глава 41

Девушка с конторки уже не хочет кофе.Не хочет пойти проверить свою машину на стоянке.Заявляет:— Если что-то случится с моей машиной — я знаю, кого винить.А я говорю ей — «шшшшшшшшшш».Говорю, мне послышалось что-то важное — утечка газа, или ребёнок где-то плачет.Голос моей мамы, приглушённый и усталый, доносится из интеркома из неизвестно какой комнаты.Мы прислушиваемся, стоя у конторки в холле Сент-Энтони, а моя мама рассказывает:— Лозунг для Америки — «Недостаточно Хорошо». Всё всегда у нас недостаточно быстрое. Всё недостаточно большое. Мы вечно недовольны. Мы постоянно совершенствуем...Девушка с конторки объявляет:— Не слышу никакой утечки газа.Тихий, усталый голос говорит:— Я провела всю свою жизнь, нападая на всё подряд, потому что слишком боялась рискнуть создать что-то...А девушка с конторки обрубает его. Жмёт на микрофон и произносит:— Сестру Ремингтон к приёмному столу. Сестру Ремингтон к приёмному столу, немедленно.Жирного охранника с нагрудным карманом, набитым авторучками.Но когда она отпускает микрофон, из интеркома снова доносится голос, тихий и шепчущий.— Вечно всё было недостаточно хорошо, — говорит моя мама. — И вот, под конец моей жизни я осталась ни с чем...И её голос гаснет, уходя вдаль.Ничего не осталось. Только белый шум. Помехи.А теперь она умрёт.Если не случится чудо.Охранник вылетает через бронированную дверь, смотрит на девушку за конторкой, спрашивает:— Ну? И что здесь за ситуация?И на мониторе, в зернистом чёрно-белом, она показывает на меня, сложившегося пополам от боли в кишках, на меня, держащего в руках свой раздутый живот, и объявляет:— Он.Говорит:— Этому человеку нужно запретить доступ на территорию — начиная с текущего момента.