Глава 14

— О, Ёнсо! — удивлённо спрашивает она. — Ты к Юнги? — точно зная что не ошиблась. Мин дружелюбно улыбается, оглядывая с ног до головы Чхве. Немного отодвигается от двери, раскрывая её шире. Отводит взгляд сторону пропуская девушку. Ёнсо не долгое время жмется у двери, стараясь обдумать последующие слова, которые скажет Юнги.

Столько всего перемешалось у неё в голове, из-за чего хочется отключиться. Но она медленно шагает в сторону Инхи, погладывая то вправо, то влево. В доме было достаточно тихо. Лишь слышные шаги обеих девушек, как гром разносились по длинному коридору. Сердце бешено колотилось, а руки сами по себе сжимались в кулаки. Распущенные волосы то и дело покачивались в сторону от лёгких движений, с виду лицо было спокойным, но внутри бушевал вулкан. Ёнсо посмотрела на впереди шедшую девушку и, выдохнув, произнесла:

— А где Чимин? — тихо спросила она. Чтобы хоть как-то успокоиться она решила задать вопрос, но теперь ей казалось это лишним. Инхи может понять это не совсем правильно. Да и зачем незнакомке такой как Чхве, спрашивать про чужого парня. Ведь этих людей она почти не знает. А может и даже не узнала, если бы не Мин. Они бы так и остались обычными гостями коттеджа, как и все остальные. Но Мин Юнги сделал их особенными. С самого начала Чхве думала, что эта девушка является возлюбленной или даже невестой, но после того как сама Мин пригласила её в дом, то Ёнсо увидела Чимина. И тогда она тихо посмеялась над собой, за такую глупость и быстрые выводы. Инхи улыбнулась, останавливаясь возле двери.

— Он отдыхает. Всю ночь не спал, — говорит та. Хотя нет даже совсем обычный вопрос, успокаивает себя этим Чхве. Мин замолкает, смотря на собеседницу. Которая в своё время о чём-то думает. — Работал просто долго,— неловко продолжает она. Нервно смеётся, в тот же миг открывая дверь. Та тихо скрепит, а после разносится щелчок. Девушка тихо заходит в комнату, рукой подзывая Чхве. Ёнсо удивлённо приоткрывает рот, как видит спящего парня, собирается задать очередной вопрос:

— Они вместе работали, — шепчет она. — Юнги уже долго спит, можешь разбудить его,— издевательски говорит она, собираясь уходить. Дверь закрывается, и снова наступает тишина. Чхве проходит в комнату, ближе подходя к кровати. Вся комната была погружена во мрак, почти ничего не было видно. Но маленький светильник в виде облачка освещал дорогу, благодаря этому можно было хоть что-то увидеть. Кровать прогибается под Чхве, она несильно морщится, стараясь не создавать лишнего шума. Лицо парня сложно было различить среди светлых подушек и покрывала. Светлые волосы также были разбросаны на подушке. Из-за чего Чхве вспомнила тот день, когда осталась у Мина дома. Грудь парня медленно поднималась и опускалась, ресницы его подрагивали, а лицо было расслабленным и умиротворённым. Чхве улыбнулась, наклоняясь ближе, кончиками пальцев она перебирала его светлые волосы, поправляя их. Так спокойно она себя ещё не чувствовала. И даже те слова, сказанные Сокджином, и то что она нашла совсем недавно, продолжали давать надежду.

— И даже если всё это окажется правдой, и ты меня обманывал, у тебя должна быть причина,— на выдохе говорит она, прикрывая глаза. Слишком тихо и слишком больно. По щеке течёт маленькая слеза, обжигая мягкую кожу. Ёнсо немного подрагивает, оставаясь в таком же положении. Откидывает голову на грудь парня, прижимаясь сильнее.

— Не плачь,— хрипло произносит Мин. Руки ложатся на её талию, через ткань обжигая кожу. Он дышит медленно, а глаза его всё также закрыты. Чхве не поднимает голову и не говорит в ответ. Продолжает лежать, пока Юнги не переворачивает обоих на бок. Всё также обнимая девушку. Они молчат, слушают дыхание друг друга, потому что слов им совсем не надо. Так хорошо. — Что-то случилось? — через время спрашивает он. Чхве мотает головой, шмыгая носом.

Такое ужасное чувство – беспомощность. Мину сейчас бы остаться здесь и сейчас, навсегда. Только с ней, а она с ним. Для него нет ничего ценного, не считая единственной сестры. На остальное всегда было плевать, как и на собственную жизнь, которая катилась к чертям, поглощая его. Ничего не интересовало, ему ничего не надо было. Он пофигист, жёсткий. Есть только реальность и больше ничего. Но сейчас в его сером мире появилась она. Тот светлый луч, дающий маленькую надежду. Он как маленький ребёнок. Перед сном мечтает о ней, а как только открывает глаза – хочет видеть только её.

Юнги не знает, что с ним творится, и как это исправить. Ему совсем не хочется врать и притворятся перед ней, но и рассказывать всё сейчас. Это неправильно, он понимает. И это настолько сильно его пугает. Страх потерять её. Не найти её пленяющих глаз среди толпы учеников, не видеть её улыбки и не чувствовать её тепло, как сейчас. Но что они могут сделать? Ким ясно дал понять, что Ёнсо здесь главный трофей. Он не предсказуем и если он захочет отомстить Юнги, то вероятно это коснется и Ёнсо. В этом Мин уверен. Но как сделать так, чтобы она не пострадала?

— Юнги, пойдём,— наконец-то подаёт свой голос девушка. — Я хочу на воздух,— её глаза немного опухшие, а губы розовые от укусов. Юнги не может отвести глаз. Но Чхве отворачивается, пытаясь выбраться.

— Сейчас,— приподнимает палец вверх и подходит к столу. В комнате всё также темно, поэтому Ёнсо не может разглядеть, что делает парень. Она в упор наблюдая за Мином. Он берёт что в руки, поднося это к шее. — Готово,— улыбаясь, оборачивается он. Стоит на месте, протягивая свою ладонь девушке. Ёнсо обхватывает его руку своей, поднимаясь с места. Дверь тихо открывается и первой выходит Чхве, руки их в плену у друг друга.

— Юнги, я хотела кое- что спросить, — выходя на улицу, сразу начинает она. — Ты... — собирается продолжить, но застывает на месте. Глаза её останавливаются на его шее, на которой находится кулон, в виде ангелочка с крыльям. Серебристая вещица блеснула на лунном свету. Сам ангел маленький, скорее это даже купидон. Но на таком расстоянии разглядеть сложно. — А что это? — спрашивает она, голос её дрожит.

— Ах, это,— улыбаясь, говорит Мин. — Это подарок моей мамы...— продолжает он рассказывать. Пока глаза Ёнсо снова настилает пелена. Все были правы, все вокруг, пока она была наивной девочкой.