Глава 4|| Крик в ночи

Экспресс Симплон – Восток прибыл в Белград без четверти девять. Здесь предстояла получасовая стоянка, и Пуаро вышел на перрон. Однако гулял он очень недолго. Стоял сильный мороз, мела метель, навес над перроном служил плохой защитой, и Пуаро вскоре вернулся к своему вагону. Проводник – чтобы согреться, он изо всех сил бил в ладоши и топал ногами – обратился к Пуаро:– Ваши чемоданы, мсье, перенесли в купе номер один, прежде его занимал мсье Бук.– А где же мсье Бук?– Он перебрался в афинский вагон – его только что прицепили.Пуаро пошел разыскивать своего друга, но тот решительно отмахнулся от него:– Что за пустяки! Так будет лучше. Ведь вы едете в Англию, и вам удобнее ехать до Кале без пересадок. А мне и здесь очень хорошо. Вагон совсем пустой, я и грек-доктор – вот и все пассажиры. До чего мерзкая погода, мой друг! Говорят, такого снегопада не было уже много лет. Будем надеяться, что заносы нас не задержат. Должен вам признаться, меня они очень тревожат.Ровно в 9.15 поезд тронулся. Вскоре Пуаро встал, пожелал мсье Буку спокойной ночи и вернулся в свой вагон, который был сразу за рестораном.На второй день путешествия барьеры, разделявшие пассажиров, стали рушиться. Полковник Арбэтнот, стоя в дверях своего купе, разговаривал с Маккуином.Увидев Пуаро, Маккуин оборвал разговор на полуслове. На лице его изобразилось живейшее изумление.– Как же так? – воскликнул он. – Я думал, вы сошли. Вы же сказали, что сойдете в Белграде.– Вы меня не так поняли, – улыбнулся Пуаро. – Теперь я вспоминаю: как раз когда мы заговорили об этом, поезд тронулся.– Но как же... А ваш багаж – куда он делся?– Его перенесли в другое купе, только и всего.– Понимаю...Он возобновил разговор с Арбэтнотом, и Пуаро прошел дальше.За две двери от его купе пожилая американка миссис Хаббард разговаривала с похожей на овцу шведской дамой. Миссис Хаббард навязывала ей какой-то журнал:– Нет, нет, берите, берите его, голубушка, у меня есть что читать. Ужасный холод, правда? – приветливо кивнула она Пуаро.– Не знаю, как вас благодарить, – говорила шведка.– Пустяки! Хорошенько выспитесь, и тогда утром у вас не будет болеть голова.– Это все от простуды. Пойду приготовлю себе чашечку чаю.– У вас есть аспирин? Вы уверены? А то у меня большие запасы. Спокойной ночи, голубушка.Как только ее собеседница отошла, американка обратилась к Пуаро:– Бедняга шведка. Насколько я понимаю, она работает в какой-то миссии – что-то там преподает. Добрейшее существо, жаль, что она так плохо говорит по-английски. Ей было очень интересно послушать о моей дочери.Пуаро знал уже решительно все о дочери миссис Хаббард. Да и остальные пассажиры тоже – во всяком случае, те, которые понимали по-английски. Как они с мужем работают в большом американском колледже в Смирне, и как миссис Хаббард в первый раз поехала на Восток, и какие неряшливые турки, и какие ужасные у них дороги!Дверь соседнего купе отворилась. Из него вышел тощий и бледный лакей. Пуаро мельком увидел Рэтчетта – тот сидел на постели. При виде Пуаро лицо его почернело от злобы. Дверь тут же закрылась.Миссис Хаббард отвела Пуаро в сторону.– Знаете, я ужасно боюсь этого человека. Нет, нет, не лакея, а его хозяина. Тоже мне, хозяин! Мне он подозрителен. Моя дочь всегда говорит, что у меня очень развита интуиция. «Уж если мамочке кто не понравится, – говорит она, – значит, это неспроста». А этот человек мне сразу не понравился. И надо же чтобы он оказался моим соседом! Прошлой ночью я даже приставила к двери свои вещи. Мне показалось, он дергает дверную ручку. И знаете, я бы ничуть не удивилась, если бы он оказался убийцей, из тех самых, что орудуют в поездах. Может, это и глупые страхи, но я ничего не могу с собой поделать. Я его до смерти боюсь. Дочь мне говорила, что я и сама не замечу, как окажусь дома, а у меня на сердце все равно неспокойно. Может быть, это и глупые страхи, но я чувствую, что вот-вот случится что-то ужасное. И как только этот симпатичный молодой человек может у него работать?Навстречу им шли Маккуин и полковник Арбэтнот.– Пойдемте ко мне, – говорил Маккуин, – у меня еще не стелили на ночь. Так вот, скажите мне откровенно, почему ваша политика в Индии...Миновав их, мужчины скрылись в купе Маккуина.Миссис Хаббард попрощалась с Пуаро.– Пойду лягу, почитаю на сон грядущий, – сказала она. – Спокойной ночи.– Спокойной ночи.Пуаро прошел в свое купе – оно было рядом с купе Рэтчетта. Разделся, лег в постель, почитал с полчаса и погасил свет.Через несколько часов он проснулся – его словно подкинуло. Его разбудил громкий стон, почти крик, где-то рядом – это он помнил. И чуть ли не одновременно раздался звонок.Пуаро сел на кровати, включил свет. Он заметил, что поезд стоит – наверное, на какой-то станции.Крик взбудоражил его. Пуаро вспомнил, что рядом с ним купе Рэтчетта. Он встал и приоткрыл дверь в коридор. Проводник, прибежавший из другого конца вагона, постучал в дверь Рэтчетта. Пуаро наблюдал за ним через щелку в двери. Проводник постучал второй раз. В это время зазвонил звонок и замигала лампочка еще на одной двери дальше по коридору. Проводник оглянулся. За дверью соседнего купе сказали:– Се n'est rien. Je me suis trompe. [11]– Хорошо, мсье. – Проводник заторопился к двери, на которой зажглась лампочка.С облегчением вздохнув, Пуаро лег и, перед тем как потушить свет, взглянул на часы. Было без двадцати трех час.