Глава пятная: Побег и что то новое в деле

Комната стихла, но гул в ушах не отпускал. Верёвки натирали запястья, и каждая секунда бездействия давила сильнее. Я резко дёрнула руками — узлы были тугими, но не идеальными. Видимо, кто-то из людей Мариссы слишком полагался на её власть и недооценил меня. Я сглотнула и начала крутить кистью, скользя кожей о край верёвки. Резкая боль от ссадин только подстегнула. Несколько мучительных минут — и петля ослабла. Ещё одно усилие, и руки оказались свободны.— Спасибо, — прошептала я в пустоту. — Недооценивать меня — твоя ошибка. Я сняла верёвку с ног, осторожно поднялась и прислушалась. За дверью слышались голоса и отдалённый смех. Но где-то дальше — приглушённые удары и женский голос, сорвавшийся на крик. Эммари. В груди всё сжалось. Я медленно подошла к двери и проверила ручку — заперта. Но не на ключ, а на простую щеколду снаружи. Значит, шанс есть. Я осмотрела комнату. Стул, столик, пустая бутылка из-под дешёвого вина. Я схватила её, обмотала тканью с края занавески и ударила по стеклу окна. Хруст. Треснувшее стекло упало осколками. Я осторожно выдавила остатки и пролезла наружу. Коридор за окном был узким, тускло освещённым. Слева раздавались те самые крики.Я побежала туда, стараясь двигаться тихо. За дверью слышались ругань и удар плети.— Ну что, будешь ещё огрызаться? — мужской голос.Эммари ответила сквозь зубы:— Только если у тебя ещё есть такие жалкие шуточки, засранец. Я стиснула зубы. Подруга держалась, но долго она не протянет. Я схватила осколок стекла, что успела сунуть в карман, и встала у двери. Сердце билось так, что гул отдавался в голове. Секунда... две... и я врываюсь внутрь.Я вломилась в комнату с хрустом двери. Первое, что увидела — двое амбалов. Один держал палку другой прикуривал сигарету, ухмыляясь. Эммари сидела на полу, руки связаны, но взгляд был всё тот же — вызывающий, злой.— Ну наконец-то, — прохрипела она, увидев меня. — Я уж думала, ты решила остаться пить винишко с начальством.Я рванулась вперёд, не давая времени на реакцию. Осколок стекла вспыхнул в моих руках — и я вонзила его в руку того, что держал палку. Он взревел, и палка выпала на пол. Второй рванул ко мне, но я ударила ногой прямо в пах.— СУКА! — он согнулся пополам, а я изо всех сил приложила его лицом о стену. Первый уже пытался вырвать стекло из руки, кровь текла по полу, но я схватила выпавшую плеть и с размаху хлестнула его по спине. Крик был звериный, он рухнул на колени.Эммари закатила глаза:— Сандра, милая, ты, конечно, горячая, но я тут привязана, может, развяжешь?— Потерпи! — рявкнула я и ещё раз врезала второму, когда он попытался подняться.Тот рухнул без сознания. Я бросилась к Эммари, разрезала верёвки осколком. Она встала, потирая запястья, и с самым наглым видом подняла палку.— Ну что, ребята, устроим мастер-класс? — бросила она в сторону поверженных мужиков. Я фыркнула, хватая её за руку.— Пошли отсюда, пока не нагрянуло подкрепление.Мы выскочили в коридор. Шум драки наверняка уже разнёсся по этажу. Эммари бежала рядом и всё ещё ухмылялась, несмотря на синяк на щеке.— Вот это я понимаю, тимбилдинг. Но, Сандра... — она посмотрела на меня серьёзнее, — ты видела, где держат остальных? Я думаю, мы не единственные здесь «гости».Мы выскочили в коридор, дальше — вниз по лестнице, сердце колотилось так, что казалось, его услышат все вокруг. Дверь запасного выхода поддалась с первого удара плечом, и мы вылетели во двор. Свежий ночной воздух ударил в лицо, я жадно втянула его, но останавливаться нельзя было ни на секунду. Мы побежали к переулку, петляя между мусорными баками и старыми машинами. И тут я почувствовала взгляд.Обернулась. На этаже выше, за широким окном с порванной занавеской, стояла она. Марисса. Всё в том же чёрном, с прямой осанкой и ледяным спокойствием. Она не кричала, не звала людей, не пыталась остановить нас. Только смотрела.Зелёные глаза светились в темноте, словно два фонаря.— Чёрт... — прошептала я, не в силах оторвать взгляд.Эммари тоже заметила её.— Она... почему она просто стоит?..Брюнетка чуть склонила голову и улыбнулась. Это была не насмешка и не злость — скорее обещание. Она знала, что мы выберемся. Она позволяла нам уйти. Я почувствовала холод в груди. Эммари дёрнула меня за руку:— Сандра, пошли!Мы свернули за угол, растворяясь в лабиринте улиц. Но картинка не уходила из головы: женщина в чёрном, спокойная, как сама ночь, и её взгляд, который говорил одно ....«Мы ещё встретимся. И тогда правила буду диктовать я».

