это твоя бабушка? — ласково поинтересовалась Даша.

— Ага.

— Позови бабушку!

— Ага, а волшебное слово?

Даша рассмеялась.

— Пожалуйста, позови бабушку!

— Катенька, кто там? — донесся до них голос бабушки.

— Тебя зовут, баба!

— Иду, Катенька, иду! Кто там?

— Извините, вы Лариса Валерьяновна Артемьева?

— Я. А вы кто?

— Скажите, пожалуйста, — начал Стас, — вы учились в школе города Братушева?

— Братушева? Нет, не училась. Я в Москве училась. А что?

— Значит, мы ошиблись, — вздохнула Даша.

Очередная Лариса Валерьяновна вдруг распахнула дверь.

— Вы сказали, вам нужна Лариса Валерьяновна Артемьева? Из Братушева?

— Да!

— Знаете что, ребятки, заходите! Кажется, я смогу вам помочь!

Даша и Стас переглянулись. Очень интересно!

— Да вы не стесняйтесь, заходите, раздевайтесь, я вас сейчас чайком напою! Проходите, проходите в комнату!

— Баба, ты зачем чужих пустила? — вдруг басом спросила Катенька. — Я все папке скажу!

— Ишь ты какая, доносчица — собачья извозчица! — засмеялась Лариса Валерьяновна.

— Нет! — топнула ногой Катенька, ей было не больше пяти. — Нет, я не доносчица! Я не хочу быть доносчицей!

— Знаете, почему она так испугалась? Мой сын всегда говорит: нет ничего хуже доносчиков, доносчику — первый кнут! Неохота ей кнута отведать! Ну, Катенька, не плачь, маленькая, бабуля пошутила, бабуля Катеньку любит! А вот мы сейчас гостим чайку вскипятим, вареньица вишневого достанем, а еще и абрикосового! Катенька хочет чаю с вареньицем?

— И с сухарем! — пробасила Катенька. — Садитесь, ребятки, не стесняйтесь, сейчас за чаем и поговорим!

Милая женщина поспешила на кухню и вскоре вернулась с красивыми чашками, блюдцами и розетками.

— Катенька, сбегай на кухню, ложечки принеси.

— Может, вам помочь? — смущенно спросила Даша.

— Да нет, спасибо; у меня уже своя помощница выросла.

Вскоре чай был заварен, разлит по чашкам, варенье оказалось просто восхитительным, сухари очень вкусными, и на какое-то время все занялись чаем. Вскоре Катенька, напившаяся чаю с сухарями, начала клевать носом. Бабушка подхватила ее на руки и унесла.

— Я сейчас вернусь! А вы пейте, пейте еще, не стесняйтесь!

Действительно, минут через пять хозяйка вернулась.

— Заснула. — сообщила она с умиленной улыбкой. — Ну что; ребятки, к делу? Зачем вам нужна Лариса?

— Понимаете, в школе, где она училась, в Братушеве, задумали устроить сбор бывших учеников, вот мы их и ищем.

— Зря стараетесь! — Почему? — спросил Стас.

— Потому что не пойдет Лариса на такой сбор. Скорее удавится. Она этого периода в своей жизни как будто стыдится!

— А откуда вы ее знаете? — спросила вдруг Даша.

— Мы с ней в одной компании познакомились, когда еще совсем девчонками были и надо же — такое совпадение — и имя и отчество и фамилия, все одинаковое. Даже вроде подружились на этой почве. Она красивая была! Пела прекрасно и вообще способная девчонка, только чувствовалась в ней какая-то червоточина. Злая она была! Циничная! Ей ничего не стоило, к примеру, у подружки парня отбить... Просто так, ради интереса... Я, помню, спросила ее: «Лар, зачем у Люды парня отбиваешь? Он тебе нужен? А она мне ответила: „В гробу я его видала в белых тапочках, мне просто охота самой себе доказать, что я любого отобью, если захочу". Я возмутилась и говорю: но Люда же плачет, она его любит. Ларка отвечает: А нечего зевать, и вообще, зачем он ей нужен, если его первая попавшаяся увести может! А она не первая попавшаяся была! Нет! Красавица, генеральская дочка. Она говорила, что отец на каком-то полигоне погиб, а его на самом деле в тюрьму посадили... Тогда многих сажали, без разбору, но она стыдилась, скрывала... Еще у нее сестра была, Марго. Та совсем другая, добрая, славная...

Лариса Валерьяновна замолчала, подперев рукой щеку, задумалась. Дети сидели, затаив дыхание. Потом она встряхнулась.

— Вы уж простите меня, ребятки, молодость вдруг припомнилась. Уж и тяжкое время тогда было, а молодость она и есть молодость! Все добром вспоминается.

— А что дальше было? — тихонько спросила Даша.

— Дальше-то? Дальше пути наши разошлись. Ларка почему-то вдруг живописью начала интересоваться, решила поступать в университет, на искусствоведа учиться...

Очень я тогда удивлялась. И замуж она вышла за однофамильца своего... Сережу Артемьева.

