Вступление

Посвящается моей матери,

Март 1889

— Прошло больше восьми месяцев с тех пор, как девчонка пропала...— У «девчонки» есть имя, любезный Майкрофт, — вмешался Шерлок, стараясь все же не грубить брату, к которому пришел в гости на ужин. Майкрофт, несмотря на свое затворничество, знал толк в гостеприимстве: он дождался, пока уберут тарелки с мясным пирогом под соусом из смородины, и лишь тогда завел разговор на болезненную тему — об их младшей сестре Эноле Холмс. — Энола. И, к сожалению, она не просто «пропала», — добавил Шерлок тихим, почти капризным голосом. — Она взбунтовалась и сбежала, а теперь успешно от нас скрывается.— Однако это не все, чего она добилась, — хмуро ответил Майкрофт и, грузно приподнявшись со стула, потянулся за стеклянным графином.Шерлок понял, что брат хочет сказать что-то важное, и молча дождался, пока Майкрофт наполнит бокалы превосходным напитком, благодаря которому их разговор казался более или менее терпимым. Они оба ослабили высокие накрахмаленные воротники и черные галстуки.Потягивая вино, Майкрофт продолжил своим нудным, раздражающим голосом:— За прошедшие восемь месяцев она нашла трех пропавших без вести человек и сдала в руки закона трех опасных преступников.— Да, я в курсе, — признал Шерлок. — И что с того?— Ты что, не понимаешь, какая тревожная вырисовывается картина?— Не вижу в ней ничего тревожного. Это всего лишь совпадения. На дело маркиза Бэйзилвезерского она наткнулась случайно. А леди Сесилию Алистер встретила, когда раздавала нищим хлеб и теплую одежду в образе сестры милосердия. И...— ...И имя похитителя узналось как-то само собой?Шерлок опустил взгляд, не потрудившись ответить на едкое замечание Майкрофта.— Я собирался добавить касательно исчезновения моего друга Ватсона: если бы он не был связан со мной — разве Энола взялась бы за его поиски?— Откуда тебе знать, почему она пыталась отыскать Ватсона? Ты ведь до сих пор не знаешь, как она его нашла!— Да, — кивнул Шерлок Холмс, — не знаю. — Отчасти благодаря хорошо выдержанному портвейну, согревающему душу, отчасти из-за определенных событий и того, как много прошло времени, детектива больше не огорчали и не тревожили мысли о сбежавшей сестре. — Не в первый раз она меня перехитрила, — чуть ли не с гордостью добавил он.— Ну-ну! А какая, скажи на милость, ей будет польза от этой дерзости и хитрости, когда она вырастет?— Полагаю, что никакая. Но не забывай, что Энола — дочь суфражистки, а яблочко от яблони недалеко падает. Впрочем, теперь я могу за нее не беспокоиться. Она вполне способна сама о себе позаботиться.Майкрофт отмахнулся от его слов, будто от надоедливого насекомого:— Не это главное. Меня страшит будущее девочки, а не ее непосредственное выживание. Что с ней станет через несколько лет? Ни один достойный джентльмен не обручится с дерзкой и независимой девушкой, которая к тому же интересуется преступным миром!— Ей всего четырнадцать, Майкрофт, — терпеливо возразил Шерлок. — Она перестанет носить у груди кинжал, когда повзрослеет.Майкрофт вскинул кустистые брови:— Ты всерьез считаешь, что со временем она начнет соответствовать ожиданиям приличного общества? Ты, бунтарь, который отказался осваивать признанные профессии и изобрел свою собственную?! Ты, с твоим неслыханным образом жизни?!Первый и единственный частный консультирующий детектив скептически покачал головой:— Она женского пола, мой любезный Майкрофт, и ее природа диктует ей стремление к созданию домашнего очага, семьи, потомства. Стоит Эноле созреть, как она...— Ха! Чушь! — ядовито выплюнул Майкрофт. — Не говори, что действительно веришь, что наша непослушная сестра найдет себе мужа и обоснуется в семейном гнездышке!— А ты что, предполагаешь, что она надеется построить карьеру сыщика, который занимается поисками без вести пропавших и поимкой злодеев? — парировал Шерлок, слегка задетый тем, что его рассуждения окрестили «чушью».— Вполне возможно.— Ты правда думаешь, что она хочет открыть свою контору? Стать мне соперницей? — Он хмыкнул. Раздражение Шерлока улеглось: сейчас беседа казалась ему забавной.— Я бы не удивился, — спокойно ответил Майкрофт.— А потом скажешь, что она начнет курить сигары! — воскликнул Шерлок Холмс и от души рассмеялся. — Неужели ты забыл, что наша сестра — всего лишь одинокий, оставленный матерью ребенок? Она не способна так широко мыслить. Вздор, мой любезный Майкрофт, сущий вздор!