В отделении было слишком ярко. После грязного борделя и ночных улиц лампы под потолком резали глаза. Мы с Эммари только успели переступить порог, как раздался раскатистый голос:— В МОЙ КАБИНЕТ. СЕЙЧАС ЖЕ.!!Начальник Маккоун выглядел так, будто готов лично нас закопать. Широкоплечий, с вечными мешками под глазами и голосом, которым можно было останавливать уличные протесты. Мы ввалились в его кабинет, и дверь хлопнула за спиной.— Что, мать вашу, это было?! — начал он, сжимая кулаки. — Почему по рации тишина? Где ваши отчёты о местонахождении? Вы понимаете, что я мог поднять всю группу захвата из-за вашего исчезновения?!Эммари открыла рот, но я опередила:— Нам перекрыли связь. Бандиты... они работают на мафию. У нас было столкновение. Маккоун замолчал на секунду, потом прищурился.— Мафия... Ты хочешь сказать, что вы вдвоём сунулись в логово и вернулись живыми?Эммари с кривой усмешкой поправила выбившуюся прядь:— Ну, не сказать, что нас приняли радушно. Но мы умеем драться. Маккоун грохнул кулаком по столу так, что подпрыгнула ручка.— Это не игра! Вы оба могли сгинуть, и никто бы вас не нашёл!Я выпрямилась и посмотрела прямо в его глаза.— Но мы вернулись. И мы нащупали след. Мужчину, который пропал, мы почти нашли. Нам нужен ещё один день. Один. Мы близко.В кабинете повисла тишина. Маккоун тяжело дышал, явно борясь между злостью и уважением к нашей упёртости. Наконец он устало провёл рукой по лицу.— Хорошо. Один день. Но если снова исчезнете без связи — ищите себе новое место работы.Я кивнула.— Поняла.Про брата я не сказала ни слова. Эту правду я должна была раскопать сама, без посторонних глаз. Когда мы вышли из кабинета, Эммари толкнула меня локтем:— Ну, это был лучший разнос за последние годы. Как думаешь, он нас любит или ненавидит?— Думаю, он сам ещё не решил, — усмехнулась я.

Утро началось с запаха дешёвого кофе в отделении и шуршания бумаг. Голова гудела после ночных событий, но сидеть без дела не было времени. Эммари развалилась на своём стуле, закинув ноги на стол. В одной руке — стаканчик кофе, в другой — пончик, от которого сыпалась глазурь.— Ну что, шеф дал нам ровно сутки. Если мы облажаемся — он нас лично распнёт на доске объявлений, — протянула она с улыбкой.— Значит, облажаться мы не можем, — ответила я, раскладывая на столе фотографии. На снимках был дом пропавшего мужчины, двор, ближайшие улицы. Я обвела красным маркером переулок, где, по словам Гарри, произошла потасовка.— Смотри, — я ткнула пальцем. — Здесь он видел всё. Если это место действительно контролируется мафией, то должны быть камеры. В любом случае — свидетели.Эммари зевнула и подмигнула:— Люблю начинать утро с поиска бандитов. Гораздо бодрее, чем йога. Я хмыкнула и достала из ящика рацию.— Держим связь. Больше никаких "чёрных дыр". Если Маккоун нас ещё раз потеряет, он нас сам пристрелит.— Или заставит писать отчёты целый месяц. Честно, я предпочту пулю, — вздохнула Эммари и встала.Мы собрались быстро. Вики из кинологов как раз проходила мимо с овчаркой, которая зыркнула на нас подозрительно.— Девочки, — сказала Вики, приподняв бровь, — вы хоть живыми вернитесь в этот раз. Псу не терпится поиграть с кем-то другим, кроме бандитов.— Передай псу, что у нас встреча с мафией. Он бы заскучал, — огрызнулась Эммари.Вики покачала головой, но в её взгляде было что-то вроде уважения. Мы вышли на улицу. Солнце только поднималось, город оживал, а внутри у меня зрела мысль: мы действительно близко.

Утро началось с запаха дешёвого кофе в отделении и шуршания бумаг. Голова гудела после ночных событий, но сидеть без дела не было времени. Эммари развалилась на своём стуле, закинув ноги на стол. В одной руке — стаканчик кофе, в другой — пончик, от которого сыпалась глазурь.— Ну что, шеф дал нам ровно сутки. Если мы облажаемся — он нас лично распнёт на доске объявлений, — протянула она с улыбкой.— Значит, облажаться мы не можем, — ответила я, раскладывая на столе фотографии. На снимках был дом пропавшего мужчины, двор, ближайшие улицы. Я обвела красным маркером переулок, где, по словам Гарри, произошла потасовка.— Смотри, — я ткнула пальцем. — Здесь он видел всё. Если это место действительно контролируется мафией, то должны быть камеры. В любом случае — свидетели.Эммари зевнула и подмигнула:— Люблю начинать утро с поиска бандитов. Гораздо бодрее, чем йога.Я хмыкнула и достала из ящика рацию.— Держим связь. Больше никаких "чёрных дыр". Если Маккоун нас ещё раз потеряет, он нас сам пристрелит.— Или заставит писать отчёты целый месяц. Честно, я предпочту пулю, — вздохнула Эммари и встала.Мы собрались быстро. Вики из кинологов как раз проходила мимо с овчаркой, которая зыркнула на нас подозрительно.— Девочки, — сказала Вики, приподняв бровь, — вы хоть живыми вернитесь в этот раз. Псу не терпится поиграть с кем-то другим, кроме бандитов.— Передай псу, что у нас встреча с мафией. Он бы заскучал, — огрызнулась Эммари.Вики покачала головой, но в её взгляде было что-то вроде уважения.

Мы вышли на улицу. Солнце только поднималось, город оживал, а внутри у меня зрела мысль: мы действительно близко.