— А дети у нее были?

— Насколько я знаю, нет.

— И вы с тех пор с нею не виделись?

— Да, давненько мы не видались, а вот лет пять назад случайно на рынке нос к носу столкнулись,

— И что? — в один голос спросили Даша и Стас.

— Узнали друг дружку сразу, хоть лет тридцать не встречались, а то и больше. Ух, она шикарная стала, шуба норковая до пят, руки все в перстнях, холеная такая... И, знаете, ребятки, она раньше красавицей была, а тут, гляжу, все дурное у нее на лице проступило...

— А вы с нею говорили? — поинтересовался Стас.

— Да! Она, похоже, молодость вспомнила, растрогалась даже, в гости меня пригласила...

— Значит, вы знаете ее адрес? — простодушно воскликнула Даша.

— Не пошла я к ней в гости, не захотелось мне! — Почему?

— Сама не знаю, не захотелось и все тут!

— А телефон ее у вас есть? — с надеждой спросил Стас.

— Был где-то. Поискать надо. Только зря вы надеетесь, не поедет она в Братушев.

Лариса Валерьяновна, а вы не могли бы все же поискать ее телефон или адрес? Нам поручили, и потому мы бы хотели от нее самой отказ услышать. Понимаете, как говорят, для очистки совести! — уговаривал женщину Стас.

— Ладно, сейчас поищу!

Она поднялась и направилась к комоду. Выдвинув верхний ящик, Лариса Валерьяновна вытащила оттуда три затрепанные записные Книжки и принялась листать их.

— Вот, нашла! Но тут почему-то только адрес, а телефона нет. — Нам хотя бы адрес! — возликовала Даша. Похоже, сегодня все-таки удачный день.

— Записывайте!

Стас аккуратно записал адрес.

— Спасибо вам огромное, Лариса Валерьяновна! Вы вас так выручили! И за чай спасибо, и за варенье!

— На здоровье, — усмехнулась хозяйка дома.

— И как это вы не побоялись вас впустить? — спросила Даша.

— А я в людях сразу разбираюсь, даже по голосу! Вот потому, наверное, и не захотела с Ларой встретиться! А вам спасибо, ребятки, за то, что молодость напомнили!

— До свидания, Лариса Валерьяновна! — Дай вам Бог здоровья!

* * *

— Дашка, ты понимаешь, как вам повезло? Просто фантастически! В таком городе, как Москва....

— А как мне повезло с Маргаритой? Это разве не чудо? Значит, мы с тобой на правильном пути!

— И сама судьба за нас?

— Вот именно! Стасик, мы прямо сейчас к ней поедем?

— А чего зря время терять?

— Нет, не стоит! — решительно заявила Даша.

— Почему? — удивился Стас.

— Надо хорошенько все обдумать! Ты же к ней с этой байкой про сбор не явишься, правда? Она тебя пошлет куда подальше, тем более она, кажется, крутая! Нужно что-то похитрее выдумать!

— Да? Может, ты и права! Тут надо действовать осторожно! Знаешь что, давай сейчас туда съездим, просто поглядим, что там да как, может, с кем-нибудь из соседей удастся поговорить! Согласна?

— Ясное дело!

Лариса Валерьяновна Артемьева жила в кирпичной башне в бывшем Безбожном, ныне Протопоповском переулке. На лавочке у подъезда никого не было, Стас и Даша присели отдохнуть.

— Ну и чего нам тут разведывать? — спросила Даша. — Дом как дом!

И вдруг они увидели, как из подъезда вышел человек, очень немолодой и с таким знакомым лицом, что оба, и Стас и Даша, мучительно напряглись — кто же это такой.

— Окуджава! Это Окуджава! — прошептал Стас, когда тот отошел на некоторое расстояние.

— Ты уверен?

— На все сто! Надо же! Булат Окуджава! Отец просто помешан на его песнях!

— Моя мама его тоже любит, но Высоцкого больше! — сообщила Даша.

— Если в этом доме живет Окуджава, значит, этот дом привилегированный, и наша Ларочка вполне может тут жить!

— Эх, надо было с Окуджавой закорешиться! — воскликнула Даша. — Только мы поздно сообразили, кто это такой.

— Да, неплохо бы! Но что теперь, поздно ужё. Подождем, может, еще, какая-нибудь знаменитость появится!

Но никакие знаменитости больше не появлялись. Зато из подъезда выглянула консьержка.

— Вы чего тут сидите, ребятки? Ждете кого?

— Ждем! Ларису Валерьяновну Артемьеву! — неожиданно выпалила Даша.

— Ну и зря! Лариса Валерьяновна уехала.

— Насовсем? — ахнула Даша.

— Нет, почему? Дела у нее там какие-то! Она женщина известная... А вам зачем?

— Да есть у нас к ней дело, — растерянно проговорил Стас. — А когда она вернется, не знаете?

— Думаю, через недельку, если бы на дольше уехала, оставила бы мне ключи, цветочки поливать!

— Понятно! Спасибо! Мы придем через неделю!

— Что ж, приходите!